небеса и знали, что «парень» ничего этого и близко не планировал, а просто пытался найти выход, спастись. Переглянувшись с верно стоящим возле него Сиэлем, Брэндель спросил:
Если выбирать между Белым рыцарем и Черным воином – с кем, как считаешь, легче иметь дело?
Сиэль на мгновение опешил от внезапного вопроса и не нашелся, что ответить.
Покачав головой вслед поспешно улепетывавшим на восток дворянам, умудрявшимся еще и переругиваться по пути, он в очередной раз поразился низости их поступка. Тела товарищей они просто оставили плавать в реке, словно отбросы.
Помнится, один известный карсукский поэт отзывался о своих земляках-дворянах как о бандитах, но, думается мне, цвет гринуарского общества не слишком-то далеко от них ушел, – подавив презрительный смешок, бросил Сиэль.
Эта страна выходит на финишную прямую: конец уже близок, – Брэндель даже не заботился, что Люк Бенсон его услышит, высказывая вслух то, что и так было у всех на уме.
Месть, даже этим насквозь прогнившим душонкам, не входила в его намерения: не стоило бросать камень в людей в смертельной опасности.
«Отступающие на восток столкнутся лицом к лицу с самым печально известным генералом Таркуса, Тамара «Драконом, несущим бедствие» – этот пленных не берет» .
Не торопитесь? – подкрался сзади с вопросом Люк Бенсон, сделав вид, что не расслышал слов Брэнделя.
Не успел тот ответить, в воздухе послышалось биение крыльев. Все завертели головами в поисках источника звука, разглядев наконец в свете луны прямо над собой два огромных скелета драконов. Тех словно окружала удушающая волна страха. Между огромными черными костями и в перепонках изодранных крыльев горел адский фиолетовый огонь.
У всех, кто это увидел, повставали дыбом волосы: казалось, они завязли в бесконечном кошмаре, и выхода нет. В душах людей словно поселился холод безнадежности и ужас одиночества. Иллюзия нарастала: кости попавших под воздействие людей будто облепили могильной землей с копошащимися личинками, а земля под ногами превратилась в сухую безжизненную пустыню.
Брэндель, с силой ударив себя кулаком по руке, первым оправился от шока.
«Проклятье! Аура страха! Накрыло – так накрыло! Такой сильный эффект… они просто пролетели над нами…»
Оглядевшись, он увидел, что буквально все боевые кони либо сорвались с привязи и посбрасывали седоков, либо попадали на землю от слабости. Остатки всадников выглядели не лучше.
Люк Бенсон, похоже, тоже сумел избавиться от ауры драконов, но скорость восстановления Брэнделя его откровенно удивила.
Быстро ты, парень. А знаешь, иди-ка ты со мной: видишь ли, человеческой силы против таких противников не хватит.
Мрачно посмотрев на него, Брэндель покачал головой.
«Знаю я, чем все кончилось: ты умер, и я не собираюсь дать себя поймать из-за твоей неудачи. С таким трудом туда добраться и так бездарно провалиться – ну уж нет. Этот город обречен, и если я смогу унести отсюда ноги – считай, полдела уже сделано. Тогда будет время выждать и прокачаться, пока Ауин идет в пике» .
Брэндель не собирался себя компрометировать, но все же решил сказать Бенсону правду:
Я собираюсь прорываться через северные ворота: меня там ждут друзья. Хотите – приглашаю присоединиться.
Люк Бенсон уставился на него в нерешительности, но в итоге отрицательно покачал головой. Огромный пожар и синее пламя на северо-западе недвусмысленно указывали на то, что именно оттуда началось вторжение армия нежити. Даже при том, что этот парень ему импонировал, соваться в самое пекло ради него не стоило.
Брэндель не стал продолжать: можно было предупредить, что везде, кроме севера, ждал либо тупик, либо смерть, но время откровенно поджимало, да и не факт, что его станут слушать.
Схватив Сиэля за руку, он потащил его прочь, напоследок попрощавшись:
Тогда нам пора. Появится шанс в будущем – встретимся снова.
Люк Бенсон недалеко ушел от большинства дворян, ни во что не ставя простой народ, но, в отличие от тех имел хотя бы способности. К тому же, в те времена он был вымирающим видом, одним из редких людей, которым еще оставалось дело до судьбы королевства. В итоге Брэндель не возражал, чтобы тот выжил, но предпринимать ничего специально не стал.
«Вдруг еще разговорится потом: меня же объявят еретиком и отправят прямиком на костер! Люк Бенсон – это вам не Фрейя или Ромайнэ: мигом сопоставит, что к чему, и раскроет обман!»
Брэндель решил не рисковать без нужды и промолчал.
Год шумных листьев и цветов, второй день шестой луны.
Нашествие Мадара распространялось бушующим пожаром, на глазах превращая мирные земли вокруг крепости Риэдон в мертвое пепелище. Повсюду, неся хаос и отчаяние, неистовствовали невиданные твари.
Граждане поняли, что молитвы их не спасут, а дворяне, на которых все так надеялись, их покинули. На сердцах выживших с тех пор навеки остались шрамы в память о предательстве – такое не забывают.
Именно здесь и сейчас, во время этой бойни и зародилось понимание реального положения дел в королевстве. По стране непременно пойдет молва о событиях в Риэдоне.
Первый шаг на пути к падению Ауина.
Официальные новости запаздывали: в цитадели Вермьер о падении крепости Риэдон узнали только на шестой день, когда вторая армия Таркуса была уже на подступах к Анхориту. Рубежи обороны Вермьера смело под натиском нежити, и защитники цитадели едва держались.
На одиннадцатый день в Виейро обнаружили немертвых. Новости тут же долетели до столицы, и на двенадцатый день король Оберг Седьмой тайно встретился с посланником Мадара.
На тринадцатый день торговый союз Ампера Сеале объявил о намерении участвовать в войне.
На четырнадцатый день состоялся официальный прием посла Мадара.
На двадцатый день сражения на всех фронта формально приостановили: страны выбрали переговорную группу и начались переговоры.
Начались и непозволительно затянулись: армия Мадара продолжила беспрепятственно продвигаться по ауинским землям, несмотря на перемирие, сжигая все вокруг. Войска и ополчение в землях на пути нашествия из последних сил мучительно сопротивлялись, не получая подкрепления и понимая, что попали в смертельную ловушку. Ауин словно завяз в зыбучих песках.
Из-за запоздалого реагирования и заторможенности дворянские армии на местах несли огромные потери, но король только радовался такому раскладу: его политических противников убирали чужими руками.
Переговоры продолжались. На пятый день седьмого месяца армия Мадара дошла уже до Ранднера, впервые столкнувшись с армией наемников Ампер Сеале.
Первым полноценным сражением в истории Первой Войны Черной розы стала битва у крепости Франгерд. Под прикрытие стрелков черные рыцари Мадара разорвали в клочья фланги бойцов Ампер Сеале, нанеся им сокрушительное поражение.
Продвижение немертвых продолжалось, и вскоре они достигли столицы Ранднера. Имена победоносных
