— Ваше Высочество! — Капитан указал на стремительно увеличивающийся в размерах корабль преследователей. — Пираты выбросили чешуйчатый вымпел! Они требуют от нас немедленно спустить паруса и сдаться!
— Сообщите им, что мы дипломатическая миссия, — ответила Принцесса, — следуем по делам государственной важности и сохраняем полный нейтралитет!
Капитан отдал команду, и спустя минуту по канату флагштока поползли вверх сигнальные флажки. В ответ пираты выбросили еще один вымпел.
— Они дают нам сто ударов сердца на то, чтобы сдаться, — прокомментировал капитан, — после чего начинают атаку. У нас нет выбора, нужно принимать бой. Уйти от преследователей невозможно, их скорость вдвое превышает нашу.
— Да будет так! — Айлани обернулась к лорду Тэрвису: — Наставник! Руководите магами. Лимми, будь рядом со мной. Через Биение Жизни плохо доносятся звуки, я могу не услышать чего-то важного! Капитан! Командуйте боем, не буду вам препятствовать.
Она зажгла переливающийся лучистой теплотой белый шарик Ока Целителя и замолчала, разглядывая пиратский корабль, ходящий кругами вне досягаемости выстрела баллист и катапульт. Сзади слышалось тихое бормотание старой фрейлины, заранее дающей нагоняй воинам со щитами, дабы они усерднее закрывали Принцессу от вражеских стрел. Едва срок ультиматума истек, пиратский корабль поставил все паруса и устремился на абордаж. Приближаясь, он произвел залп, и облако стрел ринулось к человеческому судну. Капитан выкрикнул команду, и воины создали над магами барьер из щитов, отражая смертоносный ливень. Едва пираты подошли на приемлемое расстояние, маги правого борта синхронно ударили Огненными Шарами, и на корабле неприятеля мгновенно вспыхнул пожар. Пираты, никак не ожидая подобного, спешно изменили курс и направились в открытое море, на ходу туша огонь.
— Бой окончен, — заявил капитан, — теперь нам необходимо выжать из этого корабля всю скорость, на которую он только способен. Вскоре пираты потушат пожар и немедленно отправятся за помощью. Они вернутся. И на этот раз их будет много больше. Чем дальше мы окажемся от этого места, тем лучше. Если Олдис Покровитель будет к нам благосклонен, нам встретится торговое судно Вакри, и мы сможем попросить убежище у какого-нибудь рода.
Весь остаток дня капитан держал развернутыми все паруса, и ремонтная команда сбилась с ног, залатывая трескающуюся ткань и сращивая лопающиеся канаты. К вечеру, когда оранжевый солнечный диск до половины погрузился в океанскую глубь, Айлани вышла на бак насладиться закатным пейзажем. Она встала у основания бушприта, крепко ухватившись за один из канатов такелажа, и осторожно прошла по неширокому дереву к самому его окончанию. Принцесса замерла над скользящей под форштевнем водой, подражая вакрийским морякам, и встречный морской ветер принялся бурно развевать сиреневый водопад ее волос, полы плаща и Мантии Силы. Сие действие немедленно повергло Первую Фрейлину в состояние сильнейшей паники.
— Ваше Высочество! Что вы делаете?! — кудахтала старушка, не переставая бегать вокруг основания бушприта. — Как вы там оказались?! Что это за цирковые пассажи?! Вы подвергаете свою жизнь опасности! Возвращайтесь немедленно! Вы упадете в воду! Какой ужас!!!
— Лимми, это прекрасно! — восторженно воскликнула Айлани. — Я словно лечу над океанской гладью прямо навстречу солнцу!
— Жуть!!! — взвизгнула старая фрейлина. — Капитан! Матросы! Кто-нибудь! Немедленно сюда! Ее Высочество сейчас окажется за бортом! — Она умчалась прочь со словами: — Тэрвис, никчемный старый тунеядец! Где ты?! Куда смотрят твои бесстыжие глаза?!
Айлани не выдержала и расхохоталась. Ее мелодичный смех мягким колокольчиком разлился над тихо шуршащей по форштевню водой. Тут же из недр водной глади высоко вверх взлетел небольшой алфиненок и немедленно заверещал, подражая ее смеху. Кувыркнувшись в воздухе, он грациозно вошел в воду и снова вынырнул. Любопытная детская мордочка посмотрела на Принцессу масляными виноградинами глаз, и малыш снова передразнил Айлани. Она засмеялась в ответ, и алфиненок с веселым писком принялся носиться вокруг нее, то погружаясь в воду, то выныривая вновь и с гордым писком перелетая через бушприт на расстоянии вытянутой руки от Принцессы.
— Ты маленький хвастунишка! — улыбалась Айлани. — Дразнишь наш тихоходный кораблик, да? Зато я тебя больше! — Она засмеялась и показала ему язык.
Малыш немедленно вылетел из воды и передразнил ее смех, явно стараясь высунуть в ответ свой розовый язычок. Маленький пловец недвусмысленно намекал на то, что он, возможно, и меньше, зато гораздо быстрее и умеет кувыркаться в воздухе, что много важнее. Они играли друг с другом почти полчаса, пока от солнечного диска, тонувшего в океане, осталась лишь малая часть. Стало почти темно, и за алфиненком явилась мамаша-алфин. Строго освистав сбежавшего шалуна, она увела его в морскую глубь, и Принцесса вернулась на корабль, к вящему удовольствию Лимми и доброй половины команды, которую старушка согнала во спасение Айлани.
* * *
Ночью Принцесса проснулась от ощущения, что корабль замедляет ход. Она поднялась на постели и увидела старую фрейлину, торопливо надевающую дорожный плащ поверх ночных одежд.
— Что случилось, Лимми? — Айлани посмотрела в иллюминатор, но не увидела ничего, кроме ночной темноты. — Мы останавливаемся?
— Сию минуту, Ваше Высочество, — старушка зажгла масляную лампадку, — я все выясню и вернусь. Прошу вас, не покидайте каюту без охраны и не лазайте больше по мачтам!
— Это был бушприт, Лимми, — вздохнула Принцесса. — И после твоей вчерашней паники воины от меня уже не отходят.
Первая Фрейлина выскочила из каюты, бурча под нос о том, что это просто чудесно и вообще давно бы так, и вскоре звук ее шагов стих. Айлани встала и подошла к иллюминатору вплотную. Теперь, когда в каюте не было света, через него хорошо виднелась усыпанная звездами бесконечность неба, отражающаяся на черной поверхности океанской глади. Корабль действительно сбросил ход и теперь неторопливо дрейфовал посреди ночной тиши. Ничто не указывало на нападение или иную опасность, и Принцесса решила выйти на палубу. Затхлые запахи старого корабля вызывали желание сделать глоток свежего океанского воздуха, а еще она подумала, что сейчас лучшее время обратить взор на звезды. Ничто не умиротворяет сознание лучше, нежели созерцание звездного неба в полной тишине и безмятежности.
Последний раз она имела время для этого занятия в пустыне, когда они с Трэргом разыскивали Запретные Земли. С тех пор океаны забот поглотили ее с головой. Мысли о Короле навеяли щемящие сердце воспоминания, и девушка представила его голос, негромко звучащий в окутавшей Ратхаш ночи. В ту ночь она спросила у Трэрга, почему Дети Ругодара именуют Иглу Ранаалы Шипом Когтекрыла, и неожиданно он рассказал ей удивительно прекрасную оркскую легенду, подарившую звезде это имя. Легенду о подвиге бесстрашного Когтекрыла, погибшего в неравной битве с врагами, но спасшего свою Возлюбленную.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
