оружие?
– Во-первых, то, что божественное оружие кует именно Гоучэнь Шангун, – лишь легенда. Никому доподлинно не известно, откуда на дне озера Цзиньчэн столько оружия, так что нельзя с уверенностью утверждать, будто его изготовил именно он. Во-вторых, этот человек просто взял с полки оружие и предложил его вам. Мы не можем знать наверняка, принадлежит оно ему или нет. Кроме того, тщательно осмотрев оружие Сюэ Мэна и Ши Мэя, мы поняли, что это подделки.
– Подделки? – изумленно переспросил Мо Жань.
– Да.
Пару мгновений ошеломленный Мо Жань молчал, а потом вдруг сделал следующий вывод:
– Получается, и Цзяньгуй…
– Цзяньгуй – настоящая, – возразил Чу Ваньнин. – Однако цель этого человека, разумеется, заключалась не в том, чтобы просто вручить тебе оружие.
– Чего же он хочет? – спросил Мо Жань, с отвращением покосившись на лисий труп, лежавший на каменном ложе. – Сперва потратил столько усилий, чтобы заманить нас в ловушку, а потом выкинул такой тошнотворный трюк. Что ему нужно?
– Ты, – просто ответил Чу Ваньнин.
– А?
– Твои слова верны, но только наполовину. Этот Гоучэнь потратил много сил, чтобы заманить в ловушку не нас, а тебя.
Мо Жань выдавил из себя нервный смешок.
– Но зачем я ему понадобился? Я же молодой дуралей.
– Я еще не встречал дуралеев, способных сформировать духовное ядро всего за год, – отрезал Чу Ваньнин.
Мо Жань хотел было что-то ему ответить, но вдруг оцепенел.
Чу Ваньнин только что… похвалил его?
От осознания этого сердце Мо Жаня забилось быстрее. С расширившимися от изумления глазами он уставился на наставника и еще долго на него таращился, прежде чем наконец моргнул. На щеках Мо Жаня, всегда гордившегося своим хладнокровием, выступил легкий румянец.
Впрочем, Чу Ваньнин не смотрел в его сторону, продолжая бормотать себе под нос:
– Более того, Тяньвэнь и Цзяньгуй, похоже, как-то связаны с той ивой на заднем дворе. Я читал в одной древней книге о том, что Гоучэнь Шангун, спускаясь в мир смертных, взял с собой из небесных чертогов три ивовые ветви. Та книга, однако, была сильно повреждена, и я так и не смог узнать, что стало с теми тремя священными ветвями. – Он помедлил. – Если легенда правдива, то, вероятно, Тяньвэнь, Цзяньгуй и та старая ива – это как раз те самые три ветви. Две из них стали божественным оружием, а третья, воткнутая в песок на дне озера Цзиньчэн, выросла в могучего сторожа священной оружейной Гоучэня.
– Но какое отношение все это имеет ко мне? – спросил Мо Жань.
Чу Ваньнин покачал головой:
– Самое прямое. Пробудил Цзяньгуй именно ты.
– Неслучайно я это сказал тогда и повторю снова: «Какого демона?» – со вздохом проговорил Мо Жань.
– У меня есть предположение, что все планы этого человека как-то связаны с той огромной ивой. Пока что это единственный вывод, к которому я смог прийти, исходя из имеющихся у меня сведений, а строить иные догадки пока рано.
Хотя Чу Ваньнин лишь озвучил свои предположения, Мо Жань не сомневался: у такого умного человека даже догадки наверняка были весьма близки к истине.
Продолжая обдумывать услышанное, Мо Жань мчался вслед за наставником по темным коридорам. Попетляв по извилистым проходам и повернув несметное число раз, они наконец нашли выход из подземелья и без труда выбрались наружу, обойдя ничего не подозревающую стражу.
Выход из подземелья находился в том же дворе, где росла гигантская ива. Когда они наконец оказались на поверхности, перед глазами Мо Жаня предстало поистине ужасающее зрелище.
Под огромным деревом стояло четыре гроба. Один из них был пуст, а внутри трех других лежали Чу Ваньнин, Ши Мэй и Сюэ Мэн.
– Что все это значит? – воскликнул побледневший Мо Жань.
– Это гробы для «трупного жертвоприношения», – объяснил Чу Ваньнин. – Гляди: каждый из них обвивает лоза, другой конец которой соединен с ивой. Фальшивому Гоучэню был нужен только ты, поэтому, подмешав в наше вино сонное снадобье, он велел слугам отнести тебя в камеру, а нас троих положить в эти гробы, дабы дерево постепенно впитало все наши духовные силы. Это почти то же самое, что получать силу, высасывая людскую кровь.
Заметив, как скривился Мо Жань, Чу Ваньнин тут же добавил:
– Не волнуйся, Ши Мэй и Сюэ Мэн целы и невредимы. Притворившись, будто лежу без сознания, я дождался удобного случая и расправился с тремя стражниками, охранявшими гробы. Тела, которые ты видишь, принадлежат именно им.
Наставник произнес это совершенно будничным тоном, но Мо Жань не удержался и украдкой бросил на него короткий взгляд. Уложил трех здоровых стражников? «Дождался удобного случая и расправился» – эти слова Чу Ваньнина могли означать только то, что он бесшумно убил всех троих одним ударом.
Насколько же силен этот человек?..
С тех пор как Мо Жань и Чу Ваньнин в последний раз сходились в схватке на равных, прошло столько лет, что юноша, услышав его фразу, погрузился в глубокую задумчивость. Перед глазами вновь промелькнул знакомый образ: потрясающая своим величием фигура в снежной пелене, голова, слегка склоненная набок, и глаза, сияющие, будто звезды.
– Что такое? – спросил Чу Ваньнин, видя, что Мо Жань глубоко о чем-то задумался.
Мо Жань тут же очнулся и торопливо ответил:
– Нет, ничего.
Чу Ваньнин молчал, испытующе глядя на него.
– Просто мне показалось удивительным то, как учителю удалось сделать стражников похожими на себя, Ши Мэя и Сюэ Мэна.
– Всего лишь простенькая иллюзия, – холодно улыбнулся Чу Ваньнин. – Раз даже фальшивому Гоучэню такое по силам, неужели я не смогу так же? Пока тела стражников лежат в гробах, никто нас не хватится. Отплатим фальшивому Гоучэню его же монетой.
Мо Жань лишь молча кивнул.
Оставаться у дерева было опасно, поэтому, чуть передохнув, они тут же двинулись дальше. Однако, добежав до места, где Чу Ваньнин условился встретиться с Ши Мэем и Сюэ Мэном, они не увидели там ни души.
С лица Мо Жаня тут же сошла вся краска.
– Где Ши Мэй?
На лице Чу Ваньнина тоже отразилось беспокойство. Не ответив, он поднял безымянный палец, и его кончик тут же засиял золотистым светом. Он собрался найти своих учеников с помощью висящих у них на поясах цветов яблони, которые он дал им перед подъемом на пик Сюйин.
Спустя несколько мгновений сияние погасло, и Чу Ваньнин, тихо выругавшись, произнес:
– Вероятно, произошло что-то непредвиденное – к примеру, появились стражники, – и они, спасаясь, покинули поместье, после чего направились к рыночной площади. Пойдем посмотрим, где они.
Таким мастерам, как Чу Ваньнин и Мо Жань, не стоило никакого труда избежать встречи со стражниками. Перескочив
