корпорации вопросов к вам не будет, а вот с подельниками этих… Сам понимаешь. Километр от стены – еще наша зона ответственности, а дальше вы уже сами по себе.
- Понимаю. – уныло вздохнул Эрл.
- Надолго к нам? – попытался завести непринужденную беседу Малик.
- Прошу прощения, офицер… – я придвинулся ближе к пассажирской двери и даже привстал, чтобы лейтенант смог меня получше разглядеть. Тоже дурацкая привычка. У них тут и так камеры везде, небось. И сам признался, что наблюдал за нашими акробатическими трюками. И так рассмотрел во всех подробностях – У нас в кузове двое поломанных парней, которым необходимо как можно быстрее попасть в медсекцию. Можно ли как-то ускорить процедуру осмотра, досмотра, проверки документов и других бюрократических вывертов?
- Что же сразу не сказали? Ладно этот, но ты то, Эрл. Сам знаешь, какие у нас допотопные сканеры. Увидели в транспортном отсеке двоих – подумали, как обычно, смена на отдых. – и вполне официальным тоном лейтенант продолжил: – Под протокол. Эрл Грей, подтверждаешь, что ничего запрещенного, перечисленного в уставе и правилах компании не пытаешься ввезти на территорию базы «Омега» корпорации "Инвинг"?
- Под протокол… – начал было Эрл, но я, по подсказке умнички-Машки, его перебил.
- Стоп! Что в трофейных «блохах» мы понятия не имеем. Под протокол можем подтвердить только отсутствие запрещенной продукции в грузовике и прицепе.
- Да! – опомнился Эрл.
- Тогда придется проводить досмотр. – совсем скучным голосом произнес Малик – Да и к тебе, Стас Вет, есть несколько вопросов. – при этом от него не шло какого-либо негатива, как при первом общении с местными СБ. Скорее всего – любопытство. Постояв пару секунд в раздумьях, лейтенант принял решение: – Загоняйте свой автопоезд за ворота, сразу же паркуйтесь на обочине, можно подальше в степи, отцепляете от своего автопоезда трофеи и Эрл едет дальше. Ну а ты Стас, остаешься присматривать за досматриваемым имуществом. Заодно и пообщаемся.
- Малик! – попытался было возмутится Эрл – Сколько ты меня знаешь?! Я хоть раз…
- Все нормально, Эрл. – придержал его за руку, одновременно гася вспышку возмущения – Парням реально нужна помощь. Нормально тут со мной всё будет. Занимайся делами по плану. Уверен, что скоро освобожусь и договоримся где встретится. Сетка работает?
- Работает. – пробурчал Эрл, меняясь со мной местами. А у меня на значке подключения к местной инфосети возник мигающий сигнал, открыв который, я оказался в онлайн чате с приглашением вступить в диалог с неким «Гоблином», как уже знал – позывным Эрла – Принимай приглашение. Пора отцепляться и тащить парней к медикам.
Наш автопоезд, повинуясь местному регулировщику движения в виде сотрудника СБ, съехал с дороги, вернее наезженной колеи в какой-то спекшейся, до состояния камня, глине и ушел вправо. Где, буквально на десяток минут, остановился, пока мы уточняли что оставили в «салонах» багги, а что закинем в кузов. Доставали. Сверяли. Затем Эрл, через свой экзотический чат, подтвердил диалог. Сказал, что потащил пацанов в медцентр и скинул прямой контакт Этаниэль, которого, кстати, у меня не было.
Меня самого Малик попросил подойти к нему в кабинет. На что я, не сдержавшись, усмехнулся. Лейтенант поста охраны. Ну какой кабинет? Дежурка, что ли? Хз, у нас у НачКара (начальника караула) отдельной спальни не было…
У них была. Ну как… Отдельная комната. Стол, несколько стульев. У нас в располаге у ротного богаче выглядело. Там хоть шкафы стояли с документами. И чайник электрический. И занавески на окнах. И фикус какой-то, оборванный, на подоконнике. Оборванный – потому что им постоянно закусывали. Но он, сука, никак помирать не хотел. Через неделю новую закуску отращивал. А уж если вспомнить закуток каптерщика, отгороженного небольшой занавеской – так там полноценная комната. И диван тебе раскладной. И два стола. Один журнальный, второй у стены. И плита газовая, напольная, с баллоном и сковородой, на которой можно старшему призыву картошки пожарить. Телевизор с видаком и стопкой кассет известного содержания. И два шикарнейших ковра. Ппц. Как младший прапорщик умудрился всю эту красоту не спалить вместе с каптеркой? И как за эту неуставщину его умудрились не вздернуть – хрен знает. Я помотал головой, отгоняя воспоминания.
- Проходи, Стас, присаживайся. – дружелюбно махнул рукой в распахнутую дверь Малик – Кауфе?
- Лучше травяной настой номер пять. – скривился я от упоминания популярного в Содружестве напитка – Три подсластителя. – этот хоть на чай похож.
- Итак. – прошел к столу Малик – Значится, Стас. Стас Вет.
- И?
- И у тебя интересная категория, Стас. – пояснил лейтенант – Могу я посмотреть на твои документы?
- Какие еще документы? – не понял я.
- Номер идентификации. – пояснил Малик.
- Так нейросеть же передает. – указал себе на висок.
- Так-то так. – согласился старший смены – Но тебе же при выходе давали такую карточку? – он нарисовал в воздухе маленький прямоугольник – Желтого цвета, там твоё фото, данные, еще и расплачивался ей.
- Давали. – признался я – Только я ее с собой не брал. Зачем? Там и денег-то нет.
- Всегда носи ее с собой. – доверительно сообщил лейтенант – Это твой идентификатор личности и твой кошелек. Если в джунглях твари порвут – всегда по карточке найти можно будет останки. Ну или… – он опять хохотнул – Переваренные останки. А уж при нахождении на базах корпорации – основной документ.
- Ну так я не знал. – захлопал я глазами.
- Типичная ошибка новичков. – махнул рукой Малик – Старшие никогда не напоминают, для них это естественно так же, как и подтереться после похода в туалет. Что об этом говорить? Это же все знают. Скажи мне другое. Почему у тебя нулевая категория?
- Чего? – совсем потерялся я.
- Смотри. – офицер достал свою карточку – Вот. В графе «категория» у меня стоит «четыре». Это – служащие компании. На остальные цифры внимания не обращай, просто код подразделения. Есть категория «один» – это колонисты. Добровольцы. Есть категория «два» – это осужденные за мелкие преступления. Мошенничество. Дорожно-транспортные и так далее. Есть категория «три» – особо опасные. Тебе про них лучше и не знать…
Ага! И я, ну как я, Машка, тут же полез в сеть смотреть что тут еще за «особо опасные». Интересно, кроме «добровольных» колонистов и
