Читаем без скачивания Слова сияния - Брендон Сандерсон

— Мы идем, — сказал Далинар, вставая.

— Что? — вопросил король.

— Ты назначил этого человека отвечать за свою охрану, Элокар, — ответил Далинар. — Если он считает, что здесь небезопасно, нам следует делать то, что он говорит.

После произнесенного предложения подразумевалось «пока что», но Каладину было все равно. Он в спешке бросился через главный зал мимо короля и Адолина к выходу. Его сердце громко стучало, мышцы напряглись. Сил, видимая только Каладину, неистово металась по комнате.

Каладин распахнул двери. В коридоре на дежурстве стояли шесть человек, в основном мостовики, а также один солдат королевской стражи, которого звали Ралинор.

— Мы уходим, — сказал Каладин и стал указывать на солдат. — Белд и Хоббер, вы передовой отряд. Разведайте путь наружу, через черный выход и кухни, и крикните, если увидите что-нибудь необычное. Моаш, ты и Ралинор прикрываете тыл — охраняйте эту комнату, пока я не уведу короля и кронпринца из виду, затем следуйте за нами. Март и Эт, вы остаетесь с королем несмотря ни на что.

Охранники бросились выполнять приказы, не задавая вопросов. Когда разведчики отправились вперед, Каладин вернулся к королю, схватил его за руку и потащил к двери. Потрясенный Элокар не сопротивлялся.

За ними последовали остальные светлоглазые. Братья-мостовики Март и Эт заняли места по обе стороны от короля, Моаш встал у дверей. Он нервно сжимал свое копье, направляя его то в одну сторону, то в другую.

Каладин торопил короля и его семью, двигаясь вдоль коридора по намеченному пути. Вместо того чтобы повернуть налево и последовать дальше по спуску к главному входу во дворец, они устремились вглубь коридоров. Вниз, направо, через кухни и наружу, в ночь.

В коридорах стояла тишина. На время сверхшторма все укрылись в своих комнатах.

Далинар присоединился к Каладину во главе группы.

— Мне будет любопытно услышать, что именно толкнуло тебя на такой поступок, солдат, — сказал он. — После того, как мы благополучно эвакуируемся.

«У моего спрена припадок, — подумал Каладин, наблюдая за Сил, мечущейся взад-вперед по коридору. — Вот что толкнуло меня на этот поступок».

Как он будет все объяснять? Что он послушался спрена ветра?

Они продвигались все глубже. Шторма! Пустые коридоры вызывали беспокойство. Большая часть дворца была всего-навсего норой, высеченной в скале, с окнами, вырезанными по внешним склонам.

Каладин застыл на месте.

Впереди не было огней, коридор чем дальше, тем больше погружался в темноту, пока не становился черным, как шахта.

— Подождите, — сказал Адолин, останавливаясь. — Почему темно? Что случилось со сферами?

«Из них вытянули весь свет».

Бездна. И что там на стене прямо по коридору? Большое темное пятно. Каладин с яростью вытащил сферу из кармана и поднял ее вверх. Дыра! Кто-то прорезал отверстие в коридор снаружи, прямо сквозь скалу. В него задувал холодный ветер.

Сфера Каладина осветила также кое-что на полу прямо перед ними. На пересечении коридоров лежало тело. В синей униформе. Белд, один из людей Каладина, посланных вперед.

Сгрудившись, люди в ужасе уставились на труп. Жуткая тишина коридора и недостаток света заставили притихнуть даже протестующего короля.

— Он здесь, — прошептала Сил.

Из бокового коридора величественно выступила фигура с длинным серебристым Клинком, оставляющим глубокие царапины в каменном полу. Человек был облачен в струящиеся белые одеяния: тонкие штаны и свободную рубашку, которая колыхалась при каждом шаге. Лысый череп, бледная кожа. Шиноварец.

Каладин узнал его. Все в Алеткаре слышали про этого человека. Убийца в Белом. Однажды Каладин видел его во сне, похожем на предыдущий, хотя и не узнал убийцу в тот момент.

Из тела убийцы струился штормсвет.

Он был волноплетом.

— Адолин, ко мне! — прокричал Далинар. — Ренарин, защищай короля! Отведи его обратно по тому пути, которым мы шли!

С этими словами Далинар, Терновник, выхватил копье у одного из людей Каладина и бросился на убийцу.

«Его сейчас убьют», — подумал Каладин, побежав следом.

— Уходите с принцем Ренарином! — прокричал он своим людям. — Делайте, как он скажет! Защищайте короля!

Солдаты, включая присоединившихся к ним Моаша и Ралинора, начали спешно отступать, прикрывая Навани и Элокара.

— Отец! — воскликнул Ренарин. Моаш схватил его за плечо и потянул обратно. — Я могу сражаться!

