1854 году. Она была неполной и включала лишь лошадей, которые были в заводе на 23 мая 1853 года. Галки, дочери Красика, в числе заводских маток И.Д. Ознобишина нет, а это значит, что, когда составлялась данная опись, кобылы в заводе уже не было. Таким образом, не было возможности узнать ее происхождение. Но, знакомясь подробно с этой описью, я нашел кобылу Ступистую. Ступистая была куплена Шереметевым, и о ее породе сообщал Н.Д. Лодыгин в четвертом томе «Книги рысистых лошадей в России…». Посмотрим, как изложил в описи своего завода происхождение матери Ступистой Ознобишин: «Мать – Галка-Молодая от Полкана, бабка – Галка от Красика зав. В.П. Воейкова». Это совпадает с уже известными нам данными Лодыгина, но ничего нового не дает.
На основании этой описи мы можем исправить ошибку Заннеса и некоторых заводских книг, где сообщалось, что Галка-Молодая была дочерью не Полкана каракового, а его отца Полкана вороного, сына Лебедя. Это устанавливается очень просто. Ступистая, согласно описи Ознобишина, родилась в 1846 году. Полкан караковый, согласно той же описи, родился в 1843 году; в случку он мог поступить, будучи трехлетком. Предположим, что он дал Галку-Молодую в 1847 году, а мы уже знаем, что дочь этой Галки Ступистая родилась в 1846 году. Явный абсурд. Стало быть, Галка-Молодая была дочерью вороного Полкана, а не каракового, его сына.
Не только в заводской книге 1854 года, но и ни в одном другом издании не удалось разыскать происхождение матери Галки, дочери Красика. Никаких документальных данных об этом нет, остается встать на скользкий путь предположений.
Завод И.Д. Ознобишина находился рядом с великолепной Лавровкой В.П. Воейкова, и Ознобишин купил у Воейкова очень много кобыл. На это указывал еще В.И. Коптев, и это видно из описи завода Ознобишина. Коннозаводчики старого времени обычно давали своим лошадям имена либо в честь отца, либо в честь матери; это особенно практиковалось в тех случаях, когда коннозаводчик покупал какую-либо знаменитую кобылу, скажем Галку, и оставлял ее дочь в заводе. Тогда и появлялась в заводе целая серия Галок. Поэтому если бы нам удалось разыскать в заводе Воейкова одноименную кобылу, то с известной долей вероятности можно было бы предположить, что она и есть родоначальница интересующих нас ознобишинских Галок.
В описи завода В.П. Воейкова (1854) мы действительно находим кобылу Галку, но в сообщении о кобыле Бунчужной: «Бунчужная. Вороная, родилась в 1836 г. от Лебедя; мать – Хреновского завода Галка от Любезного». Далее в той же книге, но в породе Гагары 1-й, читаем: «…мать – Гагара от Атласного, бабка – Хреновского завода Галка от Любезного». Значит, в заводе Воейкова состояла в заводских матках кобыла Галка Хреновского завода, дочь знаменитого Любезного 1-го. Две кобылы из ее потомства получили заводское назначение у Воейкова. Сама Галка, дочь Любезного 1-го, не числится в описи завода Воейкова – очевидно, она была продана к тому времени, когда готовилась к печати опись этого завода. Я думаю, что именно эту Галку и купил сосед Воейкова Ознобишин, она и стала у него в заводе родоначальницей Галок.
В заводе Воейкова и дочь, и внучка Галки были вороной масти, невзирая на то что одна из них была дочерью серого Лебедя. Мы знаем, что вся женская линия Кокетки, начиная с Галок, исключительно вороная, хотя отцы этих кобыл были гнедой, караковой и серой масти.
Все вышесказанное приводит меня к уверенности, что именно хреновская Галка, дочь Любезного 1-го, состоявшая заводской маткой у Воейкова, а потом у Ознобишина, была матерью Галки, дочери Красика.
Известно, что Воейков купил ряд кобыл в Хреновском заводе и в этом ему особенно способствовал Шишкин. Таким образом, в Лавровский завод попала не одна знаменитая хреновская кобыла. Вероятно, и Галка, дочь Любезного 1-го, была в числе этих заповедных кобыл, которые попали в знаменитую Лавровку.
В описи воейковского завода лаконически сказано: «Галка от Любезного 1-го», но нигде не приведено сведений о происхождении ее матери. Тут опять широкий простор для всевозможных предположений. Мы знаем, что были случаи, когда Воейков, купив в Хреновом кобыл, называл их в честь матерей или родных сестер. В Хреновом уже тогда в заводских матках состояла кобыла Галка, дочь Любезного 1-го и Отгадчицы (табл. 5). Я считаю, что Галка Воейкова была сестрой этой Галки и также происходила от Любезного 1-го и Отгадчицы. Купив ее у Шишкина, Воейков назвал ее в честь сестры. А родоначальницей этой женской семьи была выписанная из Персии кобыла Ханская, род которой высоко ценил Шишкин. Из этой семьи вышел хреновской производитель Непобедимый 1-й. Позднее этот род прославился двумя кобылами – Галкой, которой я приписываю создание женской линии Крепыша, и Доброй, дочь которой Резвая дала знаменитого Усана 4-го.
Теперь остается высказаться о родословной Кокетки в целом и выяснить, что было особенного в комбинации кровей, которая создала Крепыша.
С моей точки зрения, основной фазой этой родословной является Галка, дочь Молодецкого. С нее и начну я свой разбор, но прежде приведу генеалогическую таблицу этой кобылы, опустив в ней все имена, которые не имеют существенного значения.
Первая фаза родословной Кокетки:
Глядя на эту родословную, только генеалог может вполне оценить все ее значение и понять все ее величие. Писать о таких лошадях, какие вошли в родословную Галки, задача неблагодарная: чересчур велико их значение в рысистом коннозаводстве и чересчур велик тот материал, который о них имеется, так что невольно становишься в тупик и не знаешь, с чего начать и о чем говорить. Истории этих лошадей надо посвятить целые тома. Говорить о них вскользь и кое-как – недобросовестно, а потому я решил сказать о них только самое существенное и важное.
Когда я произношу или пишу такие имена, как Победа или Самка, мною овладевает такое волнение, что даже те крупицы таланта, которыми я наделен, покидают меня и мое перо бессильно выразить все то, что я знаю, думаю и чувствую…
В чем значение Молодецкого, отца Галки? В том, что он сын Победы и правнук Самки! Об этих двух великих кобылах еще Лодыгин сказал, что все первоклассное в известную эпоху восходило к их именам. Говорить о том, что Молодецкий 2-й был призовым рысаком, указывать на то, что дал родному коннозаводству его сын, другой Молодецкий, было бы смешно и неуместно. Не в них дело, а в том, что при их посредстве имена Победы и Самки вошли в родословную Кокетки – матери Крепыша. Иначе и быть не могло, и я уверен, что Крепыш не был бы
