— Да, вы, наверное, не запомнили меня, ведь мы виделись всего один раз и так недолго… Это было несколько лет назад на конном заводе, где я в то время работал. Ну и вы… тоже оказались там. Меня зовут Орвил Лемб.
Теперь она ясно вспомнила дождливый вечер, когда состоялось давно позабытое знакомство с этим человеком.
— Ах да!.. Простите, у меня не очень хорошая память на лица, мистер Лемб. Но я помню, как говорила с вами.
Агнесса не знала, что еще добавить, и он тоже молчал, не осмеливаясь задавать ей вопросы.
Так они стояли друг перед другом, но через несколько мгновений раздался протяжный гудок, и Орвил встрепенулся.
— Ждите здесь! — приказал он Агнессе и через минуту явился с билетом. — Едем, мисс Митчелл.
Агнесса безропотно последовала за ним. Они добежали до вагона, Орвил помог ей войти, и Агнесса не успела моргнуть, как поезд тронулся, и город стал исчезать за окнами. Ей казалось, что она опять видит сон.
— Вот, — сказал Орвил, открывая дверь. — Ваше купе, мисс Митчелл. Мое — по соседству.
Агнесса увидела столик, обтянутый бархатом диван, шелковые занавески, зеркало на стене. Это был вагон первого класса, в каких ей не доводилось ездить.
— Отдохните, — сказал Орвил, усаживая девушку на диван. — Я потом к вам зайду, если позволите.
— Да, конечно. Спасибо вам.
Она была так растеряна от неожиданности, что даже не удивилась тому, что он едет с нею в одном вагоне и, очевидно, в одну и ту же сторону. Кажется, он не говорил, куда направляется, но Агнесса нашла их соседство вполне естественным: она едет в Хоултон, и Орвил Лемб, само собой разумеется, тоже. Много позднее она сообразила, что это все-таки довольно странно.
Агнесса поняла, что ей действительно необходимо прийти в себя после бурных событий дня и неожиданной встречи. Что-то подсказывало ей: этому человеку можно довериться. Ей показалось, что она почувствовала в нем простоту, простоту сердца, способного откликнуться на чужую беду. И улыбался он так сочувственно и добро…
Ей стало куда легче на душе, она уже не ощущала себя такой одинокой. Немного было у нее знакомых и, тем более, таких, кто бы мог ей бескорыстно помочь… И в то же время Агнесса думала о том, что не стоит, пожалуй, доверять первому впечатлению: кто знает, каков на самом деле этот мистер Лемб? Она совсем не помнила, каким он ей показался тогда, почти семь лет назад…
Орвил пришел через час.
— Вы ведь не завтракали, мисс Митчелл? — И предложил: — Пойдемте в ресторан.
Агнесса замялась.
— Нет… Я не хочу есть…
Он улыбнулся, поняв ее.
— Мисс Митчелл, прошу вас! Право, не стоит объявлять голодовку.
Он подал ей руку. Агнессе ничего не оставалось, кроме как согласиться.
В ресторане среди почтенной публики Агнесса почувствовала себя неловко. Вдобавок она стеснялась своего спутника. Впрочем, голод несколько приглушил волнение; когда принесли заказ, Агнесса почувствовала себя в другом мире: она позабыла вкус половины блюд, а вкуса другой половины не знала вообще.
Орвил же, глядя на нее, раздумывал.
Не нужно было обладать большой проницательностью, чтобы понять: эта женщина одинока или, по крайней мере, очень несчастлива в браке. Но он помнил слова Агнессы о том, что ее ждут дома.
— Давно вы живете в Хоултоне? — спросил он.
— Почти шесть лет.
— С вашей семьей?
— Нет, — сказала Агнесса, но тут же поправилась: — Вернее, да, я живу с дочерью. — Она подумала о Джессике: даже такая кратковременная разлука с нею представлялась долгой. Здорова ли она?
— А вы… тоже едете в Хоултон?
Казалось, она ждет именно такого ответа. Орвил кивнул.
— Вы живете там? — спросила Агнесса, изумляясь невероятности странных совпадений.
— Нет, — быстро ответил Орвил. — Я живу в Вирджинии. В Хоултон еду по делам. Я никогда еще там не был… А сколько лет вашей дочери, мисс Митчелл?
— Пять. Ее зовут Джессика.
— Красивое имя, — похвалил Орвил и подумал: «Да, наверное, это его ребенок».
«Если он помнит меня, то уж Джека-то наверняка не забыл, — в свою очередь сказала себе Агнесса. — Он, должно быть, считает, что Джек бросил меня, или я ушла сама… Хотя какая разница, что думают обо мне люди!» Она не хотела признаться, что на самом деле ей было далеко не все равно.
Орвил действительно думал именно об этом. Он помнил эту историю гораздо лучше, чем представляла Агнесса, он не забыл, как уязвил его тогда выбор юной,чистой девушки… Значит, она все-таки рассталась с этим парнем? И вопреки своим мыслям Орвил решил, что, пожалуй, именно Джек ушел своей дорогой. А эта женщина… Орвилу было искренне жаль ее, и все же он не без тайного удовлетворения говорил себе: «Не может быть, чтобы она не раскаивалась!»
— Мне бы хотелось повидать вашу дочь. Можно?
— Да, приходите, пожалуйста.
«А ведь они, очевидно, так и не обвенчались, — запоздало сообразил Орвил, — все-таки были вместе по меньшей мере около года». Он постарался отогнать от себя эти мысли: что ему, в конце концов, за дело, как жили двое совершенно чужих людей?!
Впрочем, одним своим до крайности неожиданным и безрассудным поступком он уже доказал явное неравнодушие ко всей этой истории, вдруг получившей продолжение… доказал, во всяком случае, самому себе!
Орвил незаметно усмехнулся. Деловой человек не поедет в Хоултон, если ему надо в Вирджинию, никогда не станет проделывать путь в полстраны неизвестно зачем! Да, но он не мог допустить, чтобы женщина, которую он не забывал все эти годы, вновь исчезла неведомо куда. Он не искал ее и не надеялся встретить… вернее, искал, но не Агнессу Митчелл, а… другую, но хотя бы чем-то похожую на нее.
Выпили кофе, после чего официант принес счет и красивую коробку, которую Орвил протянул Агнессе.
— Это Джессике и вам, мисс Митчелл.
В коробке, перетянутой розовой шелковой лентой, были дорогие шоколадные конфеты. Орвил заметил, что глаза Агнессы, нежно-зеленый цвет которых он запомнил с тех давних-давних пор, вдруг стали колючими. Она отодвинула подарок.
— Спасибо, не нужно, мистер Лемб.
— Почему? Возьмите, пожалуйста.
— Нет… Джессика… она не любит сладкое.
— Тогда пусть только для вас.
— Я, — Агнесса вздохнула, — не возьму.
Она замолчала, и Орвил смотрел на нее с каким-то странным выражением сомнения, словно пытаясь проникнуть в суть ее мыслей. Агнессе стало неловко, она вдруг подумала о том, что, возможно, делает не так, как надо… совсем она, наверное, разучилась общаться с приличными людьми, а ее наряд явно не соответствовал положению пассажирки первого класса, тогда как ее спутник имеет вид человека состоятельного. Агнессе не приходило в голову спросить себя, нравится ли ей Орвил, она только равнодушно отметила, что на нем хороший костюм, что у него красивые черные волосы и спокойные карие глаза, что держится он просто, но с достоинством, очень вежлив и предупредителен с нею…
