44. Я был похож на замерзшую пещеру в горах Виндхьи. С черным телом,
прикрытым только полной блох тяжелой накидкой на плечах,
45. Я был как божественный кабан Вараху, несущий на себе тяжелую землю,
кишащую разными существами. Я пережил огромный лесной пожар, от которого
сгорело множество зверей в округе,
46. Сходно с тем, как время разрушает мир в огне конца вселенной. Как жадность
приводит к болезни, как глупость приводит к несчастью, так дети, рожденные моей
женой, были для меня и радостью, и страданием.
47. Я, единственный сын короля, провел там шестьдесят лет непрекращающихся
страданий, казавшихся мне равными шестидесяти эпохам.
48. Так, связанный цепями дурных наклонностей, я долгое время страдал, рыдал
когда не везло, питался отбросами и жил среди ужасных чандалов, О министры!
Этим заканчивается сарга сто седьмая «Об иллюзии: О страданиях»
книги третьей «О создании» Маха-Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к
Освобождению, записанной Валмики.
Сарга 108. Об иллюзии: Неожиданная засуха.
1. Король продолжил:
Проходило время, я постарел, и моя борода стала напоминать траву, покрытую
инеем.
2. Дни летели, принося то счастье, то несчастье; меня несло в потоке времени, как
ветер несет охапку сухих листьев.
3. Бесконечные везения и невезения, ссоры и драки, взлеты и падения преследовали
меня, как дождь стрел в битве.
4. Мой разум погряз в вихрях разнообразных иллюзий, как неразумная птица, и его
несло среди заблуждений, как волну в океане.
5. Я кружился в водовороте бесчисленных беспокойств, подобно соломе, несомой
волнами в океане времени.
6. Я жил, как земляной червь в горах Виндхьи, озабоченный только едой, я был
подобен ослу в человеческом обличье, истощавшему и ослабшему от прожитых лет.
7. Я скоро забыл свое царствование, как труп забывает о том, кем он был; и я
окоченел в убеждении, что я неприкасаемый чандала, как мертвая птице, сбитая
стрелой.
8. Однажды, как земля при разрушении вселенной, как лес, горящий в огне пожара,
как берег океана, избитый волнами, как сухое дерево, пораженное молнией,
9. Земля жестоких чандалов была поражена неожиданной засухой, когда болота у
подножия Виндхьи лишились воды, и не осталось там ни травы, ни живого листа.
10. Облака куда-то пропали из виду, дожди не шли, ветра стали столь горячими, что
из них сыпались искры.
11. Леса с высохшей листвой загорелись, среди облетевших пустых лесов огонь
казался издалека рыжеволосыми аскетами в пустыне.
12. Сухие леса сгорели дотла в неожиданных ужасных огромных пожарах, и после
них остался только пепел и уголья.
13. Тела всех были покрыты серой пылью, и для всех людей в этой стране, лишенной
пищи, травы и воды, наступил голод.
14. Буйволы шли за миражами, желая погрузиться в воды, видимые в лучах солнца в
огромной пустыне; ветер не приносил ни капли воды в застывший воздух в лесах.
15. Желая найти воду, толпы людей спешили туда, откуда слышалось слово «вода», и
теряли сознание от жажды, вызванной жаром.
16. Голодные люди хватали и глотали сухие листья, другие жевали собственные
пальцы, и катались по земле от боли собственных укусов.
17. От ужасного голода некоторые жевали вместо мяса куски древесины, другие
грызли камни из леса, принимая их за еду.
18. Родители с детьми, поддерживая друг друга, бродили в поисках пищи. Хищные
птицы пожирали мелких птиц.
19. Люди нападали друг на друга, и на землю лилась кровь, как когда злобный лев
хватает ослабевшего от голода буйвола.
20. Люди рвали друг другу глотки, как ужасные заблудшие львы, озлобленно борясь
друг с другом.
21. Деревья потеряли всю листву, дули горячие ветра, испуская горячие искры;
дикие кошки, в своем голоде и жажде, ели землю из русел высохших рек.
