Безобиден и угнетён какой-то личной драмой, спасенье от которой решил искать в тайге. По утрам делает физзарядку и усердно чистит зубы. Легкий на подъём, с умными глазами за толстыми стёклами очков, бородка клинышком. Его-то и взял Ковалёв с собой, отправившись на поиски сена.
Они шли поймой реки, вдоль руслоотводной канавы за нижний полигон. Сухов крутил головой по сторонам, спотыкался о болотные кочки и молчал. Семён подумал, что обиделся на него этот нечаянно угодивший в старатели человек.
— Алексей Васильевич? Как работается? Может быть, мониторщиком перевести?
— Нет-нет! Нормальная работа! Даже интересно. Ёлки-палки!
— Материться, вижу, ещё не научился, всё ёлки костеришь?
— Зачем мне это? Обхожусь.
— Правильно, "не жили богато, не стоит и начинать". А то, приедешь домой, да как загнёшь по-старательски.
— Не вернусь домой. Увы.
— Почему? Расскажи, если не больно вспоминать. Давай присядем на вот эту сухую валежину.
— Обычная история. Влюбился в первокурсницу, и дело так далеко зашло, что стал отцом.
— Ну и что же здесь плохого?
— Родители меня затаскали по инстанциям.
— А им, какое дело, если вы полюбили друг друга?
— Наивный ты человек, Семён Иванович. Зачем я им нужен? Они ей приданого наготовили полный дом, кооперативную квартиру купили, ждали жениха с положением в обществе.
— Чушь какая-то! Откуда эта блажь?
— Отец — начальник жилищного управления.
— Какого же зятя им нужно? По твоим словам, неплохо живут, если студентке купили кооператив?
— Неплохо — не то слово, Семён Иванович. В квартиру боязно заходить. Роскошь… Антикварная лавка…
— Вы поженились?
— Расписались и устроили в общежитии комсомольскую свадьбу. Её родители так и не пришли. Вот так… Потом я узнал, откуда у них взялась эта роскошь, и прикрыл лавочку.
— Что прикрыл?
— Взятки они брали с желающих получить квартиру без очереди.
— Ты что, отомстил им?
— При чём здесь месть? Сделал то, что посчитал нужным. Всё имущество конфисковали. Жена подала на развод. Меня видеть не пожелала. Живёт теперь в общежитии с дочерью. Я с горя чуть в петлю не полез. Сбежал в тайгу подальше и от неё, и от себя, и от института.
— А ты, в каком институте учился?
— Я окончил Ленинградский горный, геолфак.
— Так почему же ты геологом не пошёл работать?
— Я тогда был в таком состоянии, что людьми руководить бы не смог.
— Значит, ты геолог, а не химик?
— Увлёкся геохимией. У нас читал лекции профессор Бурков, кого хочешь, увлечёт. Вот голова! Геохимия, как наука ещё только начинается. По сравнению с геохимией, геологическая съёмка — ремесленничество, ты научился читать карту, но не научился читать прошлое.
Мы ищем месторождение, не ведая, а что это такое, как оно образовалось? Ты же знаешь, что всё живое имеет генетический код. В образовании минералов заложено то же самое.
Это гено-кварцевая теория. Каждый образец минерала несёт в себе ключ к строению горной породы, кривую эволюции, состав первичного вещества, повлиявшего на строительство всей планеты. Код заложен во всей эволюции горного мира.
Здесь, в Якутии, я уже нашёл уникальный пирит. Он помог нам рассчитать в Ленинграде место поиска руды. Нам не верили, что мы что-то найдём, потому что там уже была геологическая съёмка.
Именно там, где она должна была лежать, я отбил кусок руды, весь заплёванный видимым золотом. Нашёл потому, что знал о петрохимических эволюциях горных пород, — Сухов говорил взахлёб, страстно и вдохновенно, как можно говорить только о любимом деле.
— Алексей Васильевич! — поднялся с бревна Ковалёв. — Зачем ты тратишь время чёрт знает на что?
— Всё нормально, Семён Иванович. Образование россыпей тоже наука. Чтобы познать тетиву, нужна практика, нужны образцы под руками. Я здесь практику познаю. Работаю с образцами, думаю, мне никто не помешает.
— Вот гусь! Почему же ты раньше ничего не сказал? Я ведь, тоже геолог. Слушай, а может быть, ты мне поможешь? Все равно ведь материал копишь.
— В чём?
— Ты сказал, что знаешь, как образуются россыпи золота?
— Я диплом защищал по рудным образованиям.
— Молодец! Так давай проанализируем данные разведки Орондокита, поднимем старые документы, вдруг найдём источник россыпи? А?
— Трудная задача. Золото — это такая штука, жизни для изучения не хватит. Я здесь в свободное время лазил по отработке. Очень много наносов над древним руслом. А жила мощностью, может быть, в несколько десятков сантиметров. Попробуй её отыщи. Ты же знаешь, что в россыпи остаётся всего десять процентов золота, а остальное уносит, дробит, растирает вода.
— Всего десять процентов? Не знал… Всё равно надо искать! Никто нас не торопит, время есть, может быть, толк будет.
— Только, как? Без буровых и шурфовщиков?
— Думай! Я беру на себя техническую часть. Пневмоударная буровая стоит без дела, попробую её переделать на вращательное бурение. Но сначала надо наметить сеть разведки. Договорились?
Он помолчал, подумал и твёрдо ответил:
— Согласен! Давай попробуем.
— Возвращаемся, сено есть кому поискать. Пойдём, разрезы и планы посмотрим. Данные разведки подтверждаются, даже с переотходом содержания. Добросовестно работали в те годы.
Тогда за неправильную разведку металла отдавали под суд. Иные геологи специально занижали содержание золота в пробах, чтобы не попасть впросак.
Сухов ознакомился с документацией и обвёл карандашом на плане круг. В масштабе к местности круг охватывал полтора километра в диаметре. От устья Летнего ключа, вокруг посёлка через сопку и обширную марь.
— Где-то здесь! Через баню и свинарник идет шурфовая линия. Смотри, в девятнадцатом шурфе проба семнадцать граммов на куб. Это — основная струя выноса.
— Очень большая площадь, трудно будет искать.
— Семён Иванович! Меня заинтриговал, а сам на попятную? Если взялись за поиски, давайте плыть до берега вместе.
— Я не сомневаюсь, прикидываю, с чего начинать.
— Командируйте меня на три дня в город. Если куратор поможет с допуском, пороюсь в комбинате и геолфондах экспедиции. Нужны химические анализы, спектралка недавней доразведки. Тогда мы сможем уменьшить круг поиска.
— Завтра улетишь. Отвезёшь заявку в экспедицию на комплект для ручного бурения. На первый случай.
— Но он же не потянет на пятнадцать метров?
— Потянет. Треногу поставим. Вместо штанг пустим металлический пруток, его у токаря навалом. Впрочем… Мы сможем комплект сами изготовить. Возьми победита для коронок, лучше всего шестигранника. Остальное сделаем.
