Читаем без скачивания Ария князя Игоря, или Наши в Турции - Алекс Экслер

— Так это ты посмеяться надо мной решил? — спросила она. — Ни черта себе шуточки! Я чуть с ума не сошла!

— Лен, стой, — испугался Сергей. — Я вообще ничего не делал, честно. Даже в города не играл — Игги с Ирой свидетели…

— Так, — сказал Игорь стальным голосом. — Вика, ты что Лене сказала?

— Да что скомандовали, то и сказала, — недовольно ответила Вика, садясь прямо на спину лежащего Андрея. — Попросили быстро ее привести? Я и сказала, что Серега утоп. Но только хотела добавить, что не насовсем утоп, а всего чуть-чуть, она ка-а-а-ак сорвется, да ка-а-а-а-ак побежит… Вот это любовь, это я понимаю. Если бы мне сказали, что Андрей утоп, я бы сначала стала выяснять: где, как, почему, совсем ли утоп или только какой-то частью тела…

Андрей нервно дернулся, и Вика слетела на песок.

— Лен, это ее собственная инициатива, — быстро сказал Игорь. — Мы ее не просили гадости говорить. Серега тут без тебя иссохся весь, и мы попросили Вику тебя под каким-нибудь предлогом привести. Ну, ты же знаешь Вику, она классно придумывает предлоги.

— Да, я классно придумываю, — подтвердила Вика, снова взгромождаясь на Андрея. — Этого у меня не отнять.

— Иссохся весь? — задумчиво произнесла успокоившаяся Лена.

— Да точно, — сказал Игорь. — Вон, у него даже плавки совсем сухие — ты сама сказала.

— Лен, ну правда, — осторожно сказал Сергей. — Я так скучал…

— Ладно, — махнула рукой Лена. — Черт с тобой. Все равно мужики — они не лечатся. Дай мне пива. — С этими словами Лена сняла платье, оставшись в купальнике, и села на лежачок к Сергею.

— Ну почему не лечатся? — вступила в разговор Вика, которой понравилось быть в центре внимания. — Смотря от чего. Вон, у Андрюхи, например, один раз на попе…

— Вика, — заорал Андрей. — Ты замучила уже!

— Да что я такого сказала? — совершенно искренне удивилась Вика. — Подумаешь, здесь же все взрослые люди. Что, ни у кого на попе…

— Ни у кого, — твердо сказал Игорь. — Всякие другие милые болезни — сколько угодно, мы же взрослые люди, — но на попе никогда.

— Предлагаю поиграть в войнушку, — предложил Андрюша, закрывая Вике рот рукой.

— Это как? — спросил Игорь.

— Достаем кляп, — решительно произнес Андрей, — затыкаем им Вике рот, а потом начинаем пытать, требуя выдать военную тайну.

— Думаешь, не выдаст? — усомнился Игорь.

— Конечно, не выдаст, — подтвердил Андрей. — Рот-то у нее заткнут. Самая классная игра. Мы в нее часто играем, когда я Викусика хочу придушить. А так она живая остается. Только мычит что-то часами.

— Высокие, — сказала Ира, — высокие отношения.

— Ну, мать, тут критика неуместна, — строго сказал Игорь. — В каждой семье есть свои недостатки. Например, у Сереги жена… — тут Игорь увидел взгляд Сергея, — ну, это… Короче говоря, не слишком увлекалась семьей, не слишком… Да и ты, дорогая, — перевел разговор Игорь, — меня постоянно третируешь, отравляя мою жизнь придирками и подозрениями… Вика… Ну, мы и сами знаем, что Вика. Поэтому у всех — вечный путь из боя в бой.

— Это ты к чему? — подозрительно спросила Ира.

— К тому, что не нужно критиковать, — кротко ответил Игорь. — Все не без греха. Кто без греха, пусть первый бросит в меня камень.

Ровно через секунду в лоб Игорю ударился небольшой резиновый мячик, который Вика с Андреем непонятно ради чего все время брали с собой на пляж. Игорь от неожиданности плюхнулся с лежачка спиной на песок, но быстро опомнился и вернулся в сидячее положение.

— Кто это сделал? — строго спросил он.

— Я, — ответила Вика. — Ты же сказал, кто без греха, вот я и бросила. За камнем бежать было лень, а мячик лежал под рукой.

— А ты без греха? — поинтересовался Игорь.

— Конечно, — удивилась Вика. — У меня-то — какие грехи? Ну, один раз выкинула двадцать пять сидюков с Андрюхиной порнухой, но это разве грех? Наоборот, святое дело…

Тут Вика снова слетела на песок, потому что Андрюша резко встал и, не оборачиваясь, быстро отправился в сторону моря.

— Викусик, — попытался разобраться Игорь, — а ты не думаешь, что это некрасиво — всем рассказывать семейные тайны? Мало ли у кого что где вскочило и кто чем увлекается. Вот я, например, люблю Иришку лупить плеткой-семихвосткой. Такие вот у нас сексуальные игры. Но я же об этом никому не рассказываю, правильно?

