Перед началом сезона 1995/96 Кипиани вернулся в Грузию, причем республика переживала трудные времена — в Тбилиси были перебои с подачей электроэнергии и воды. Но Кипиани это не испугало, и он снова стал главным тренером «Динамо». В 1997 году его пригласили на пост тренера национальной сборной Грузии, а годом позже он уехал тренировать ярославский «Шинник». Однако пробыл там недолго и уехал тренировать бельгийский «Мехелене». Эту команду содержали осевшие в Западной Европе грузинские бизнесмены, которые пообещали тренеру-земляку золотые горы. Но эти обещания так и остались нереализованными, после чего Кипиани пришлось возвращаться на родину.
В 1999–2001 годах он возглавлял кутаисское «Торпедо», в 2000–2001-м — сборную Грузии. Это было его последнее место работы, поскольку вскоре после этого прославленный футболист погиб. О том, как это произошло, рассказывает журналист Ю. Матюха:
«Трагедия, унесшая жизнь Давида Кипиани, произошла 17 сентября в 18:45 возле села Чардахи, в 30 километрах от Тбилиси. По словам очевидцев, Кипиани ехал со скоростью свыше 80 километров в час, обгоняя машину за машиной. Вдруг его мерс неожиданно свернул с дороги и через мгновение, сбив одно дерево, врезался в другое. Все произошло в считаные секунды. К дымившемуся авто кинулись водители проезжающих машин. Они с трудом открыли деформированную дверь и узнали в отброшенном на заднее сиденье человеке знаменитого футболиста…
С места происшествия Кипиани срочно отправили в республиканскую больницу. Но врачи клиники во главе с другом Давида (отцом известных братьев-футболистов) Иустином Арвеладзе уже ничем помочь не могли… Пострадавший умер буквально на пороге больницы. Уже потом стало известно, что причиной аварии стал сердечный приступ — у Кипиани случился инфаркт.
В машине под водительским сиденьем представители правоохранительных органов нашли мобильный телефон. Судя по последнему набранному номеру, Кипиани звонил в Батуми. В этом городе он отдыхал несколько дней, посмотрел игру национального чемпионата «Батуми» — «Колхети», после чего выехал в Кутаиси, а оттуда — в Тбилиси.
Кипиани — третий футболист тбилисского «Динамо» 70-х — начала 80-х годов, погибший в автокатастрофе. Сначала за рулем погиб молодой, перспективный вратарь Теймураз Степания (на самом деле Кипиани стал четвертым — первым, как мы помним, был полузащитник Шота Яманидзе, погибший в октябре 1971 года. — Авт.). В декабре 1982 года на горном перевале в Западной Грузии в возрасте 25 лет смерть настигла автора победного гола в финале Кубка кубков — 81 Виталия Дараселию. Три года назад остановилось сердце знаменитого тренера «Динамо» (Тбилиси) Нодара Ахалкаци — и тоже в машине.
Давида Кипиани похоронили на Сабурталинском братском кладбище, где покоятся Нодар Ахалкаци, Михаил Месхи, Слава Метревели, Гиви Чохели… Все расходы, связанные с похоронами, взяла на себя Федерация футбола Грузии. В ближайшее время имя Кипиани будет присвоено одной из улиц Тбилиси. Стадион, носящий его имя, в Грузии уже есть: в честь знаменитого футболиста еще при его жизни назвали футбольную арену в Гурджаани…»
В заключение приведу слова многолетнего партнера Давида Кипиани по тбилисскому «Динамо» (1974–1981) и сборной СССР (1981) Александра Чивадзе: «Мы потеряли человека, с которым связаны все достижения тбилисского «Динамо». Но Дато был велик не только этим. Чем футбол красив, ради чего народ ходит на него, — все это было в Кипиани. Я не знаю города, где бы у него не было страстных поклонников: его любили, как родного, и в Москве, и в Киеве, и в Ташкенте, и в Ереване… Ведь Кипиани — это достояние не только Грузии, но и всего бывшего Советского Союза».
