— В начале сезона я пытался совместить на поле Тимощука и Радимова — не сработало. В какой-то момент понял: нужно принимать решение. Да, оно было сложным, но ты, как тренер, должен делать так, как в твоих глазах будет лучше для команды. И я выбрал Тимощука.
— Для вас стало приятным сюрпризом, как на это отреагировал Радимов? Ни намека на недовольство, которое могло бы повлиять на настроение в коллективе!
— Все эти вопросы мы с Влади обсуждали. Более того, убежден, что после окончания карьеры Радимов должен играть в клубе большую роль. «Зениту» нельзя терять личность обладающую таким статусом, авторитетом, человеческими и профессиональными качествами.
Слова тренера обернулись делом. Закончив карьеру игрока, Владислав остался в «Зените» в должности начальника команды. И теперь он точно так же садится на скамейку запасных, как делал это последние полтора года в команде.
В апреле 2008-го Радимов объяснял мне причины своего спокойствия так:
— Я готовил себя к такому повороту. Рано или поздно твое футбольное время все равно уходит. А на Адвоката мне обижаться не на что — он ведет себя честно. Будь на его мест кто-нибудь другой, у меня с ним могла бы произойти такая же история, как у Лоськова с Бышовцем в «Локомотиве». Но такого не случилось, и заслуга Дика в этом велика. Между прочим, именно по инициативе Адвоката летом 2007 года я продлил контракт с «Зенитом». Мы оба прекрасно понимали, что он будет строить новую команду, и я спросил Сарсания «Нужно или нет, чтобы я оставался?» Он ответил, что на их встрече с Фурсенко и Адвокатом сомнений в том, нужен ли Радимов, не возникло.
Уважительное отношение к ветеранам, многое сделавшим для команды, стало одной из причин успеха «Зенита». Из «Спартака» и «Локомотива» всех «стариков» повыгоняли — и обе не бедные команды, лишившись хребта, прозябают среди середняков.
Радимов говорил:
— Приятно удивило меня и то, что тренер советуется со мной и другими ветеранами, несмотря на то, что не ставит нас в состав. Все не от языка и национальности зависит, а от человека. Адвокат футболистам доверяет. К примеру, Тарханов каждый день устраивал взвешивание вплоть до грамма, мерил давление, всматривался в глаза, спрашивал, где вчера был, что пил. Здесь такого нет. И игроки отплачивают тренеру той же монетой.
Счастлив, что остался в команде, радуюсь каждому выходу на тренировку, служу этому клубу. Приятно, когда выхожу на замену — и трибуны встречают петербуржца Радимова аплодисментами. А после своего последнего матча хочу пройти по периметру поля и поклониться трибунам «Петровского», которым я за столькое благодарен.
— А как же прощальный матч?
— Прощальные матчи должны играть футболисты уровня Марадоны и Пеле. Или Аленичева, который выиграл Лигу чемпионов и забил гол в ее финале. Мне же будет достаточно поклониться болельщикам.
Через год после этого разговора, 12 апреля 2009-го, в перерыве матча «Зенит» — «Амкар», Радимов и еще один завершивший карьеру зенитовец, Горшков, пробегут по «Петровскому» круг почета, бросая болельщикам свои футболки. Стадион в исступлении будет реветь, и в какой-то момент люди, прорвав оцепление, бросятся обнимать своих кумиров.
О лучшем завершении карьеры Радимов, как он признался, не мог и мечтать.
А с человеком, который унаследовал у него повязку, — Тимощуком, они остались близкими друзьями. И когда по ходу матча против «Локомотива» за Суперкубок России-2008 Радимова удалили со скамейки запасных за обмен «любезностями» с Торбинским, Тимощук и Погребняк после финального свистка совершили забег в раздевалку — за бывшим капитаном, потому что не хотели, чтобы чествование по случаю завоевания очередного трофея проходило без него.
Радимов:
— Я уже одетый сидел в раздевалке и даже не думал о том что кто-то за мной может прийти. Да и раздевалка в Лужниках находится далеко от поля. Уже должно было начаться награждение, когда вдруг прибежали эти два дурачка (смеется), с которыми мы дружим, и заявили, что без меня кубок получать не будут. Это стало единственным аргументом которым меня можно было вытащить из раздевалки.