22. От клубящегося вздымающегося пламени неслись горячие потоки воздуха, и от
шипящих догорающих углей повсюду леса становились красно-желтыми.
23. По кустам стелился манящий запах подгоревшей плоти удавов, сожжѐнных в
своих укрытиях; небо было покрыто сумрачными облаками дыма, поднимаемого
ветром с пожаров.
24. Поднимаемый завывающим ветром дым покрывал землю, плакали испуганные
дети, и вместе с ними рыдали мужчины и женщины.
25. С помутившимся разумом, люди зубами рвали трупы, и грызли собственные
пальцы, измазанные кровью и пахнущие мясом.
26. Люди принимали поднимающийся черный дым за темные лианы и пытались
сорвать их, и их лица покрывались копотью; грифы принимали за добычу
взлетающие горячие угли и глотали их.
27. Некоторые нападали на других, разрывая тела, и горящими шипящими палками
выпускали друг другу внутренности.
28. Ветер, со свистом дующий из пещер, раздувал и разносил ужасные лесные
пожары; шипели змеи, испуганные падающими с деревьев горящими углями.
29. Так огромная цветущая страна была охвачена неожиданной засухой, от которой
мир горел, как в огне двенадцати солнц.
30. Прекрасная родная сторона стала пустыней для игр пожаров, сыновей горячего
солнца, с огромными горящими деревьями, где дули ветра разрушения.
Этим заканчивается сарга сто восьмая «Об иллюзии: Неожиданная
засуха» книги третьей «О создании» Маха-Рамаяны Шри Васиштхи,
ведущей к Освобождению, записанной Валмики.
Сарга 109. Об иллюзии: Переселение чандалов.
1. Король продолжил:
От этого ужасного несчастья, великой засухи, олицетворяющей жару разрушения
вселенной,
2. Некоторые, со своими женами и друзьями, ушли с насиженного места, как
уносятся осенние облака в небе.
3. Другие, крепко привязанные к детям, женам и старым родственникам, которые не
могли идти, остались и погибли, как сломанные деревья в лесу.
4. Некоторые из покинувших родные места были сожраны тиграми, как
неоперившиеся птенцы, вылетевшие из гнезда, становятся добычей ворон.
5. Некоторые попадали в огонь, как мотыльки, летящие на свет, другие падали в
ямы, как камни, скатывающиеся с обрыва.
6. Я, оставив родителей жены и других родственников, покинул несчастную страну,
взяв с собой жену и детей.
7. Мы с женой прошли через огонь и ветер, избежав диких зверей и змей, обойдя
смерть и опасности.
8. Выйдя из того места, у подножия пальмы я спустил с плеч своих детей, похожих на
мои черные грехи.
9. Я остановился там для долгого отдыха, как только что вырвавшийся из
преисподней, и забылся, устав от бесконечного огня и жара, словно лотос,
лишенный воды в летний зной.
10. Моя жена-чандалка тоже заснула в прохладной тени под деревом, крепко обняв
двоих детей.
11. Потом самый младший из детей, невинный и самый любимый, сын по имени
Приччака, встал прямо передо мной.
12. Голодный, он сказал мне со слезами на глазах: «Папа, дай мне скорее мяса и
крови!»
13. Мой сын повторял это снова и снова, он почти у мирал от голода и плакал не
переставая.
14. Я ему много раз сказал, что мяса нет, но он, не понимая, настаивал: «Дай мне
мяса!»
15. Тронутый его детской непосредственностью и измученный страданиями, я сказал
ему: «Сын, приготовь мое мясо и съешь его!»
16. Он согласился и на это и опять сказал: «Дай мне!», обнимая меня, готовый есть
мою плоть от ужасного голода.
17. Видя его страдания, я был преисполнен любви и жалости, видя его боль, я сам
страдал.
18. Неспособный более выносить огромные страдания, я решил покончить с собой -
