согнул её в локте и быстро распрямил, отбросив от себя бессмертного.
Боль пронзила грудь Инарокса неожиданно. Зубы вцепившегося в него мальчишки ослабли. За спиной раздался злой рык и ноги бога оторвались от пола. Воевода пробил своим копьем насквозь Беса и Инарокса и теперь поднял их, насаженных на копьё, над головой. С диким рёвом он ударил их об пол, прямо перед Лесником, чьи вены уже начали чернеть после использования запретного умения. Старик из последних сил принялся рубить и колоть сбитого с ног бога.
Бык оказался рядом, покрытый красным сиянием [Боевой Ярости] и опустил свой меч на пытающегося подняться бога. Ныне [Боевая Ярость] была не просто активированным умением. Капитан Ордена действительно поддался окружающего его безумию и впал в неистовство.
Вольный ковылял в сторону отчаянной рубки, когда свет у него за спиной стал таким ярким, что сильно ударил по видимости вокруг. Тарас кожей почувствовал, как ослепительный свет стал нести ещё и жар. Инарокс тоже ощутил его. Из глотки бога раздался оглушительный рёв, когда он схватил меч Красного Быка голой ладонью и просто вырвал его из рук бессмертного. Сильный пинок сломал Варягу ногу и тот плюхнулся в кровь.
Инаркос под вялыми ударами Лесника слез с насаженного копья, сняв с себя тело тифлинга. Когда он встал на одно колено, над ним нависла мощная фигура Воеводы. Лидер дружины рявкнул слова заклинания и его тело покрылось зеленой энергией. Удар одного из самых сильных бессмертных едва заставил Инарокса повернуть голову. Тело бога напиталось силой и теперь бессмертные даже рядом с ним не стояли.
К Воеводе присоединился Красный Бык, но даже вдвоем они не смогли помешать тому встать. Теперь бог не смеялся и не лыбился, а рычал и скалился, ощутив серьёзную опасность. Он схватил кулак воеводы, сломал его и сорвал металлическую перчатку, содрав погнутым металлом половину ладони. Импровизированный снаряд Инарокс швырнул наверх, в скрытого ослепительным светом Селиша.
Вольный едва успел поднять свой меч, поставив его на пути брошенного куска металла. Меч выбило у него из рук, но уже начавший по-настоящему обжигать свет не исчез. Тарас сделал пару шагов вперед и просто повис массой всего своего тела на шее бога. Варяг внизу вцепился тому в ноги, а Красный Бык вместе с Воеводой делали тоже самое, что и Вольный.
Взбешенный бог орал и рычал, пытаясь вырваться. Свободная нога без остановки била по Варягу и Леснику, что держали его внизу. Инарокс бил Воеводу головой, пытаясь ослабить хватку дружинника.
Источаемое Селишем сияние ослепило бессмертных. Оно было настолько ярким, что даже через закрытые, залитые кровью глаза оно ослепляло. Жар стал таким сильным, что Тарас почувствовал, как накалилась металлическая броня Воеводы. Очередной мощный толчок обрушил потолок зала, где в стороне, но было уже поздно.
— Даийлен! — взревел Инарокс, — Злая шлюха! Я приду за тобой! Я вырву тебе хребет! Выпущу тебе все внутренности и заставлю сожрать их! Жалкая предательница ты не станешь снова у меня на пути!!!
Крик бога утонул в окутавшем все вокруг жаре. Тело Вольного будто окунули прямо в печь. Прошла секунда, не более, прежде чем тьма приняла его в свои прохладные объятья.
Глава 75
Тарас пробыл в столь приятных, холодных, объятьях тьмы совсем не долго. Спустя несколько секунд он уже открывал глаза, лежа под деревом в своих чертогах. Полутьма с красным отблеском уступила место яркому солнцу, временами перебиваемому пролетающими наверху облаками. Он поднялся и подошел к небольшому ручью, откуда вдоволь напился. Вода оказалось прохладной и чистой. Память об обжигающих лучах света была ещё свежа в памяти поэтому Тарас не стал противиться порыву обтереть ещё минуту назад горящую кожу влагой. Закончив с этим парень уселся на землю и обратил взгляд вверх, где стая облаков медленно катилась по небу.
Он стал присматриваться, пытаясь разглядеть знакомые формы в плывущих высоко над головой облаках водяного пара. Первым его сознание нашло черепаху, наполовину высунувшуюся из своего панциря. Чуть поодаль взгляд уцепился за облако в форме небольшой лодки, где парус никак не хотел наливаться ветром, несмотря на усилия безымянного моряка. Чтобы он делал в такой ситуации? Ну вот я уже стал как Ролан. Здоровяк всегда любил провалиться в облачные фантазии.
Ещё какое-то время Тарас наблюдал за облаками, слушая мирный ток воды бегущего вниз ручья, перебиваемый внезапными порывами ветра. Чуть позже мысли вернулись к происходящему в игре, в очередной раз заставив парня порадоваться, что он создал себе такой уютный маленький рай, где можно было отдохнуть от всех тягостей мира Дастриуса.
Инарокс по-настоящему перепугался, когда свет начал жарить так сильно, что доспехи на них превратились в персональные печи. Он кричал какое-то имя, вероятно одной из богинь Дастриуса, чьи имена Тарас во время своей подготовки не старался запомнить. Привычка полагаться на себя и своих братьев въелась в его сознание намертво после сотен молитв, что так и остались неуслышанными. Эта черта перекочевала и в игру, хоть здесь боги и прочие могущественные сущности были более чем осязаемы. Они наблюдали за миром, могли говорить со своими последователями и даже помогать им. Поэтому чтобы там не сделал Селишь, Инарокс если и не умер, то точно должен был понести какой-то урон. Тогда вполне возможно его смогут убить следующие, кто туда доберется, скорее всего это будут наёмники или ещё один отряд Ратода. Ну или Инарокс сможет удрать, бросив своих последователей.
В любом случае бой закончится и начнется самая тяжелая часть, сопровождающая любое сражение и осаду. Когда перед его лицом появилось сообщение, что отведенное на перерождение время подошло к концу, Тарас тяжело вздохнул и нажал на кнопку возвращения в мир игры.
Приятные звуки тихой поляны с ручейком моментально сменились на шум осадного лагеря. Мрачный Клинок уже был здесь и дожидался его возвращения.
— Ты как?
— Уже в норме. — ответил Женя. — Хороший был совет переделать чертоги.
— Олтично. Новости уже успел узнать?
Мрачный Клинок кивнул.
— Крюк написал. Сказал, что Инарокс вроде бы как сбежал, но там не все так просто. Сейчас армия занимается недобитками внутри горы. Ну что пойдем искать остальных?
Вольный быстро осмотрелся. Они оставили точки возрождения на краю лагеря Первого Ордена. По левую руку начинались лагеря наёмник артелей и кланов. Звуки там разительно отличались. Бессмертные просто умирали и возрождались. Неписи же умирали только один раз, поэтому всех тех, кого можно было спасти, пытались спасти пришедшие вместе с войском врачи и целители. Сейчас весомая часть лагеря превратилась в один большой госпиталь, где работали с самыми тяжелыми случаями.
— Я сейчас