А вспыхнул я оттого, что Торбинский едва Тимощуку ногу не сломал, и это было прямо рядом с бровкой, где я сидел. Никаких удалений бы не было, если бы не сумасшедший лайнсмен. Он замахал флажком и начал кричать: «А я все слышал! Такое поведение присуще детям лет десяти, только они могут так ябедничать родителям или учителям. А тут разговаривают два взрослых человека, оба за кромкой поля. Услышав это, я просто ошалел. И не только я: один из руководителей судейского корпуса потом сказал мне, что этот судья на линии повел себя неадекватно. Причем не в первый раз.
Слушаю запальчивый рассказ Радимова, уже завершившего карьеру, — и понимаю, что даже перестав быть игроком, Влад остался самим собой. И слава богу!
* * *
Итак, после Радимова капитаном стал Аршавин. Но ненадолго. В одном из первых туров «Зенит» принимал «Спартак». Федотов вновь оказался не по зубам Адвокату — 1:3. А на следующий день грянул гром: Аршавин, Денисов и Анюков за грубое нарушение дисциплины, допущенное в ночь перед игрой, были переведены в дублирующий состав.
Потом говорили, что нарушителей «поймала» камера видеонаблюдения в отеле «Кемпински», где проходил предматчевый сбор «Зенита». Дело якобы было под утро — при том, что матч начинался в два часа дня.
Позже, правда, выяснилось, что под око видеокамеры попал только загулявший более других Анюков. Двое же его «содельников», остановившиеся намного раньше, признались в содеянном сами — чтобы не оставлять друга в беде. И что вроде как этому поспособствовал их тогдашний общий агент Павел Андреев, рассудивший: раз отдыхали вместе, нельзя всю вину сваливать на одного. Достойная, кстати, позиция.
Аршавин в нашей беседе для книги эту версию лаконично подтвердил:
— Агент сказал: раз были втроем, значит, все должны понести наказание.
Аршавина с Денисовым амнистировали быстро, а вот для Анюкова последствия оказались более серьезными. Следующие полтора месяца он не попадал в стартовый состав, и пошли разговоры о том, что летом его продадут в другой клуб — благо желающих было море.
Спас Анюкова… Хиддинк. В важнейшем отборочном матче Euro-2008 в Загребе с Хорватией главный тренер сборной неожиданно поставил не имевшего игровой практики защитника в стартовый состав, и тот отыграл отлично. После этот вернул его в «основу» клуба и Адвокат.
Возникает вопрос: почему та ситуация вообще стала достоянием общественности?
Готовя эту книгу, я спросил Аршавина:
— Не обижены на Адвоката, что история с «самоволкой» из «Кемпински» вышла в люди?
— Думаю, что не он был инициатором этого выноса.
— А кто, по-вашему?
— Не буду говорить.
Впрочем, чтобы понять, кого он подозревает, достаточно вспомнить фразу Андрея из нашего апрельского разговора 2008 года:
— При Сарсания мне вообще не стоило брать капитанскую повязку.
По отношению к Сарсания, конкуренту Павла Андреева, Аршавин всегда был настроен критически. В частности, в октябре 2006-го игрок говорил мне:
— В «Зените» налицо искусственный отбор. Молодым игрокам одного агента везде зеленый свет, а если агент другой, на их карьере сразу ставится крест.
Радимов:
— Мне кажется, Аршавин несколько преувеличивает роль Сарсания не только в этой истории, но и вообще во всем, что происходило в «Зените».
Сарсания:
— Ту ситуацию не стоило выносить наружу, но не было другого выхода. О том, что камеры наблюдения зафиксировали нарушение, доложили Фурсенко. Было известно, что знают об этом уже многие, и по городу пойдут самые невероятные слухи. А когда информация просочилась в прессу, стало ясно, что деваться некуда. И было принято коллективное решение, что придется хотя бы минимально, но вынести сор из избы.
