— Хорошие игры, — королева протянула мне артефакт, — особенно когда они верные. Этим жезлом я уничтожила в самом начале своего триумфального возвращения в Литию несколько влиятельных мятежников. Моя тогда еще немногочисленная армия смогла взять несколько важных замков расположенных в ключевых точках страны. Это не было трудно, когда вся ночная стража осажденной крепости мгновенно умирает. А когда под мои знамена стали стекаться дворяне со своими воинами и магами со всей страны, то я перестала использовать этот жезл. Я больше никогда в жизни его не использовала. А несколько преданных мне вассалов, знающих о его существовании, видевших результаты его работы, я отправила к Создателю. Почему я все это сделала?
— Все просто, — пожал плечами я. — Соблазн пойти легким путем уничтожая все на своем пути до добра не доведет. А убитые Вами абсолютно преданные разумные не должны были хоть когда-нибудь о чем-то проболтаться. Иначе против Вас бы взбунтовалась вся страна, из страха, леди Ловия, из страха, что однажды Вы можете применить эту безделушку против любого не слишком приятного Вам подданного.
— Я все больше и больше уверенна, что сделала правильный выбор, Влад. Жаль, что ты не мой внук. Держи жезл смерти и пользуйся им крайне осторожно, а когда я умру, ты должен будешь передать его Шатору, не Сонаду, не моему внуку, а правнуку. Передай ему нашу семейную реликвию, жезл основателя династии королей Литии. Только ему, Влад! Шатор сможет вынести эту тяжесть, а вот Сонад — нет.
— Кровью клянусь, — я резанул кинжалом свою ладонь.
— Под каким именем ты отправишься на остров Крайс? — великая королева стала перевязывать мою ладонь своим платком.
— Господин Хантер.
— Странное имя, но ничего необычного в нем нет, у меня есть несколько подданных с похожими именами. Харгриз, Хронтаг и еще кто-то. Тебя не выведут на чистую воду, Влад?
— Нет, леди Ловия. Как бы это ни было смешно, но Хантер одно из моих истинных имен. А зачем Вы спрашивали?
— Если что-то пойдет не так, то господин Хантер может найти убежище в любом из посольств короны Литии. Сегодня же моя вторая канцелярия разошлет предупреждения.
Отступление 4
— Великий князь, все сорвалось. Улетевший Листок не захвачена наемниками и жива. Так же жив и Лайсор. Эти проклятые Творцом егеря доставили его во владения Дома Гвоздики.
— Кто же на этот раз помешал тебе, Ирасуал?
— Ее муж, его называют Ветром, но наверняка это не настоящее его имя, Великий. Скорее всего, это граф эл Артуа, живой граф. Он не погиб в схватке с хранителями Закрытого леса. Наши короткоухие союзники из ордена Слуг Создателя уверенны в этом.
— Уверены?
— Да, а так же они считают, что Далв Шутник, этот проклятый Падшим рейнджер и граф Артуа являются одним и тем же разумным.
— Шутник, он хорошо несколько раз подшутил надо мной. Убить его, а если не сможете, так убейте всех близких ему короткоухих.
— Великий, Улетевшего Листка не получиться ликвидировать. Сейчас Трогвар заполнен гвардейцами короны Мелора и клириками ордена Ирдиса, я не…
— Ты плохо меня понимаешь, Ирасуал? Всех убить, все его близкие должны лечь в землю или сгореть на костре. А Улетевший Листок, когда ты все это сделаешь, и так придет к нам. Выйди и исполняй то, что является твоим долгом.
— Отец, что ты мне можешь посоветовать? — подождав, когда за вестником закроется дверь спросил разумный.
— Ничего особенного, готовься к смерти, сын. Я отомщу за тебя.
Эпилог
— Так когда мы доплывем до острова? — продолжал я изводить капитана галеры.
— Потерпите, господин Хантер, — сквозь зубы попытался вежливо ответить мне капитан.
А я чо, я ни чо! Просто когда я вчера утром первый раз задал подобный вопрос, то капитан решил прочитать целую лекцию одной сухопутной крысе, что моряки не плавают, а ходят. Я глубокомысленно кивал головой, а через некоторое время опять повторял свой вопрос, абсолютно не изменяя ни одного слова. К вечеру капитан стал ненавязчиво пытаться избегать моего навязчивого вопроса. Я просто молча хохотал, смотря на мучения пресноводного. Мне всегда казалось, что пристрастие моряков к слову «ходят» является неким вариантом снобизма. Типа пехтура грязь пусть ногами месит, а мы чистенькие ходим по морям и океанам. А может тут дело в другом? Может тут зарыт исторический комплекс неполноценности? Все ходят, а они всего лишь плавают.
— Так когда мы доплывем до острова?
— Скоро дойдем, господин Хантер.
Если использовать логику мореманов, то все соревнования по плаванию нужно переименовать в соревнования по хождению. Вопрос, а куда эти похождения заведут налево или направо? Или не так? Чемпионат мира по доходам. Тоже не очень, деньги вертятся вокруг плавания, серьезные деньги, но именно что вокруг, а не внутри. А если так: рекордсмен среди доходяг. Отлично, самая точная формулировка.
— Остров Крайс появился на горизонте, господин Хантер.
Ну здравствуй остров Крайс, остров контрастов. Надеюсь наше знакомство окажется тихим, мирным и спокойным. Иначе ты, а вернее, населяющие тебя разумные, когда-нибудь в ближайшее время могут о чем-то пожалеть.
