— Вы правы, комиссар. Действительно, очень… кхм… мило со стороны Алира простить меня за эту глупую выходку. — Было видно, с каким трудом гордому рыцарю даются эти слова. — Я еще раз прошу у него прощения и прошу принять в качестве компенсации за нанесенный ущерб и в знак примирения мой скромный дар в виде золотой маски. — Де Гор вежливо поклонился.
Алир Кумар ответил таким же сдержанным поклоном, с трудом сдерживая расползающуюся по лицу улыбку.
— Что ж, можно считать инцидент исчерпанным, — Сантьяга довольно потер руки.
* * *
Пристыженный, а потому злой де Гор уехал первым. Вслед за ним упорхнул Артем, которому неожиданно позвонила Инга, заявив, что соскучилась, сбежала от родителей и соответственно из Франкфурта и сейчас ждет его в аэропорту. Поэтому привыкшему к неожиданным и сумасбродным выходкам своей подруги Артему не оставалось ничего, как мчаться встречать ее. Почти одновременно с ним, тепло попрощавшись со всеми, удалился довольный Алир Кумар.
В офисе «Неприятных ощущений» остались лишь трое — Кортес, Влад и Сантьяга.
— Комиссар, а что будет теперь со мной и с Саной? — поинтересовался бывший наемник, теребя молнию куртки и стараясь не смотреть в глаза Сантьяге.
— Ничего не будет. Алир ведь не дал делу ход в так сказать высшие инстанции. Мы все решили полюбовно и в узком кругу семьи, — Сантьяга негромко рассмеялся. — А значит, официально никакого происшествия вообще не было. К вам тоже особых претензий нет. Вы действовали по принуждению. Поэтому можете расслабиться и жить спокойно.
— Но де Гор… — Влад оставил молнию в покое и сейчас не знал, куда деть руки. — Он может попытаться мне отомстить.
— Не думаю, — не согласился с ним Сантьяга. — Сегодня уважаемый рыцарь получил хороший урок и относительно легко отделался. Вряд ли в скором будущем он захочет снова ввязаться во что-нибудь сомнительное. Если вообще когда-нибудь захочет. — И после недолгого размышления добавил. — В любом случаи, как бы там ни было, вы и Сана всегда можете рассчитывать на помощь со стороны Темного Двора.
Сидящий в соседнем кресле Кортес прикрыл усмешку рукой, глядя на вытягивающееся лицо Влада. Такого предложения от Сантьяги он точно не ожидал.
— Спасибо, комиссар за столь… э… щедрое предложение, — Влад был смущен. — Но все же я лучше пока уеду.
— Это ваше право, Влад, — Сантьяга пожал плечами. — Но если решите вернуться в Тайный Город и снова стать наемником, милости прошу. И постарайтесь больше не попадать в щекотливые ситуации.
— Я запомню ваши слова, комиссар, — Влад постарался искренне улыбнуться, но получилось немного натянуто. Видно было, что в присутствии Сантьяги он чувствует себя крайне неудобно. — У меня к вам только один вопрос. Это касается той картины… Почему она выгорела, комиссар? Мне казалось, я все делал правильно.
— Вы действительно все делали правильно, — согласился комиссар. — Просто случилось непредвиденное. Дело в том, Влад, что на этой картине стояла личная магическая подпись художника, ее написавшего. Собственно, ничего особенного эта подпись из себя не представляла. Просто предохраняла картину от старения и делала абсолютно невозможной ее подделку. А когда вы попытались преодолеть защитное заклинание, оберегавшее картину, ваше грубое вторжение в магические поля привело к некоему конфликту. Защитное заклинание «Глаз Валькирии», по идее, должно было уничтожать, точнее сжигать, любого, кто приближался к картине ближе, чем на пять метров. Но вместо этого, в тот момент, когда вы активизировал свои артефакты для его нейтрализации, произошло непредвиденное: магическая подпись дала сбой в работе «Глаза Валькирии» и в результате, вместо того чтобы спалить вас, «Глаз» спалил то, что, по идее, должен был охранять. Редкий случай, но такое случается, даже в магии. Я понял это по остаткам магической энергии в кабинете Алира. Потом сопоставил еще кое-какие данные. И теперь абсолютно уверен, в том, что говорю.
— Мда… нет в этом мире совершенства, — задумчиво протянул Кортес, отпивая из бокала. — Но Алиру от этого не легче.
— Думаю, — комиссар лукаво улыбнулся, — он уже утешился новым раритетом.
ЭПИЛОГ
— Зачем ты хотел меня видеть, Сантьяга? — завернутый в черный плащ повелитель Нави пристально изучал расположившегося перед ним на столе нава в светло-бежевом костюме. — Чтобы лишний раз продемонстрировать мне свою ужасную обновку. Опять между прочим белую.
— Бежевую, князь, бежевую, — поправил его Сантьяга. — И это не обновка. Я уже как-то надевал этот костюм.
Черная фигура недовольно заклокотала и еще глубже завернулась в окружающий ее тягучий, почти осязаемый мрак.
— Мне это безразлично. Чего ты хотел?
— Ничего особенного, всего лишь сообщить одну маленькую, но приятную новость. Помните тот портрет с вашим изображением, что достался Алиру Кумару по наследству от предка и висел в его кабинете? И который он не хотел продать вам ни за какие деньги. — Черный капюшон неспешно качнулся. — Его больше нет. — Сантьяга закинул ногу на ногу и с интересом посмотрел на Князя. Сквозь вьющийся вокруг того плотный мрак трудно было что-то разглядеть, поэтому Сантьяга скорее ощутил заинтересованность повелителя Нави.
— Ты избавился от него?
Комиссар качнул головой.
— Все сложилось намного лучше, чем я даже мог предположить. Всю грязную работу за меня сделал рыцарь Ордена и его наемник.
— Только избавь меня от подробностей.
— Как пожелаете.
— Картина точно уничтожена?
— Можно считать и так. Восстановлению не подлежит. Так что можете больше не волноваться. Единственное ваше изображение, князь, кануло в Лету. А охотники нарисовать вас еще раз, думаю, найдутся еще не скоро.
* * *
Всего через час он улетает в Италию. К жене и ребенку. И они опять будут жить втроем в их просторной, но такой уютной белокаменной вилле на берегу моря. Нет, в Москву он еще обязательно вернется. Возможно даже довольно скоро. Искать вдохновения, когда оно опять закончится. Сейчас же Алир чувствовал, как энергия творчества переполняет каждую его клеточку. Хотелось немедленно схватиться за кисть и начать творить новый шедевр. Но нельзя. В Италии его ждут жена и ребенок, и он обещал приехать. А вдохновение подождет. Тем более, что главные его генераторы он везет с собой.
Алир подошел к широкой кровати, на которой были разбросаны его личные, еще не упакованные в сумки вещи и выбрал из общей кучи тяжелую резную коробочку красного дерева. Внутри, на черном бархате покоилась изумительной красоты золотая маска — тончайшая китайская работа. Несколько мгновений Кумар любовался изящным изделием. По истине, трудно было поверить, что его изготовил чел. А может быть, и не чел? История маски, а точнее ее создателя, затерялась в веках.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