Забивной «старичок»
Георгий Ярцев, «Спартак», Москва
Георгий Ярцев родился 11 апреля 1948 года в поселке Никольское, который находится в 10 километрах от Костромы. Отец будущего футболиста Александр Георгиевич Ярцев был фронтовиком, прошел две войны — финскую и Великую Отечественную. Воевал на Ленинградском и Волховских фронтах — водил грузовики по Ладоге, по Дороге жизни. Мама Людмила Леонидовна Ярцева заведовала сберкассой в поселковом почтовом отделении.
В семье Ярцевых кроме будущего футболиста было еще девять детей, из которых трое умерли еще до его рождения — во время войны. И все многочисленное семейство проживало не в отдельном доме, а в двухкомнатной квартире. Юному Жоре с малых лет приходилось помогать родителям по хозяйству: в его обязанности входило присматривать за маленькими членами семейства — будить их по утрам, кормить и провожать в садик. После чего он шел в школу, где слыл активным спортсменом (к спорту его приобщил учитель физкультуры Алексей Георгиевич Сурнин). Ярцев участвовал во всех школьных соревнованиях и часто побеждал. За это рвение его в 1961 году наградили путевкой в самый престижный в СССР пионерский лагерь — «Артек» в Крыму. Ту восхитительную поездку он вспоминает до сих пор: они собирали виноград, ходили в походы с ночевкой. А однажды к ним приехали легендарные космонавты: Юрий Гагарин и Герман Титов, которые награждали призеров артековских соревнований.
Азы футбольного искусства Ярцев, как и большинство его сверстников, постигал не на стадионе (такого в их поселке не было), а в дворовых баталиях, которые велись на пустыре. Правда, в те годы о футбольной карьере он еще не мечтал, предпочитая думать о более насущных профессиях. Поэтому после 8-го класса поступил в Костромское медучилище, которое окончил в 1965 году по специальности фельдшер (в поселке была больница, в которой Ярцев и предполагал работать после училища). И именно во время учебы (в пятнадцатилетнем возрасте) наш герой по-настоящему увлекся футболом — поступил в группу подготовки команды «Текмаш» (Кострома), где тренером был Вячеслав Иванович Скоропекин.
Кстати, настоящий футбол Ярцев впервые увидел воочию в 1964 году, когда приехал в Москву и сходил на футбольный матч, проходивший в Лужниках. Причем играл «Спартак», в состав которого Ярцев попадет спустя 13 лет. Однако в тот момент он, естественно, даже не мог себе представить такой поворот событий.
После окончания училища (1966) Ярцев какое-то время играл в основном составе «Текмаша», который выступал во второй лиге, в классе «Б». Играл очень даже неплохо, поэтому его пригласили в юношескую сборную России, которая выступала на турнире «Надежда». Однако сразу после этих соревнований Ярцева призвали в армию сроком на три года. Самое интересное, что его футбольная карьера на этом не прервалась, а продолжилась. Каким образом? Дело в том, что его отправили в школу сержантов в Алтайский край. Окончив ее через полгода, Ярцев должен был отправиться в войска. Перед самой отправкой он решил пофорсить — надел на себя футболку, в которой играл еще на гражданке (под № 7). Это не осталось незамеченным со стороны старослужащих, которые были заядлыми футболистами и сами гоняли в футбол. «Ты что, футболист?» — поинтересовались они у Ярцева. И, получив утвердительный ответ, тут же позаботились о том, чтобы Ярцев остался, — ему доверили руководство медпунктом, поскольку за плечами у него было медучилище. А в свободное время он играл в футбол, причем стал одним из лучших бомбардиров. После чего его «сосватали» в армейскую команду «Искра» из Смоленска, игравшую во второй лиге, в классе «А». Тренером команды в ту пору был Владимир Ильич Стрешний. В Смоленск Ярцев приехал 5 декабря 1967 года, а уже спустя пару-тройку месяцев стал лучшим бомбардиром команды.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
