— Вроде того.
К счастью, путь через реку вел не только вниз, но и вверх. А значит, в одном можно не сомневаться: если только не произойдет какой-нибудь кошмарной административной путаницы, вечные муки во всепожирающем адском пламени Формби не грозят.
— И… как вы себя чувствуете? — спросила я, на миг растерявшись при встрече с самой крупной, и последней, знаменитостью на моем жизненном пути.
— Отлично, милая. Только что давал концерт — и вот уже сижу в кафетерии и заказываю кофе с чипсами на одну персону.
Пытаясь добраться до меня, Кол гонял по шоссе двое суток, значит, сейчас двадцать четвертое июля. Папино предсказание сбылось: Формби умер, как ему и полагалось, выступая перед ветеранами Ланкастерского полка.
Сердце у меня упало: на следующий день после смерти президента начнется Третья мировая. Но теперь я ничего не могла поделать.
За экс-президентом приплыла лодка, и он вошел в нее.
Перевозчик оттолкнулся от берега и погрузил шест в темную воду.
— Если не ошибаюсь, мистер Формби? — обратился он к своему пассажиру. — Я большой ваш поклонник. Однажды я перевозил мистера Гаррика.[81] Вы исполняете песни по заявкам?
— Конечно, — ответил артист. — Только я без инструмента.
— Возьмите мой, — предложил проводник. — Я, знаете ли, сам немного пою.
Формби принял из его рук гавайскую гитару и пробежал пальцами по струнам.
— Какую песню вы хотели бы услышать?
Перевозчик ответил, и мрачная пещера наполнилась жизнерадостными звуками «Нас не было так долго». По-моему, старик ушел достойно. Этот человек принес много добра массе людей не только как артист, но и как борец за свободу и государственный деятель. Лодка с Формби и перевозчиком исчезла в тумане, который плыл над рекой, скрадывая противоположный берег и приглушая звуки. Дальше была моя очередь. Как там говорила бабушка? Самое обидное в смерти — это невозможность узнать, чем все закончится? По крайней мере, я вернула Лондэна, так что Пятница оставался в надежных руках.
— Мисс Нонетот!
Я подняла голову. Перевозчик вернулся. Одеяние его представляло собой некое подобие замызганного муслинового савана. Лица его мне разглядеть не удалось.
— У вас есть чем заплатить?
Я нашарила в кармане монетку и уже собиралась протянуть ее лодочнику, как вдруг…
— Стойте!!!
Я обернулась и увидела подбегающую к нам миниатюрную девушку. Она отбросила с лица белокурые волосы и робко улыбнулась мне. Синди.
— Я займу ее место, — заявила она паромщику, протягивая ему монету.
— Ты что?! — удивилась я. — Ты же сама без пяти минут покойник!
— Отнюдь нет, — ответила она. — Более того, я поправляюсь. И не должна бы, а поправляюсь. Дьявол порой заботится о своей собственности.
— Но у тебя остались Кол и Бетти…
— Послушай меня, Четверг. Я убила шестьдесят восемь человек.
— Значит, Сэмюэла Принга все же прикончила ты.
— Это получилось случайно. Но смотри: шестьдесят восемь невинных душ ушли за эту реку до срока, и все из-за меня! И я делала это за деньги. Можешь считать меня лицемеркой, мне все равно, но факт остается фактом: даже если я выздоровлю, мне больше не увидеть света дня, не держать на руках Бетти и не обнимать Кола. Я так не хочу. Ты лучше меня, Четверг, и с тобой в мире будет куда веселее, нежели без тебя.
— Это не аргумент, — возразила я. — Когда наступает время уходить…
— Слушай, — сердито перебила она меня, — дай мне сделать хоть одно доброе дело во искупление хотя бы мизерной доли причиненного мною зла!
Я уставилась на нее, и тут к нам снова прилязгал скелет в доспехах.
— Опять непорядок, мисс Нонетот?
— Еще минутку, можно?
— Пожалуйста, — взмолилась Синди. — Ты окажешь мне неоценимую услугу.
Я оглянулась на скелет: тот явно закатил бы глаза, имейся у него таковые.
— Вам решать, мисс Нонетот, — проворчал он, — но кто-то должен взойти на борт, иначе меня уволят. А у меня костяная жена и пара маленьких скелетиков, которым надо колледж заканчивать.
Я повернулась к Синди и протянула ей руку. Она пожала ее, затем крепко-крепко обняла меня и шепнула:
— Спасибо, Четверг. Позаботься за меня о Коле.
Прежде чем я успела передумать, Синди быстро запрыгнула на борт. Она вымученно улыбнулась и села на носу, а перевозчик оперся на шест и бесшумно направил маленькую лодку к дальнему берегу. По сравнению с тяжестью ее грехов мое спасение казалось каплей в море, но ей от этого стало легче, да и мне тоже.
Когда лодка с Синди исчезла в речном тумане, я повернулась и двинулась обратно к пешеходному мосту, а по нему — на южную сторону заправки Даунтси, навстречу жизни.
Глава 42
Объяснения
МИРОВЫЕ ЛИДЕРЫ СЪЕХАЛИСЬ НА ГРАЖДАНСКУЮ ПАНИХИДУ
Миллионы убитых горем жителей Англии и лидеры ведущих мировых держав собрались вчера в Уигане, дабы воздать последние почести президенту Джорджу Формби, умершему две недели назад. Похоронный кортеж совершил круговой объезд по центральным графствам Англии, по улицам, заполненным скорбящими гражданами, жаждущими попрощаться с человеком, который был президентом Англии последние тридцать девять лет. На панихиде в Уиганском соборе новый канцлер, мистер Редмонд Почтаар, тепло говорил о неоценимом вкладе этого великого человека в дело мира во всем мире. Когда отзвучала знаменитая «С тросточкой скакал я по Блэкпулским скалам» в исполнении Ланкастерского мужского хора под аккомпанемент двухсот гавайских гитар, канцлер пригласил королеву Дании спеть дуэтом «Мой путь — твой путь», песню, которая поможет залечить трещину в отношениях между нашими народами.
«ЖАБ», 10 августа 1988 г.
— Знаешь, момент был критический, — признался Лондэн, сидя у моей больничной койки и держа меня за руку. — Честно говоря, мы не думали, что ты выкарабкаешься.
Я слабо улыбнулась. Сознание вернулось ко мне только вчера, вместе с непрестанным ощущением застрявшего в голове кинжала.
Я обвела палату взглядом. Пришли еще Джоффи с Майлзом и Гамлет.
— Привет, ребята.
Они улыбнулись и поздравили меня с возвращением.
— И долго я так? — шепотом спросила я.
— Две недели, — ответил Лондэн. — Мы уж и вправду решили…
Я легонько сжала его руку и обвела комнату взглядом. Лонд безошибочно угадал мои мысли.
— Он у бабушки.
Я потрогала голову, но нащупала только толстую повязку. Лондэн перехватил мою руку и положил ее на одеяло.
— Какого…
— Тебе невероятно повезло, — ласково перебил он. — Врачи обещают полное выздоровление. Калибр оказался слишком мал, и пуля вошла в череп наискось. Когда она пробила кость, большая часть энергии уже израсходовалась. — Он постучал себя по виску. — Малютка засела между мозгом и внутренней поверхностью черепа. Ну и перепугались же мы!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
