Василий слишком торопился, чтобы кого-то ждать. Вызовов было много, ночью выспаться ему не удалось, кроме того, этим утром он собирался вернуться на строительную площадку на месте Всемирного торгового центра и переговорить с кем-нибудь из начальства. На третьей ступени лестницы, ведущей на второй этаж, он увидел папку с металлической табличкой на лицевой стороне. Название фирмы, выгравированное на табличке, соответствовало тому, что стояло в бланке-заказе Василия.
– Есть тут кто? – вновь позвал он, потом сдался.
Крысолов отыскал дверь на лестницу в подвал, решив провести обработку, раз уж приехал. В подвале царила темнота: Василий вспомнил заткнутое окно, а электричество давно отключили. Он сомневался, что во всем доме найдется хоть одна целая лампочка. Василий оставил тележку наверху, подперев ею дверь, и начал спускаться с металлическим стержнем в руке.
Лестница поворачивала налево. С площадки между маршами он сперва увидел кожаные туфли, потом ноги в брюках. Менеджер сидел, привалившись к стене, склонив голову набок. Глаза его были открыты, он тупо смотрел перед собой.
Василию доводилось бывать в заброшенных домах, расположенных в таких вот далеко не благополучных районах, поэтому он прекрасно понимал, что не следует прямиком бежать к пострадавшему. Он спустился на нижнюю ступеньку, постоял, оглядываясь и давая глазам привыкнуть к темноте. Подвал показался ему самым обычным, разве что на полу лежали две отрезанные медные трубы.
Справа от лестницы высилось основание печного дымохода, там же стояла газовая топка, дым из которой уходил в трубу. Василий увидел четыре грязных пальца, смутно темнеющих на побеленном основании.
Кто-то там притаился, дожидаясь его.
Василий повернул наверх, чтобы вызвать полицию, но свет за поворотом лестницы исчез. Дверь закрылась. И закрыл ее тот, кто находился сейчас на верхнем пролете.
Василий понял, что нужно бежать, и ринулся к печной трубе, где прятался обладатель грязных пальцев. С жутким криком Василий ударил стержнем по костяшкам, размозжив кости о штукатурку.
Как оказалось, за трубой пряталась молоденькая девушка, не старше двадцати, вся вымазанная в земле, с кровью на груди и вокруг губ. Боли она, похоже, не почувствовала, зато бросилась на Василия с невероятной скоростью, выказав еще более невероятную силу. Крысолов пятился под ее напором, пока не уперся спиной в стену, хотя габаритами как минимум вдвое превосходил девчушку. Она яростно захрипела, а когда раскрыла рот, оттуда вылез невероятно длинный язык. Но нога Василия уже поднялась и, ударив в грудь, свалила девицу на пол.
Он услышал шаги – кто-то спускался по лестнице – и понял, что в темноте ему в этой драке не победить. Фет вытянул руку и металлическим стержнем сдернул грязные тряпки, закрывающие окно. Они упали, как выбитая из бочки пробка, но вместо вина в подвал полился солнечный свет.
Василий тут же повернулся к девушке и успел увидеть, как ее глаза округлились от ужаса. Тело попало под прямые лучи, девушка издала жуткий вопль и начала разлагаться, уменьшаясь в размерах и дымясь. Василий всегда представлял себе, что такое происходит с человеком при взрыве атомной бомбы: радиация и чудовищный жар одновременно поджаривают его и распыляют на атомы.
Все произошло практически мгновенно. На грязном полу от девушки почти ничего не осталось.
Василий смотрел во все глаза как зачарованный. Он совершенно забыл о напарнике девушки, который спускался по лестнице, но тот вдруг застонал, реагируя на солнечный свет. Парень попятился, споткнулся о менеджера, чуть не упал, но устоял на ногах и полез вверх по лестнице.
Однако Василий уже пришел в себя и нырнул под ступени. Сунув стержень в зазор между ними, он с силой ткнул парня и свалил на пол, затем подошел к нему и занес стержень над плечом, когда тот поднялся. Его ранее коричневая кожа стала болезненно-желтой, как при гепатите. Рот открылся, и Василий увидел, что вылезает из него не язык, а нечто гораздо хуже.
Василий врезал ему по рту металлическим стержнем. От удара парень крутанулся на месте и упал на колени. Василий наклонился, схватил его сзади за шею, как шипящую змею или разъяренного кота, держа подальше от себя эту вылезающую изо рта мерзость. Он посмотрел на прямоугольник солнечного света, над которым вилась оставшаяся от девушки пыль. Почувствовав, что парень пытается вырваться, Василий ударил его металлическим стержнем под колени и подтолкнул к свету.
Василий Фет, пусть и наполовину обезумевший от страха, понял, что хочет увидеть это вновь. Хочет увидеть это самое убийство светом. Пинком под зад он отправил парня в солнечные лучи и долго смотрел, как тот сжимается и корчится, сжигаемый лучами, превращается в золу и дым.
Саут-Озон-парк, Куинс
Лимузин Элдрича Палмера медленно заехал на склад, расположенный в промышленной зоне, примерно в километре от старого ипподрома «Акведук». По городу Палмер путешествовал скромно: за первым лимузином следовал второй, на случай, если первый сломается, а в арьергарде ехал черный микроавтобус, представлявший собой машину «скорой помощи», оборудованную всем необходимым, в том числе диализной установкой.
Ворота открылись, чтобы пропустить кортеж, и тут же закрылись. На складе его ждали четверо членов общества «Стоунхарт», краеугольного камня инвестиционного конгломерата «Стоунхарт груп».
Дверцу лимузина открыл для Палмера господин Фицуильям, и тот вышел под благоговейные взгляды. Мало кому из членов общества удавалось лицезреть председателя.
Их черные костюмы копировали его костюм. Палмер привык к благоговению. Инвесторы, вложившие средства в «Стоунхарт груп», полагали его мессией, поскольку богатели на способности Палмера безошибочно предугадывать рыночные тенденции. Но члены общества… они пошли бы за ним и в ад.
В этот день Палмер ощущал необычайный прилив энергии, поэтому обходился только тростью из красного дерева. Бывший склад давно пустовал. Инвестиционная компания «Стоунхарт груп» иногда использовала его для хранения автомобилей, но главным достоинством склада была старомодная подземная печь для кремации – она относилась к тем временам, когда еще не существовало никакого Кодекса профессиональной этики национальной ассоциации похоронных бюро. Доступ к этой печи обеспечивала большая заслонка в стене.
Члены общества сгруппировались возле каталки со спасательной капсулой. Здесь же стоял господин Фицуильям.
– Какие-то проблемы? – спросил Палмер.
– Никаких, председатель, – ответили они.
Те двое, что внешне напоминали доктора Гудвезера и доктора Мартинес, отдали господину Фицуильяму поддельные удостоверения ЦКПЗ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