— Бегом! — заорал Далинар. — Защищай короля!

Когда Каладин бросился вперед с Далинаром и Адолином, последнее, что он услышал со стороны удаляющейся группы, был хныкающий голос короля Элокара:

— Он пришел за мной. Я всегда знал, что так и будет. Так же, как он явился за отцом...

Каладин втянул столько штормсвета, сколько осмелился. Убийца в Белом спокойно стоял в середине коридора, испуская свет. Как он мог стать волноплетом? Что за спрен выбрал такого человека?

У Адолина в руке возник Клинок Осколков.

— Трезубец, — тихо проговорил Далинар, замедлив движение, когда они втроем приблизились к убийце. — Я в центре. Тебе он известен, Каладин?

— Да, сэр.

Это был простой боевой порядок для малочисленного отряда.

— Позволь мне сразиться с ним, отец, — сказал Адолин. — У него есть Клинок Осколков, и мне не нравится, как выглядит это свечение.

— Нет, — ответил Далинар, — мы ударим по нему вместе. — Его глаза сузились, когда он внимательно осмотрел убийцу, по-прежнему спокойно стоящего над телом бедняги Белда. — На этот раз я не уснул за столом, ублюдок. Ты не лишишь меня еще одного короля!

Трое мужчин наступали одновременно. Далинар как среднее острие трезубца попытается удержать внимание убийцы, пока Каладин и Адолин нападут с обеих сторон. Далинар предусмотрительно выставил копье, чтобы можно было дотянуться до противника, и не стал использовать меч, которым нужно было бы замахиваться сбоку. Они бросились вперед, не снижая скорости, чтобы ошеломить и сбить врага с толку.

Убийца подождал, пока они приблизились, а затем подпрыгнул, оставляя светящийся след. Он крутанулся в воздухе, когда Далинар заревел и ткнул в него копьем.

Шиноварец не опустился вниз. Он приземлился на потолок коридора на высоте около двенадцати футов[28].

— Все-таки правда, — испуганно проговорил Адолин.

Он выгнулся назад, поднимая Клинок Осколков для атаки под необычным углом. Убийца, однако, сбежал вниз по стене, шурша белыми одеяниями, и ударил по Клинку Осколков Адолина своим собственным, а затем стукнул ладонью по груди принца.

Адолин подскочил в воздух, как будто кто-то подбросил его вверх. Из его тела полился штормсвет, и он врезался в потолок. Принц застонал, переворачиваясь, но остался на потолке.

«Отец Штормов!» — подумал Каладин.

Его пульс зашкаливал, а внутри бушевала буря. Он сделал выпад копьем с той же стороны, что и Терновник, в попытке добраться до убийцы.

Мужчина не стал уворачиваться.

Оба копья вспороли плоть, копье Далинара попало в плечо, копье Каладина — в бок. Убийца развернулся, взмахнув Клинком Осколков, и срезал их копья посередине. Казалось, ему нет никакого дела до ран. Он неожиданно метнулся вперед и ударил Далинара по лицу, заставив кронпринца растянуться на полу, а затем взмахнул Клинком в сторону Каладина.

Каладин едва успел пригнуться и отскочить назад. Обломок его копья загремел по полу рядом с Далинаром. Кронпринц со стоном перевернулся, прижимая руку к щеке, по которой его ударил убийца. Из рассеченной кожи сочилась кровь. Нельзя быстро оправиться от удара волноплета, наполненного штормсветом.

Убийца стоял в центре коридора, хладнокровный и уверенный в себе. В прорехах его обагренной кровью одежды вихрями закручивался штормсвет, исцеляя плоть.

Каладин отступил, держа в руках копье без наконечника. То, что вытворял этот человек... Разве он мог быть Бегущим с Ветром?

Невозможно.

— Отец! — закричал Адолин сверху.

Юноша поднялся на ноги, но струящийся из него штормсвет практически иссяк. Адолин попытался напасть на убийцу, но соскользнул с потолка и упал на землю, приземлившись на плечо. Его Клинок Осколков растаял, выпав из пальцев.

Убийца подошел к Адолину, который шевелился, но не поднимался.

— Мне жаль, — сказал убийца. Из его рта струился штормсвет. — Я не хочу это делать.

— Я не дам тебе ни единого шанса, — зарычал Каладин, устремляясь вперед.

Рядом кружилась Сил, и он почувствовал, как его обвевает ветер. Каладин ощущал свирепую бурю, толкающую его к действию. Он набросился на убийцу с обрубком копья, орудуя им как дубиной, и почувствовал, как ветер направляет его.

Он наносил удары с потрясающей точностью, чувствуя себя одним целым с оружием. Он забыл обо всех тревогах, неудачах, даже о своей ярости. Существовали только Каладин и копье.