штурвала, матросам у вспомогательных талей. В какую-то мучительную секунду показалось, что их потащит назад и развернет против ветра, но Джерард у штурвала, Буш у брасов и Рейнер на баке тянули его зубами и когтями. Дергаясь, «Сатерленд» уваливался под ветер, таща за собой «Плутон». И наконец оба корабля новым галсом двинулись на север, к относительной безопасности Лионского залива.
Хорнблауэр глядел на зеленоватые склоны мыса Креус чуть впереди левого траверза. Путь предстоял рискованный — «Сатерленд» теперь не только сносило ветром, но и тянуло инерцией «Плутона», та же инерция замедляла скорость. В реве ветра Хорнблауэр просчитывал дрейф и расстояния. Он оглянулся — «Плутон» набрал скорость и раскачивался уже не так ужасающе. Буксирный канат шел не прямо по удлинению «Сатерленда», но под углом, под углом к канату располагался и «Плутон». Эллиот делает все, что может, и тем не менее нагрузка на «Сатерленд» огромная. Надо бы увеличить скорость, но опасно прибавлять парусов на таком крепком ветру. Если лопнет парус или оторвется рей, они охнуть не успеют, как окажутся на прибрежной мели.
Хорнблауэр вновь поглядел на берег, оценивая быстро убывающее расстояние, и тут в кабельтове от них грозно взметнулся водяной столб. Шести футов высотой, он возник на гребне волны и так же загадочно исчез. Хорнблауэр не верил своим глазам, однако нарочито бесстрастные лица Кристела и Буша убеждали, что ему не примерещилось. Это плеснуло о воду пушечное ядро, хотя на ветру они не слышали выстрела и не видели клубов дыма на берегу. Стреляли с мыса Креус, и расстояние уже небольшое. Скоро над ними засвистят сорокадвухфунтовые ядра.
— Флагман сигналит, сэр, — доложил Винсент.
На «Плутоне» ухитрились приладить блок к останцу грот-мачты и подняли сигнал, со шканцев «Сатерленда» можно было невооруженным глазом прочесть трепещущие флажки.
— «Флагман — „Сатерленду“, — читал Винсент. — „Отцепите… буксир… если сочтете нужным“».
— Ответьте: «Полагаю ненужным».
Надо прибавить скорость, теперь это уже не вызывало сомнений. Интересная задачка из теории вероятности, но скорее для игрока в кости, чем для игрока в вист. Прибавить парусов значит увеличить риск для обоих кораблей и одновременно увеличить шансы на благоприятный исход. Даже потеряв рей, он сумеет увести «Сатерленд» от опасности, «Плутону» же придется не хуже, чем если позорно отцепить его прямо сейчас.
— Мистер Буш, отдайте рифы на фор-марселе.
— Есть, сэр. — Буш предвидел такую возможность и догадался, что капитан изберет более смелый путь. Молодец Буш, не всякий в его годы учился бы так быстро.
Марсовые побежали по вантам и по ножным пертам вдоль фор-марса-рея, цепляясь за рей локтями, в реве ветра отдали риф-сезни. Парус с треском расправился, под его усилившейся тягой «Сатерленд» накренился круче. Хорнблауэр увидел, что слабо изогнутый канат натянулся сильнее — однако пенька держала. Крен усилился, но рулевым у штурвала стало даже легче — несущая сила большого марселя отчасти гасила обратную тягу буксирного каната.
Хорнблауэр взглянул на берег — над мысом Креус клубился на ветру дым. Свиста ядер он не слышал и не видел, куда они упали, — бурное море поглотило всплески. Но раз батарея стреляет, значит она почти на расстоянии выстрела — они идут по лезвию. Тем не менее «Сатерленд» ускорился, на «Плутоне» готовились закрепить временную грот-мачту. Даже клочок паруса, поднятый на «Плутоне», неимоверно облегчит «Сатерленду» задачу. С мачтой управятся за час. А через час стемнеет, их станет не видно с батареи. Через час их судьба так или иначе решится.
Солнце пробилось через облака на западе и позолотило серые испанские холмы. Хорнблауэр убеждал себя, что надо продержаться еще час, и час они продержались. Они миновали мыс Креус — теперь до берега было не полторы, а все пятнадцать миль. К ночи корабли были спасены, а Хорнблауэр безмерно устал.
XVII
— Десантом будет командовать капитан Хорнблауэр, — сказал в заключение адмирал Лейтон.
Эллиот и Болтон — они сидели за круглым столом в большой каюте «Плутона» — одобрительно кивнули.
Только капитан может командовать десантом в шестьсот человек, собранным с трех линейных кораблей, и Хорнблауэр, как никто, годился на эту роль. Чего-то похожего ждали с тех самых пор, как из Маона вернулся после починки «Плутон» и Лейтон перебрался на него с «Калигулы». Частые отлучки полковника Вильены — он так и сновал между берегом и флагманом — тоже наводили на мысль. Три недели «Сатерленд» и «Калигула» курсировали вдоль берегов Каталонии. «Плутон», вернувшись, привез долгожданную свежую провизию, часть команды «Сатерленда», отправленную прежде с призами, и даже по двенадцать человек пополнения на каждый корабль. С такой командой можно нанести решительный удар, и предполагаемый захват Росаса, если удастся его осуществить, без сомнения смешает французам все карты.
— Замечания? — спросил адмирал. — Капитан Хорнблауэр?
Хорнблауэр оглядел большую каюту, подушки на рундуках, столовое серебро, сытые лица Эллиота и Болтона; Сильвестр не расставался с бумагами и чернильницей, Вильена в ярко-желтом мундире лениво озирался по сторонам, пропуская мимо ушей непонятный ему английский разговор. На противоположной переборке висел изумительно похожий портрет леди Барбары, Хорнблауэру казалось, что сейчас он услышит голос. Интересно, куда девают картину на время боя? С усилием Хорнблауэр оторвал мысли от леди Барбары и постарался как можно тактичнее объяснить, что ему не нравится план в целом.
— Я думаю, — медленно произнес он, — что неразумно всецело полагаться на испанскую армию.
— Их семь тысяч, и они готовы выйти в поход, — сказал Лейтон. — Между Олотом и Росасом всего тридцать миль.
— Но им предстоит миновать Жерону.
— Полковник Вильена заверил меня, что войско без артиллерии легко пройдет окольными дорогами. Сам он проделал этот путь четыре раза.
— Да, — сказал Хорнблауэр. Один всадник на горной дороге — это еще отнюдь не семитысячное войско. — Можем ли мы быть уверены, что там пройдут семь тысяч человек? И что они дойдут?
— Для осады хватит четырех тысяч, — сказал Лейтон, — и генерал Ровира определенно пообещал выступить.
— И все же они могут не дойти, — настаивал Хорнблауэр.
Он понимал: бессмысленно спорить с человеком, который не знает цены испанским обещаниям и которому не хватает воображения представить два войска, разделенные тридцатью милями гор, и все сложности взаимодействия между ними. Между бровями Лейтона пролегла выразительная морщина.
— Вы хотите предложить что-то иное? — спросил он с явным нетерпением.
— Я предложил бы, чтобы эскадра опиралась только на собственные силы и не зависела от испанской армии. Батарею в Льянсе восстановили. Почему бы снова ее не взять? Шестисот человек хватило бы.
— Мне предписано, — важно произнес Лейтон, — действовать в теснейшем сотрудничестве с испанскими силами. В Росасе
