— О Дилмане!
— Дилмане? — недоверчиво переспросил Ястреб.
— Именно. Не могу объяснить, но чувствую, убеждена, что нападения индейцев кроу — его рук дело.
— Скайлар, опомнись! Он же калека, сенатор Соединенных Штатов, приехал только что из Мэриленда! Я слыхал, что пострадал он в результате какого-то несчастного случая и до сих пор в инвалидном кресле. Возможно, никогда с него не встанет. Нанимать индейцев кроу, отдавать им приказы? Но как? И он не сможет причинить тебе зла.
Она выдернула руки.
— Ошибаешься! Очень даже сможет. Он уже проделывал это, и не раз. Правда! Ты ведь всегда хотел услышать правду? Так вот она. Но я знала, что ты не поверишь.
— Чему верить, Скайлар? Что сенатор гонится за тобой с намерением всадить в твою очаровательную спинку нож? Не понимаю…
— Он убил моего отца!
— Тише, детка, не все сразу, — попытался утихомирить жену Ястреб. Такой он еще ее не видел. Даже когда напал на ее дилижанс и потом, когда приволок силой в хижину. Она выглядела сейчас куда испуганнее, чем после встречи с индейцами кроу. — Скайлар, ты должна…
— Сабрина! — неожиданно охнула она. — О Боже, если он поймал ее! Нет-нет, ему не удалось, иначе бы не приехал сюда. Надеется, что здесь-то и возьмет ее тепленькой. Ему известно, что она отправилась ко мне, известно, что я здесь…
— Скайлар, он приехал, чтобы помочь разрешить вопрос о продаже земель в районе Блэк-Хиллз.
— Нет! — Она снова вырвалась и бросилась мимо Ястреба к двери. — Мне нужно ехать, выяснить, возможно, она уже добралась до Голд-Тауна или по крайней мере у Генри есть какие-то известия о ней…
— Скайлар!
— Ты просто не знаешь и отказываешься верить мне на слово, но этот человек способен на многое! — воскликнула она, чуть задержалась у двери, чтобы бросить на Ястреба короткий выразительный взгляд. — Он самый ужасный из всех чудовищ, потому что никто не видит, когда он творит свои злые дела!
— Постой, не уходи так, объясни, что произошло, мне необходимо узнать все, чтобы понять, в чем дело. — Но она уже ничего не слышала, вихрем вылетев из библиотеки. — Скайлар, черт возьми, стой! Послушай меня…
Она бежала не останавливаясь. Он бросился за ней следом.
Быстрая, грациозная, точно пума. К тому времени когда Ястреб добежал до лестницы, Скайлар была уже внизу. Прошла, неслышно ступая, и заглянула украдкой в приоткрытую дверь столовой, прежде чем исчезнуть из дома. Всего несколько секунд Ястребу не хватило, чтобы настичь ее. — Лорд Даглас! Он остановился.
Сенатор Дилман выкатился на своем инвалидном кресле в фойе. Отрицать, что этот человек обладает немалым обаянием, никто бы не стал. Участливая улыбка, мягкий взгляд — этакий добрый дядюшка, да и только. Тихий, ровный голос незаметно подчинял себе.
— Прошу простить меня, сенатор Дилман, я…
— Вы женаты на моей девочке, так ведь, сэр?
— Я не совсем понимаю вас.
Дилман испустил тяжкий вздох и посмотрел вниз.
— Значит, ничего не рассказала… Она, знаете ли, сбежала. — Дилман огляделся по сторонам, убедившись, что никого, кто мог бы подслушать их, нет. — Скайлар — моя падчерица. Столкнула меня с лестницы и убежала.
— Что? — Известие оказалось настолько ошеломляющим, что Ястреб позабыл о всякой вежливости. Дилман снова вздохнул.
— Ваш отец был замечательным человеком. Да-да, такие, как он, редкость. Уверен, вы с ним очень похожи. Тяжело говорить, но девочка больна, уже в самом нежном возрасте она страдала всякими видениями. Отца ее убили на войне, я находился с ним рядом, однако смерть обошла меня стороной. Вот малышка и переложила вину за его гибель на меня. Я старался делать ей добро. Все эти годы старался, как только мог, Господь мне свидетель! Но я женился на ее матери, вот ведь как бывает. И это совсем сломило малышку. Простить мне, что я жив, а ее отец умер, она так и не смогла.
— Боюсь, я никак не возьму в толк, о чем вы говорите.
— О Скайлар, лорд Даглас. Вашей жене. — Дилман сочувственно покачал головой. — Мне очень жаль, сэр, она совсем потеряла рассудок. Смерть матери явилась последней каплей. Я хотел нанять докторов, самых лучших, каких только можно найти за деньги, старался быть с ней терпеливым, но мы беспрестанно ссорились. Упрямая и сильная. Просто диву даешься, сколько в ней силы! Однажды, после очередной ссоры, Скайлар столкнула меня с лестницы. Но как бы то ни было, она моя падчерица, кровь и плоть моей возлюбленной покойной Джил. Полицию вызывать я, разумеется, не стал, но найти ее считаю своим долгом. Чтобы помочь.
Ястреб скрестил руки на груди, внимательно глядя на сенатора. Голос, усыпляющий всякие подозрения, способен убедить кого угодно в чем угодно. Нетрудно понять, почему этому человеку удалась карьера политического деятеля. Таким даром убеждения обладают не многие.
— Она боится вас. — Ястреб решил играть в открытую. — Почему?
— Почему? Одному Богу известно. И кроме того, лорд Даглас, вы разве не слышали? Я же сказал, она страдает психическим расстройством, у нее бывают всякие видения, галлюцинации. Бедное, бедное создание!
Самый ужасный из всех чудовищ, сказала ему Скайлар.
— Простите мою непонятливость. Зачем же все-таки вы последовали за ней?
— Мой дорогой друг, меня привели сюда прежде веек, дела. Но и отыскать ее я хотел. Она же моя падчерица, не забывайте. Я пекусь о ее благополучии. Равно как и о вашем. Поверьте мне, именем всемогущего Господа Бога нашего клянусь, это она усадила меня в инвалидное кресло!
Скайлар заявила, что ей надо поговорить с ним. Теперь Ястреб был и сам не прочь порасспросить ее кое о чем. Забыть выражение перепуганного насмерть личика было невозможно. Но причина ее страхов по-прежнему оставалась загадкой. Дилман прикован к инвалидной коляске, беспомощен. Какую угрозу он может представлять для нее?
— Никаких галлюцинаций у моей жены не было, да и никаких проявлений жестокости тоже, — добавил он, хотя и покривил при этом душой. Выходила она из себя лишь в тех случаях, когда были серьезные причины.
А что, если Дилман устроил все эти нападения на нее? Но ежели так, каким образом ему удалось договориться с дикарями?
— Рад за вас, лорд Даглас. И все-таки увидеться с падчерицей мне очень хотелось. Вы ведь не станете лишать меня такого права, надеюсь? Вы теперь как-никак мой родственник.
— И в самом деле, — пробормотал Ястреб.
— Думаю, ее сестра тоже держит свой путь сюда, хочет быть поближе к ней. Бедная Сабрина! Ей известно, как отчаянно Скайлар нуждается в помощи. Мы оба опасаемся, что состояние бедняжки может настолько ухудшиться, что она будет способна лишить себя жизни. Вполне, вполне вероятно. И тем не менее я не должен позволить Сабрине испортить свою жизнь. Нет-нет, ни в коем случае! Дитя находится под моей опекой, и я намерен положить все силы на то, чтобы жизнь ее была счастливой. В память о моей дорогой, дорогой жене!
