О. Голынкин. Проект гаража с административным корпусом на улице Александра Невского
➧К сожалению, одна из лучших построек, законченный в 1981 году 4-этажный гараж с административным корпусом на углу улиц Александра Невского и Херсонской, не сохранилась: в 2016 году ее снесли и построили на ее месте апарт-отель. Варварская реконструкция испортила «конструктивистскую» архитектуру 6-го таксомоторного парка на Краснопутиловской улице, 69 (1979–1983), но лихо отставленная спираль рампы пока просматривается. Зато сохранилась, сменив назначение, автобаза для автомобилей иностранных представительств на улице Нахимова, 5, корп. 1 (совместно с Борисом Раппопортом, 1975–1980), стоят на своих местах ведомственная автобаза на Атаманской улице, 9 (1975) и кооперативный гараж на той же улице, 5б (1985).
О. Голынкин. Проект 6-го таксомоторного парка на Краснопутиловской улице
О. Голынкин. Гараж иностранных представительств на проспекте Нахимова. 1980
➧Еще один кооперативный гараж, «Василеостровец» на Уральской улице, 31, сохранил свою изначальную красоту в полной мере. В этой поздней постройке Голынкина есть что-то от лаконизма его ранней работы — Некрасовского рынка{6}. Рампа спрятана внутрь, и единственным скульптурным акцентом, выступающим из кристаллического объема, стала корбюзианская витая лестница. Получив возможность использовать в этом проекте керамзитобетонные панели нестандартной формы, архитектор дал им главную роль. Традиционные для гаражей узкие окна (много света парковочным пространствам не нужно) здесь не горизонтальные, а вертикальные, спрятанные между выступающими объемными панелями. Панели граненые, как вытянутый бриллиантовый руст, и игра светотени на них создает приятный глазу оптический эффект. Нижняя часть здания, где расположены въезды, мойка и сервисные зоны, оформлена сдержанно и элегантно: перед кирпичными стенами идет ряд квадратных опор, пересеченных широким гладким фризом. Получился настоящий дворец, точнее даже палаццо, для машин.
➧«Василеостровцу» повезло не только в том, что его качественно построили и хорошо содержат, но и в том, что единственным крупным сооружением, которое с тех пор возвели рядом, стала эстакада, ведущая с набережной Макарова на проспект КИМа, а она не портит вид, а дает новые точки для созерцания самого эстетского гаража в городе.
Кульминацией же ленинградского гаражестроения стала автобаза обкома КПСС на Херсонской улице. Ее автор, Владимир Фрайфельд, принадлежит к более молодому поколению, чем Голынкин, и в своих художественных поисках (а он именно архитектор-художник, выпускник Академии) 1980-х годов он стремится к динамичным, почти маньеристически сложным композициям. В автобазе он использует те же приемы, что и в общежитии профтехучилища объединения «Скороход»{35}: изломанный контур, аранжированный треугольными выступами над и под сгруппированными по вертикали окнами. Но здесь еще добавляются два мощных цилиндра рамп для заезда и выезда автомобилей. Один из них, погруженный в глубокую нишу, служит основой угловой композиции, динамику которой усиливает застекленный павильон-«птичка» на кровле. Вторая же цилиндрическая рампа, которую становится видно, если пройти дальше по Херсонскому проезду, настолько монументальна, что невольно вызывает ассоциации с шедевром Райта, Музеем Соломона Гуггенхейма в Нью-Йорке. Здание занимает целый квартал и имеет три проработанных фасада, каждый из которых оригинален по-своему. Все разнообразие ракурсов не срывается в хаос благодаря сдержанной цветовой гамме (серый и белый с добавлением тускло-золотого в ответственных местах) и объединяющим сильным горизонтальным линиям.
50. НОВОСМОЛЕНСКАЯ НАБЕРЕЖНАЯ
АРХИТЕКТОРЫ С. ЕВДОКИМОВ, В. СОХИН, В. СОКОЛОВ, П. КУРОЧКИН
ИНЖЕНЕРЫ В. КАНАТУШ, А. НЕЛИПА
ПРИМОРСКАЯ
1979–1986 НОВОСМОЛЕНСКАЯ НАБЕРЕЖНАЯ, 1
1966–1993 НОВОСМОЛЕНСКАЯ НАБЕРЕЖНАЯ, 2–8
Дома на ножках и аркада над Смоленкой: самый мощный из реализованных фрагментов плана застройки западной части Васильевского острова
Река Смоленка — один из рукавов в дельте Невы, отделяющий Васильевский остров от острова Декабристов. Раньше она, ответвляясь от Малой Невы, возвращалась в нее же, но в середине 1960-х, когда были произведены крупномасштабные земляные работы по формированию морского фасада Ленинграда, прорыли канал, спрямивший русло Смоленки от дальнего конца Смоленского кладбища до Финского залива.
➧В 1966 году был утвержден экспериментальный проект детальной планировки и застройки нового Приморского района Ленинграда, разработанный в 12-й мастерской Ленпроекта, которой руководил Сергей Евдокимов. Согласно этому проекту, вдоль 2-километрового канала, в котором теперь текла Смоленка, должна была пройти широкая пешеходная эспланада.
Схема развития центра Ленинграда на Васильевском острове
➧Евдокимов, вероятно, мыслил ее как линейный парк, разделяющий два симметричных экспериментальных микрорайона и ведущий к бульвару на набережной, так что застройку поначалу проектировал довольно спокойной. Но в рамках генплана города ее включили в систему развития общегородского центра, которая должна была продолжиться от архитектурных ансамблей по берегам Невы зеленой полосой вдоль Малой Невы и естественного русла Смоленки до новой эспланады и площади на берегу Финского залива. Соответственно, на эспланаде необходимо было создать выдающийся архитектурный ансамбль, которому отвели роль пропилей мемориала, посвященного обороне Ленинграда.
Центральная эспланада. Проектная перспектива
➧Скорее всего, за этими решениями стоит Николай Баранов-старший, мечтавший о цепочке парков и о морском фасаде еще во время работы над генпланом Ленинграда 1948 года. В 1960-х Баранов занимал должность заместителя председателя госкомитета по строительству и архитектуре, то есть был фактически министром архитектуры и ревниво курировал из Москвы все происходившее в западной части Васильевского острова. В 1966 году он писал: «У Смоленского кладбища, где в братских могилах покоятся тысячи ленинградцев, погибших во время блокады города, намечена постройка Музея обороны Ленинграда. Этот музей послужит архитектурным началом морской эспланады, идущей вдоль реки Смоленки в берегу Финского залива. Вдоль эспланады, в сочетании с ее архитектурной композицией, развертываются скульптурные группы, посвященные Ледовой дороге жизни, прорыву блокады города и разгрому фашистских полчищ под Ленинградом»[509]. Завершить эспланаду собирались парадной площадью с одним из четырех высотных зданий, которым предстояло сформировать новый силуэт города, и вдающимся в море молом, на котором должен был появиться памятник защитникам Ленинграда.
Центральная площадь Морского фасада. Вид со стороны залива. Проектный рисунок
➧В ранних вариантах, созданных в середине 1960-х под руководством Евдокимова, застройка по сторонам эспланады логично продолжала примыкающий к ней с юга 1-й экспериментальный квартал Васильевского острова{ЖИЛЬЕ III}. На фотографиях макета видно, что по южной стороне канала планировалось дополнить 1-й квартал четырьмя 22-этажными пластинами, повернутыми к эспланаде торцами: согласно расчетам инсоляции, так тень от них падала бы не на соседние дома, а на эспланаду. На этой стадии 22-этажные дома были подняты не на «ноги», а на широкие
