Все подходы к особняку Миллисент надёжно охранялись, и если всё же произойдёт что-то подозрительное, Райли тотчас увидит это на одном из своих мониторов. К тому же у него имелся список гостей. Сам Райли, если не считать Мартина, был единственным мужчиной в списке, так что вычислить непрошеных визитёров будет не сложно.
Ну а тем временем Эрни изо всех сил старался вычислить домашний адрес Маргарет Свиндлер. Утром, лёжа в постели с Танзи, Райли поклялся, что выяснит это ещё до Нового года. Танзи не имела ничего против. А вот от мысли о предстоящей встрече с Мартином ей становилось не по себе. Правда, Танзи продолжала внушать себе, что это замечательная задумка. Более того, скоро Мартин будет вне подозрений, и они смогут сконцентрировать все внимание на Свиндлер.
— Я иду наверх, — прошептал ей на ухо Райли.
— Хорошо, — ответила Танзи.
Внезапно ей захотелось, чтобы он не уходил, даже на верхний этаж. Почему-то её охватило нечто большее, нежели лёгкое беспокойство, — да и как тут не испугаться если в спину вам дышит двухметровый гусь? Даже не считая встречи с Мартином, ей не давала покоя и мысль, что же будет потом, когда ситуация окончательно прояснится? Что ждёт её впереди? Каково оно, её будущее? Их будущее? Райли пригласил её составить ему компанию на рождественском ужине в гостях у Финна и его приятельницы. Значит, он не прочь продолжить их взаимоотношения.
Танзи встала на цыпочки и поцеловала Райли.
— Я загляну к тебе позже, после того как Мартин придёт и уйдёт. Я принесу тебе все, на чём могут оказаться его отпечатки пальцев. И, если получится, образец почерка.
— Да ты просто молодчина, — произнёс Райли, причём таким вкрадчивым, бархатистым голосом, что Танзи моментально забыла обо всём на свете. — Я в тебе не сомневался.
Танзи улыбнулась. Жаль, что в данный момент она может поблагодарить его за непринуждённый тон и улыбку лишь лёгким поцелуем.
— Спасибо тебе.
Она оглянулась через плечо: холл уже был битком набит приглашёнными дамами. У всех в руках подарки, завёрнутые в пастельных тонов бумагу и перевязанные яркими ленточками.
— Боюсь, через час мне понадобится помощь психиатра, — пробормотала Танзи.
Райли улыбнулся ей и поцеловал в ответ.
— Держись, кузнечик!
Танзи показала ему язык. Райли, посмеиваясь, вышел из комнаты. Танзи оглянулась и увидела Сью — та улыбалась, выжидающе скрестив на груди руки.
— Что такое?
— Вот что. — Сью указала на пространство между Танзи и тем местом, где только что стоял Райли. — Ты с ним подозрительно любезна. Это на тебя не похоже.
Танзи показала подруге язык. Вот ещё, будет она разбалтывать свои секреты перед Матушкой Гусыней!
— Ха-ха. Мы… — Она попыталась было придумать подходящую отговорку. Но речь всё-таки шла о Райли, а Сью — одна из её лучших подруг. И Танзи просто не могла отшутиться. Она сокрушённо вздохнула. — Сейчас не время и не место. В любую минуту сюда хлынет толпа с детскими подарками. Но я тебе вот что скажу, Сью: всё оказалось гораздо серьёзнее, чем я предполагала. Честное слово, мне даже не по себе.
— Ну, не знаю. Лично мне показалось, будто вы по уши влюбились друг в друга.
— То-то и оно. Разве это нормально? Я хочу сказать: вдруг я начну к нему привыкать, как что-нибудь случится, или он передумает, или… — Танзи поморщилась и брезгливо фыркнула. — Послушай, Сью. Может, я рассуждаю как глупая девочка-подросток в школьном туалете во время танцев, которая терзается вопросом, действительно ли она нравится какому-нибудь Джонни. — Она уставилась на Сью широко раскрытыми глазами. — Но скажи честно, ты как думаешь? Он пригласит меня танцевать?
Сью рассмеялась и обняла подругу.
— Знала бы ты, как я рада, что ты наконец-то пополнила ряды стада. Мы все в жутком восторге!
Танзи бросила на подругу сердитый взгляд, хотя в душе и была благодарна.
— Ну да, этого мне только не хватало!
— Кто знает, кто знает! Вдруг мы скоро услышим звон свадебных колоколов?! — Сью всплеснула руками. — Ты только подумай, какой мы с Миллисент закатим в твою честь праздник детских подарков!
— Только через мой труп, — предупредила подругу Танзи. — Если уж все зайдёт так далеко — в чём я лично сомневаюсь, — мы просто сбежим. Я только что решила, что это будет именно так.
— И лишите всех нас удовольствия лицезреть, как Танзи Харринггон, наша вечная одиночка, торопится связать себя брачными узами? Что наконец-то она уразумела то, что остальные знают уже давно?
— И что же?
Сью вновь обняла Танзи за плечи.
— Что любовь — замечательная вещь, моя милая.
— Спасибо, что просветила, — усмехнулась та.
Сью рассмеялась, а затем продолжила пламенную речь:
— Без шуток. Любовь действительно замечательная вещь. Во всех её проявлениях. Легко утверждать, что это не для тебя, когда ты не влюблена, — до тех пор, пока в один прекрасный день ты просыпаешься… и вот она! Прямо у тебя перед носом! И попробуй только сказать, что она тебе не нужна. — Сью улыбнулась. — А ты думала, что ходить на свидания — это приключение. Дорогая моя, да откуда тебе знать, каково оно на самом деле!
— Вот что, не торопи события.
Сью лишь подмигнула ей; к счастью, в этот момент гости начали заполнять холл. Танзи выпила бокал пунша, сильно сожалея о том, что мероприятие назначено на два часа дня. Начнись оно чуть позже, тогда в пунш можно было бы подмешать чего-то покрепче.
Следующей показалась Рина. Она, как и Танзи, чувствовала себя на празднике не в своей тарелке. Танзи подошла к ней поближе, с печеньем в одной руке и бокалом в другой.
— Ты разговаривала со Слоан? — спросила она Рину, в то время как Сью продолжала приветствовать друзей и родственников Мэриел — кстати, многих из них она видела впервые. Надо отдать должное матери Мэриел: та обзвонила практически всю родню, иначе гостей набралась бы всего горстка.
— Она придёт. — Рина бросила на Танзи многозначительный взгляд. — Мы с ней беседовали. В галерее. После того, как ты ушла. — Она покачала головой. — Я всё ещё не могу прийти в себя, но ей, как говорится, виднее. — Танзи подняла бокал с пуншем.
— За то, чтобы у неё всё было хорошо! Рина посмотрела на подругу. Обе захихикали и чокнулись бокалами.
— Ты только взгляни вон на ту дамочку! — воскликнула Рина и кивком указала на особу, которая только что вошла в гостиную. Голову вошедшей венчала широкополая, украшенная розами шляпа. — Жуть какая! Почти как те игрушечные мышки!
Танзи с трудом подавила смех.
— Да ладно тебе! Она наверняка считает, что это писк моды.
— Образца приблизительно тысяча девятьсот тридцать второго года. Интересно, чья это родственница? Надеюсь, что не со стороны Мэриел.
