за прошлую ночь, и она знала это.
Одно можно было сказать точно: она была права, когда говорила, что Катарина отравила Драго. Марии стало немного жаль этого человека, которого она презирала.
– Сегодня тебя ждет угощение, Мария, - сказала Кэт, поднимаясь из-за стола. – Я приготовила любимый десерт Дома. – Подойдя к холодильнику, Кэт вернулась с пирогом. – Пирог с кузнечиками.
Она готова была откусить от великолепного пирога, который Катарина нарезала на большие куски.
Мария поспешно покачала головой. – Мне нельзя. Ты же знаешь, я не ем много углеводов и сижу на диете.
Катарина бросила на нее разочарованный взгляд, и оба мужчины посмотрели на нее так, словно она пнула беспомощного котенка.
Боже мой! Мария внутренне заплакала и чуть не сломалась, но, к счастью, ее стервозная сторона спасла положение. – Что в нем...? Чтобы я могла посчитать, остались ли у меня калории. – Если в состав входил лимон, она уходила.
Кэт начала их называть. – Шоколадное печенье...
Я люблю печенье.
– С маслом...
С маслом все всегда вкуснее.
– Половина на половину.
Половина чего?
– Тяжелые сливки и зефир.
Хмм ....
Как Кэт могла испортить что-то, что звучало так аппетитно? Если бы она только что не съела этот адский ужин, Мария бы уже откусила кусочек пирога, который поглощали мужчины.
Кэт продолжала: – В нем два ликера...
Запишите меня на этот пирог.
– Крема из какао...
Это ведь шоколад, верно?
Мария, не сводя глаз с пирога, потянулась к своей десертной тарелке.
– Крем-де-Менте.
Она больше никогда не будет сомневаться в своей стервозности. – Блин, я бы от этого не отказалась. – Мария притворилась, что ей не по себе, но она продолжала продавать его еще больше. – А после прошлой ночи я поклялась Доминику, что больше никогда не притронусь к алкоголю.
– Ты уверена?
– О да, - сказала Мария драгоценной Кэт, прежде чем снисходительно улыбнуться. – Раз уж это любимое блюдо Домика, пусть он возьмет мой кусочек.
– Здесь достаточно для каждого из них, чтобы съесть еще по кусочку, - сказала Кэт, протягивая каждому из мужчин еще по кусочку. – Мне не нравится вкус. Он напоминает мне ополаскиватель для рта. ДиДи делала его для нас, когда мы росли, а потом перестала.
Интересно, почему ....
– Я начала делать его только потому, что Дому нравилось, когда она делала его, и Драго тоже его любит. – Катарина пожала плечами, как будто вкус мужчин не поддается учету.
Когда мужчины перестали есть, Мария посмеялась бы над их страдальческим выражением лица, если бы у нее во рту все еще не стоял этот чертовски кислый лимонный привкус. Хотя она ела из вежливости, ради Доминика, и, если честно, не была уверена, что не была на взводе из-за выпитого накануне алкоголя, была только одна причина, по которой мужчины продолжили поглощать пирог, - чистая любовь к Кэт.
Мария поняла, что ей конец, когда Доминик попросил последний кусок пирога, а Драго начал бледнеть. Он принял пулю за команду. Как можно свергнуть могущественных людей из-за такого простого блюда, как пирог с кузнечиками?
Опустив взгляд на безымянный палец, она почувствовала... пустоту.
Проклятье.
Сорок четвертая глава
Боль
Как только дверь захлопнулась, улыбка Марии сникла, она уставилась на Доминика и яростно прошипела ему: – Так вот как ты отплатил мне за то, что не трахнул меня?
– Шшш! – еще более сурово прошептал Доминик, таща ее по коридору к себе домой. – Ладно, может быть, мне следовало предупредить тебя, что она готовит хуже, чем ДиДи, но я знал, что если бы я сказал тебе это, ты бы ни за что не пришла!
– Зачем я тебе там понадобилась? – Мария высунула язык и попыталась вытереть вкус изо рта рукой. – Чтобы нарушить мой ебаный рот?
– Нет, принцесса. – Дом рассмеялся, но его тон стал серьезным, когда они добрались до ее дома. – Было бы неправильно находиться там без тебя.
О боже, опять Доминик говорит правильные вещи!
– В следующий раз, когда ты захочешь поужинать с Кэт и Драго, - Мария потянулась к нему, слегка взяв его за подбородок, как прошлой ночью в казино, - я угощаю, или ты скажешь ей, что я умерла. – Она прильнула к его губам легким поцелуем.
Доминик поцеловал ее еще раз, обнажив ямочки, которые она так любила рассматривать. – Хорошо.
Открыв дверь в свою квартиру, Мария поцеловала его в последний раз. – Спокойной ночи, Доминик.
– И это все? - спросил он в замешательстве. – Ты не будешь пытаться хитростью заманить меня в свою квартиру, а потом трахнуть?
Если бы она не знала лучше, то подумала бы, что он может быть немного обижен.
Мария покачала головой, медленно улыбнувшись. – Нет.
– Правда? - спросил он, теперь уже явно обидевшись.
– Почему? – Мария подняла идеальную бровь. – А это сработает?
– Н-нет. – Дом быстро провел рукой по волосам, похоже, именно он был сегодня сексуально расстроен. – Это просто не похоже на тебя. – Вернув руку к ее щеке, он потрогал ее, чтобы убедиться, что она теплая. – Ты уверена, что с тобой все в порядке?
– Да, - заверила она его, но при этом постаралась как следует зевнуть. – Я все еще хочу спать после прошлой ночи.
Доминик не выглядел так, чтобы в ближайшее время вручить ей "Оскар", но, к счастью, не стал задавать вопросов. – Хорошо. Спокойной ночи, Мария.– Наклонившись, Дом нежно поцеловал ее в щеку, а затем прикоснулся губами к ее уху, чтобы напомнить ей о том, что он никогда не хотел, чтобы она забыла. – Я люблю тебя, Мария.
Сглотнув, она почувствовала, как теснота, возникшая в груди, перешла в горло. – Спокойной ночи.
Почему ей было так больно, что она не могла сказать ему эти три слова в ответ? И еще больнее было от того, что ей пришлось закрыть перед ним дверь, когда она хотела, чтобы Доминик провел с ней ночь.
Но Марии нужно было кое-кого увидеть .....
* * *
Постучав в дверь, она ждала разрешения войти, а не просто вошла, как обычно.
– Войдите.
Услышав темный голос, она медленно открыла дверь. Казалось, что прошла целая вечность с тех пор, как она заходила в эту комнату, и еще больше