— Правильно, — подтвердила Вика, усаживаясь на лежачок. — Потому что это секс. Кто о сексе рассказывает? Лично я — никому. Тем более что у нас этого секса — с гулькин клюв. Да и клюв, если честно, не фонтан. Но я же не о сексе. Порнуха — это же не семейный секс, правильно? Я ведь этой порнухой не увлекаюсь, потому что Андрюха меня так и не научил, что куда вставлять.

— Э… — совсем осторожно сказал Игорь. — Как, вот так совсем и не научил?

— Ну да, — ответила Вика. — Там же этот диск не просто всунуть компьютеру в какую-то дырку, которую фиг найдешь! Еще и клавишу какую-то нажать надо. Эники-беники она называется. Я ее так называю.

— А, понятно, — успокоился Игорь.

— Но вот когда на попе что-то вскакивает, — продолжила свою мысль Вика, — это всех касается. Вдруг заразно? Надо же лечить, правильно?

Игорь в ответ только махнул рукой. Стало понятно, что Вику чем-то пробить было невозможно…

Через пару минут вернулся искупавшийся и, видимо, остывший Андрей. Он молча согнал Вику с лежачка и лег на живот. Вика снова села ему на спину.

— Андрюш, — сказал Игорь, — от меня тебе — полный респект. Ты мужественный.

— Я не мужественный, — буркнул Андрей, — а терпеливый.

— Да, — подтвердил Игорь, и в голосе его звучало глубочайшее уважение. — Я понимаю. Лично я на такое не способен. Уже давно сел бы лет на десять. Впрочем, если во время суда удалось бы прокрутить пару записей ее разговоров, лет восемь бы скостили, однозначно. Особенно если среди присяжных было бы много мужчин…

— Вы о чем? — подозрительно спросила Вика.

— О своем, о девичьем, — ответил Игорь.

— Что-то мне надоели эти воспитательные беседы, — вдруг со всей прямотой заявила Ира.

— Поддерживаю, — сказала Лена.

— Не пора ли нам на обед? — спросила Ира Игоря. — А то ты все пиво пьешь, милый. Надо же и закусывать когда-нибудь! Озвереешь — опять начнешь орать, как обычно. Давай тебя лучше вовремя покормим.

— Однозначно, пора, — согласился Игорь, поднимаясь с лежачка. — Прощальный обед, между прочим. Завтра уезжаем сразу после завтрака.

— Ну вот, — расстроилась Лена. — Я думала, что вы вечером.

— Увы, — сказал Игорь лицемерным голосом. — Но вам, мои дорогие, пора привыкать к трудностям. Кто к кому ездить-то на «Красной стреле» будет — договорились?

— Я считаю этот вопрос совершенно бестактным, — разозлилась Лена.

— Правильно, — согласился Игорь. — Потому что ездить должен Сергей. Это его мужская обязанность.

— Между прочим, — вдруг сказал Сергей, — в кошачьем мире принято кошечку возить к коту. Я помню, мы раз пять Гамлету подруг привозили. Все время они к нам.

— Хорошо, милый, — сказала заметно озверевшая Лена. — Пусть тебе кошечку в корзиночке и возят. Флаг в руки и барабан в одно место.

— Так я же не о нас, — попытался объяснить Сергей. — Я вдруг вспомнил о котах…

— Поразительный сегодня день, — сказал Игорь. — Сплошные скандалы. Пошли уже обедать, а то, может, всех на голодный желудок клинит.

— Пошли, — сказала Вика и вскочила с Андрея.

— Сидеть, — мрачно сказал ей Андрей. — Я еще не высох.

— Не судьба, подруга, — сказал Вике довольный Игорь, и ребята отправились обедать.

Обед прошел в дружеской, но несколько нервозной обстановке. Помирившимся Лене с Сергеем хотелось как можно быстрее остаться наедине, поэтому они дружно отвергли предложенный Игорем традиционный вдумчивый метод поглощения пищи и стали носиться как угорелые от столика к подносам и обратно, поедая с совершенно дикой скоростью все, что попадало им в руки.

— Мать, ты только посмотри на этих троглодитов, — сказал Игорь Ире, вальяжно кусая огурец. — У меня от их мельтешения голова скоро закружится. Так и носятся, так и носятся… Такое ощущение, что их не кормили три месяца. Подбегут, засунут что-нибудь в рот прямо руками — и снова уносятся. Прям какие-то неуловимые пожиратели турецкой еды, честное слово. Ну ладно еще — наш Серега. Он всегда был деревенщиной. Но Лена! Эта интеллектуальная натура! Эта утонченная санкт-петербуржка!

— Сам ты «санкт-петербуржка», — возмутилась Лена, которая как раз вернулась с тарелкой салата и приступила к его уничтожению. — Я — санкт-петербуржанка.

— Буржанка, буржанка, — успокоил ее Игорь. — Вон как запетербуржила салат — всю тарелку сразу в рот засунула. Я-то думал, что питерцы — хранители истинных традиций русской интеллигентности. Я думал, что это мы, «Маськва», быдло быдлом. Ан нет! Хранители традиций табунами носятся по ресторану, растаптывая копытами тонны еды и разбрасывая ее в разные стороны, и только я, москвич и, можно сказать, частично лицо кавказской национальности, поглощаю пищу аккуратно, с достоинством, полностью сохраняя все тончайшие требования этикета. Вон, посмотри, я даже мизинчик оттопыриваю, когда подношу к губам бокал.