святого, просто заткнись. Если ты еще раз скажешь что-то о своих планах на все еще чужую корпорацию, то я тебя придушу.
Технически — неизвестно, получится ли у тебя это, но Амелия проникается интонацией, а не смыслом.
— Ладно, — вздыхает она. — Остановимся на ближайших планах — «всех убить». Так лучше?
Так всегда лучше. Очень просто и очень понятно.
Амелия приехала сюда на той тачке, которую вы угнали, и после заезда по окраинам она в плачевном состоянии, так что Амелия даже не смотрит в ее сторону. Вместо этого она спокойно и привычно запрыгивает в фургон на пассажирское сиденье. Ты нетерпеливо машешь ей садиться за руль.
— Стреляю я лучше, чем вожу.
Ведь стрелять наверняка придется.
— О, — только и говорит Амелия и пересаживается, пусть уже и не так уверенно.
Возможно... возможно, угнанная тачка сейчас слишком убитая даже для гонки через окраины.
Возможно, что-то в поведении Амелии и этом «О» должно было тебя напрячь.
Но вы трогаетесь с места. Твоя молчаливая приятельница со свалки перелезает через забор, к ней подбегает Стикс и начинает что-то объяснять, уже гораздо быстрее и складнее, чем в разговорах с тобой. Когда фургон, подпрыгивая на обломках сторожевого бота, минует ворота, и Стикс, и женщина поворачивают головы в вашу сторону, и тебе настойчиво кажется, будто ты их бросаешь. Оставляешь, выкидываешь.
Забываешь, как и их редкие просьбы.
Ты мотаешь головой и радуешься, что Амелия совсем не смотрит в твою сторону.
Она выводит фургон на грунтовую дорогу через окраины и минует выезд к шоссе. Не самый лучший вариант — и на шоссе, и на бездорожье у вас было бы больше шансов оторваться при встрече с мафией. Но ты не споришь. По правую руку от вас, поодаль, машины с ревом проносятся по шоссе, по левую простираются окраины, мокрая земля и блестящие с недавнего ливня покореженные авто, кособокие хибары и отжившая свое техника, Аркадия поднимается вдалеке. Картина почти идиллическая. Несколько минут все кажется очень нормальным, и ты не хочешь это портить.
И конечно же...
Сначала мелькает дрон — новенький, почти кукольный на фоне стай местных ржавых уродцев. Амелия опускает на лицо маску и издает сдавленный вскрик — что-то, чего ты никак не ожидал от нее услышать. Следующие слова уже звучат спокойно:
— Под сиденьями должна быть винтовка Рут.
Тот монстр, из которого она пробила бронированные стекла, когда вы вместе грабили несущийся по шоссе грузовик.
Теперь кажется, будто роли поменялись, думаешь ты. Теперь не вы охотитесь, а охотятся на вас... Но хотя бы есть шанс пострелять из настоящего чудовища оружейного производства. Ты укладываешь тяжелый ствол на спинку переднего сиденья, точь-в-точь повторяя действия Рут. Так же спокойно, как она в то ограбление, прицеливаешься и стреляешь, как только на грунтовую дорогу неуклюже съезжает машина. Она резко виляет в сторону, зад авто подпрыгивает на колдобинах, и машину заносит. Фургон задевает ее бок и со скрежетом движется дальше, оставляя позади первых преследователей. Ты откладываешь винтовку и поднимаешься в люке, чтобы достать из пистолета одного не очень умного бандита, решившего покинуть авто.
Но позади на дорогу уже съезжает еще одна машина, а впереди — другая.
— Срезай через окраины, — командуешь ты Амелии. — Должны оторваться.
Амелия стискивает зубы так сильно, что ты слышишь скрежет, но все же подчиняется... и едва не заставляет фургон рухнуть на бок. На секунду он встает на два левых колеса, и только выбоина в земле останавливает его от падения. Тебя швыряет вбок.
— Какого черта, Амелия?!
— А почему, ты думал, я никогда не вожу?!
В ее голосе мелькают истерические нотки. Она глубоко вздыхает, широко распахнутыми глазами глядя перед собой и вцепившись в руль до побелевших костяшек пальцев, и добавляет немного спокойнее, с отчетливым фатализмом:
— У меня даже прав нет.
Ну, хотя бы вы все еще движетесь. Из остановленной вами машины кто-то выталкивает труп, и авто вновь приходит в движение, неуклюже разворачивается, но все же присоединяется к погоне. Ты стреляешь, но делать это в разы сложнее, когда фургон прыгает, виляет и грозит развалиться в любую секунду. Они стреляют в ответ. Пули бьют по бронированным бортам, над головой проносится дрон. Ты ныряешь вниз и материшься. И... что-то не так. Кроме очевидно дерьмового вождения — что-то не так.
Тени.
Их слишком много, они слишком хаотичны и слишком быстры. Откуда вдруг?.. Ты запрокидываешь голову и через люк видишь, что ваш фургон не одинок — туча местных дронов сопровождает его. Сначала ты думаешь, что это аборигены решили записать вашу погоню и подзаработать на роликах в сети, но потом, пометавшись в хаосе несколько секунд, дроны вдруг обращают внимание на машины мафии.
На планшетах внутри фургона это видно отчетливо — стая координирует собственные действия и окружают дрон мафии. У них нет ни оружия, ни защиты, так что электрический заряд заставляет несколько уродцев рухнуть. Но остальные облепливают дрон как мухи труп и тянут к земле. Угловатым комком ржавого металла они падают на землю с высоты. Как будто сами окраины восстали из мертвых — так мусор побеждает технику. Уцелевшие члены стаи поднимаются вновь, чтобы на этот раз атаковать уже машины.
Это... помощь. Кто-то управляет ими и помогает вам. Воодушевленный этим, ты продолжаешь стрелять. Слышится гул, и дрожит земля, будто бы ад прорывается на поверхность — еще один мертвец оживает. Старый экскаватор, мимо которого вы проезжаете, поднимает ковш, чтобы опустить его уже за вами — прямо на капот машины преследователей. Из кабины экскаватора вываливается какой-то парень и торопится, бежит подальше от высыпавших из тачки мафиози. Ты стреляешь в них, надеясь выгадать ему время, и вновь, уже второй раз за эти пару минут, осознаешь, что ты не один.
Окраины действительно восстали, чтобы укусить в ответ.
Парня из экскаватора прикрывают, и только благодаря датчикам шлема ты разбираешь, где прячутся стрелки. К оставшимся машинам движется со стороны свалки внедорожник, так стремительно и уверенно, что не будь вы на окраинах, ты бы решил, что он едет на чистом автопилоте. Из кабины высовывается кто-то — ты не можешь разобрать, кто, но автоматная очередь отчетливо взбивает грязь.
Амелия находит — или, скорее, выруливает на него случайно, — относительно ровный участок, и тебе в голову приходит идея.
Одна из бандитских тачек слишком близко к вам, и чем стрелять, не лучше ли снять всех сразу?.. Фургон все равно
