Ройан так жадно разглядывал и покручивал мясо, что у меня самого желудок заурчал.
— Зачем они напали на тебя в тот день? — спросил я, нарушив тишину.
— Давай так, — повернулся фойре ко мне резко. — Сначала ты ответишь на один мой вопрос. Маленький. Ничтожный. А потом я на твой. А то как-то нечестно получается.
Кивнул.
— Откуда у тебя золото на свитки обнуления и структуру ножа?
— Заработал, — сразу же ответил я.
— Нет-нет, мальчик. Некрасиво обманывать старика, — мотнул он головой разочарованно. — Если будешь мне лгать, а ложь я чую хорошо, мы перестанем разговаривать как старые знакомые.
Я напряг извилины. С одной стороны, он спас мою шкуру, хотя мог не высматривать возможность. Ясно же, что напал, только когда увидел отсутствие меча перед моим лицом. Да и не выглядел он как любитель придать ведьму очищающему огню. Но все же, я и так слишком многим растрепал о себе. Одной по незнанию, второму по глупости.
— Решайся быстрее, Каин, — напомнил о себе фойре. — Я в любом случае уйду, но следующая встреча будет зависеть от твоего ответа.
Что бы это значило?
— Сам, — сказал я себе под нос, — обнулил.
Он даже брови не вскинул и просто повторил:
— Сам, значит…
— Ага, — подтвердил я, уже подозревая причину его расспросов.
— Я вот тоже сам, когда-то.
Он отнял палку от огня и вгрызся в полусырое мясо.
— Дикий маг, — выдавил я, наблюдая за его движениями. — Сорас знает?
— Ммм, вкуснятина. Хочешь? — протянул мне второй кусок.
— Нет, благодарю. Я люблю прожаренное.
— Как знаешь. Молодой еще, глупый. В крови, знаешь ли, самый сок, — хмыкнул он. — А насчет старикана… все сложно, и пока это не твое дело.
Я по привычке поднял ветку, чтобы порыться в костре, и обронил при этом:
— Говорят, все Дикие маги сходят с ума и убегают за каменную границу.
— Говорят, если три раза сплюнуть через левое плечо, затем повыть на Ночных Свидетелей и отпить крови девственницы грендар, можно жить вечно, — завернул он, опрокинув бурдюк.
— Значит, ты не сошел с ума.
— Кто знает, Каин. В чертовой вселенной нормальные бывают настолько безумными, что сложно с уверенностью определить эту грань.
Я потянул холодный воздух и задал следующий вопрос, причина нападения на фойре меня уже не интересовала:
— Как работают со структурами Дикие?
— По-разному, — уклончиво ответил Ройан. — Как договоришься с Сосудом.
— А как с ним договариваться?
— Тут уж методом проб и ошибок. Сосуд ведь не бочонок с пойлом. Но раз ты уже что-то умеешь, значит, твои попытки увенчались успехом. Так?
— Мой успех начался со свитка капли, который я вытащил с трупа одного из тех, кто пришел за тобой.
— Ясно, — ухмыльнулся фойре. — Значит судьба, никак иначе. Вспомнил себя?
— Отчасти.
— Как это? — спросил он, укладывая свой мешок.
— Мир все равно не помню, — и в этом сложно было солгать.
Он стянул узел мешка, надел широкополую шляпу и сел на корточки.
— Итак, выходит, ты юный разрушитель, — сказал он внезапно и спокойно. — И притворяешься магом огня.
Не ожидал я этого вопроса, но раз он говорит, значит видел. Да и играть в дурачка перед ним уже не было смысла.
— Ага, — подтвердил я.
— Только странный ты разрушитель, — продолжил фойре, всматриваясь в меня. — Вернее, разрушитель то может быть и обычный, но вот огненная стихия не может быть крупнее капли.
Я невольно нахмурился. Сначала разрушение природных структур, теперь не такой огонь…
«Черт меня дери! — обругал я себя мысленно. — Совсем забыл, что нельзя владеть в равной степени несколькими видами чар одновременно!»
— Это весьма необычно, знаешь ли, Каин, — ухмыльнулся он, по-видимому, заметив мою растерянность. — Очень необычно.
— А как обычно?
— Как у всех.
— И все же, — настаивал я, хотя знал ответ. Вдруг услышу что-нибудь другое.
