— Извини.
— За что? — прошептала девочка. — Всё правильно.
— Всё равно извини. За многое.
Дикарка вздохнула — и замерла от внезапного осознания.
— Погодите. Ведь вы… — она повернулась к подругам. — Они… им ведь тоже нельзя!..
Искра и Глазок с ужасом переглянулись.
— Извините, — сказала Бета.
Быки дрожали крупной дрожью и мотали башками. Гарий и Мона суетились вокруг, сторонясь рогов, ласково разговаривали, старались успокоить.
Был уже вечер. Зверей только что собрали по лесу. В бессмысленной жажде убийства нападающие походя зарубили трёх безобидных тварей. Беломордый доказал, что не так уж безобиден — боднул одного ночного татя так, что и дух вон, другого крепко помял. Еще нескольких потоптали быки, обезумевшие от боевых сплетений Узора. И разбежались, понятно.
— А тут Пегас постарался, — Алек потянулся мыслью и перевернул неубранное тело. Норик поморщился от такого неуважения. Даже если перед тобой тело врага, с ним не след обращаться столь бесцеремонно. Впрочем, молодой вой воспитывался в империи, возможно, он не видит ничего особенного в своём действии.
— Неслабо, — присвистнул маленький охотник, рассматривая труп. Лица у него не было, разбитая ударом копыта голова была похожа на шарик сырого фарша.
— За узду хотел схватить, — Алек встал на колени, разглядывая руки ночного татя. — Хорошо, у меня удила эльфийские.
— Думаешь найти? — спросил Норик. Молодой вой недобро улыбнулся. Пегаса так и не нашли — видимо, всё-таки где-то в лесу коня поймали и увели.
— Думаю. И найду. Но сначала надо решить, что делать дальше.
Гарий неподалёку навострил уши, делая вид, что всецело занят быками. Моне тоже было интересно, что они будут делать дальше.
Войи не спешили преследовать нападавших. Алек вытащил из пленников необходимые сведения. Большинство из них было наёмниками, другие бессвязно плели что-то о каком-то вожде, который пока отсутствует, но вот-вот вернётся и устроит всем неверным весёлую жизнь, и реки потекут кровью…
Алек выяснил и местоположение лагеря татей, но если они не совсем дураки, то уже снялись с места. Лес большой, полностью его не прочешешь, а летом можно раскинуть стоянку где угодно.
К тому же следовало сначала позаботиться о защите.
— Товары почти целы, — сообщил Норик. — Утащили и поломали немногое. Всё ещё можно восстановить и продолжить путь.
Он посмотрел на дочь, которая старательно притворялась, что не слушала. Продолжить путь, через эти разбойничьи леса? С жёнами-детьми?
— Может быть, разделиться? — неуверенно предложил Джурай. — Войям пойти дальше, отпустить домой тех, кто…
Станет нам обузой. Он не закончил фразу, но все ясно уловили несказанное.
— Никого отпускать не будем, — тяжело сказал Алек. — В крайнем случае нам придётся их проводить. А вообще-то нужно строить лагерь, постоянный, защищённый от нападения. И время от времени гулять по лесу.
Джурай, Джонатам и ещё несколько молодых войев тут же предложили составить ему компанию. Алек безучастно кивнул, думая.
Эта дорога, Ярмарочный Путь, была проложена на второй год после войны. Совет войев и гильдийских мастеров решил, что отныне воличи будут торговать. Будь у них нормальное торговое сообщение с соседями, вряд ли они зевнули бы войну. А так, сидючи на своих землях и посмеиваясь над соседями, которые боятся "страшных Еретиков", немудрено даже и сошествие Ангры с небес пропустить.
На дорогу от границ земель воличей до бывшего Посёлка Проклятых ушло много человеческих сил. Были проведены аж целых две ярмарки, зимняя и летняя. И радоничи с охотой торговали с западными добытчиками и мастерами. Выспрашивали, как им живётся в соседстве с этими страшными Еретиками.
И сейчас воличи собирались на ярмарку, не на рать. Войев было немного. Женщины, дети, мастера. Чудо, что никто не погиб в бою.
— Власти Радона должны узнать о разбойниках, — сказал Алек. — Но пока мы доберёмся до церковных форпостов, пока те раскачаются, все разбегутся. И потом, церковники могут ещё не среагировать должным образом, сочтя, что это наше дело… ведь на самом деле эти земли — "серые". Они не заселены и принадлежат Империи лишь формально.
Совещание затянулось надолго, и всё-таки с небольшими дополнениями все приняли предложение Александра.
— А империя не воспримет это как нападение? — поинтересовался Гарий, фыркая и отдуваясь. Глотнул ещё и вернул кувшин, кивком поблагодарил.
— Откуда мне знать, — Мона приняла. — Кто из нас жил в Каррионе? Вот ты и скажи.
Мальчишка нахмурился.
— Эти земли не заселены. Просто принято считать, что граница проходит по Мете. Мы не собираемся здесь жить, — Гарий обвёл рукой, — разве это похоже на постоянное поселение?
Мона внимательно проследила за его жестом, оглянулась вокруг:
— Не-а. А вот на крепость как раз очень похоже.
— На временную крепость, — Гарий поплевал на ладони и снова взялся на продольный топор, которым выбирал паз на торце бревна. Поморщился от боли. Мона со вздохом отошла. Несправедливо, что на самих целителях раны заживают плохо. Опять вечером зашептывать ему мозоли.
— Упрямый баран, — пробормотала себе под нос. Отпила из кувшина там, где касались его губы — этакий поцелуй на расстоянии.
С пробуждения после боя, когда она, вставая с кровати, едва не наступила на своего "сторожа", Гарий обращался к ней с ровной доброжелательностью. Отвечал на вопросы, улыбался спокойно и даже почти не краснел. О произошедшем не напоминал.
Крепостца встала за два дня. Мона и Гарий с удовольствием бы променяли строительные хлопоты на разведывательные рейды по лесу, которые вытребовал себе Алек и иже с ним. Ну и что, что опасно!..
Однако войи и не думали брать с собой детей. Стоило Гарию заикнуться о участии в прогулке брату, Алек жёстко его одернул. Даже Джурай, несмотря на свою репутацию безбашенного нарушителя правил и приказов, в ответ на робкую просьбу посмотрел на него как на идиота.
Я знаю, что я пока никудышный вой!.. Но если меня не будут никуда брать, то чему же я вообще смогу научиться?!.
Гарий обнаружил, что уже довольно долго без толку шлифует лезвием выруб, так, что дерево уже блестит. Поднял голову в поисках руководящего работой на этой стене.
— Тёть Линда, куда это? — спросил. Мать Моны обернулась, прищурилась, и бревно медленно воспарило в воздух. Гарий проводил его взглядом и перешёл к следующему, царапинами наметил выруб и заработал инструментом.
Остановившись смахнуть пот, он покосился на висящую рядом на сучке перевязь. Уже чуть потёртая рукоять даги (вот уж не думал, что первый убитый этимклинком — и вообще первый убитый, окажется моим сородичем) на месте, а ножны длинного меча были пусты. Гарий зарычал сквозь зубы и яростно застучал топором, представляя, что сокрушает голову врага, презренного вора.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