— На каждого разумного по одному виду магии. Остальные только в самых простых проявлениях, — ответил фойре, внимательно разглядывая меня. — Да и то, не у всех, и только стихии. Если только…
Я задержал дыхание от волнения:
— Если только?
— Если только у тебя не Сосуд Соре’кхи, — сказал он проникновенно. — Но такие не появлялись с самой войны. А может, появлялись, да разумные не осознавали. Кто их знает. Я и сам только читал о таком.
Сосуд Демона…
— Что за Сосуд такой и почему «демона»?
— Да кто его знает, — поднял он плечи. — Может работает иначе, может мана универсальная.
И что теперь с этим делать? Что Ройан будет с этим делать?
— Да не переживай ты так, — оскалился он, показав клыки. — Единственное, что умеют делать приборы остроухих — это определять твою ступень по плотности маны.
— А насчет названия, — напомнил я. — Почему «демона»?
Фойре склонил голову, обдумывая что-то.
— Старинные записи говорят, — нарушил он тишину, — демоны вполне реальны, и когда-то они приходили в наш мир, чтобы отнять все. Их магия отличалась от нашей. Вот и прозвали так, наверное.
Я тут же вспомнил историю мага Каменщика, которого демоны то ли утащили, то ли переместили в чертоги Са-арга.
— Но ведь есть Варги, и у них тоже другая магия!
— Да, так и есть. Но Варги — это следствие войны с безумными колдунами, а легенды о демонах постарше будут. Если демоны вообще были.
— Как это, следствие? — тупо спросил я. — Как, не существовало?
Глава 71
Фойре хохотнул и заворчал:
— Слушай, я не учитель истории, так что копайся в этом как-нибудь сам. Я и так слишком много сказал.
— Где копаться? — спросил я тут же. Не хочет говорить — не надо. Пусть хотя бы скажет, где искать.
— Да где угодно. Хоть в Гильдии, хоть в королевской библиотеке. Хоть теневой рынок скупай. Можешь легенды бегать собирать, — выдал он, снисходительно усмехнувшись.
Вот это совет. Еще и под аккомпанемент раздражающих смешков.
— Хорошо. Спасибо за подсказку, — тем не менее, ровно ответил я. Пусть веселится, мне не жалко.
— Пожалуйста. Будешь должен, — кивнул он. — Кстати, ты неплохо устроился, однако! Гильдия, отряд. Я-то думал тебя сероволки все-таки на корм пустили.
— Не пустили, — выдохнул я.
— А чего в хижину не вернулся? Девочка переживала за тебя.
— Как она?
Ройан потер нос и недовольно ответил:
— Ждала. Плакала. Потом смирилась. Мне из-за тебя, знаешь ли, извиняться пришлось. Хоть и не виноват вовсе. Тебе еще возвращаться надо было, а там глядишь, и загрызли бы.
— Главное, что с ними все хорошо, — сказал я, вспомнив, что изначально ушел в другую сторону, чтобы не привести предполагаемых преследователей.
— Ага, — согласился он. — Какие планы?
Я ответил, как есть:
— Стать сильнее.
Ройан кивнул и, обернувшись, всмотрелся в темноту. Уши завертелись, а нос шумно втягивал воздух.
— Насколько Сосуд обнулил? — спросил он, насмотревшись.
— Сейчас больше чем наполовину. До этого полностью. Был на первой ступени, — ответил я честно. Это пустяк по сравнению с уже известной обо мне информацией.
— Понятно, — не удивился он. — Стандартная схема. Сосуд всегда сильнее упирается после прохождения половины емкости. У меня тоже так было. Нужно время, чтобы он привык. Если будешь торопиться, убьешь себя. Или умом тронешься, как и пугают. Небось в обмороки падал после таких дел?
— Ага, — ответил я и кивнул в придачу. Неужели у всех так?
— Не торопись, — он снова оглянулся. — Главное, когда подойдешь до предела — убей себя для Гильдии и, если захочешь, просто зарегистрируйся снова, да подальше. Только не светись сильно, чтобы тебя не запомнили. След маны меняется после повышения ступени.
— Откуда ты все это знаешь?
— Хах. Ты не первый, кто решил спрятаться в тени этой организации. Да только проколоться — раз плюнуть. Повторяю — сильно не выделяйся! — закончил он серьезно.
