— Человека убили из-за чего-то, не из-за собаки, — заявил Гробовщик.
— А может, это преступление на сексуальной почве, — предположил Могильщик. — Что, если он пришел сюда с белым мужчиной? Такое бывает…
— Думал об этом, — сказал Уайли. — Но вот собака почему?
— Он вполне мог убить собаку, если думал, что это поможет замести следы, — сказал Гробовщик.
— В Гарлеме — да такая скрытность? — Уайли недоуменно поднял брови.
— Он вполне мог это сделать, если бы дело того стоило, — повторил Гробовщик.
— Может быть, — согласился Уайли. — Но есть тут одно «но». В кармане у покойника мы нашли кусок мяса — похоже, отравленный. Мы его отдадим потом криминалистам. Так что собака уже была кем-то отравлена. Если, конечно, у него не было изначально двух кусков такого мяса. Хотя, спрашивается, зачем?
— Меня смущает вон тот пустой пятачок, — признался Могильщик. — Откуда пустое место, когда все забито хламом? Что же это было — может, что-то сбросили с фургона? Нечто, что вполне может оказаться на складе утиля? Например, запасное колесо.
Уайли на это лишь покачал головой.
— Вряд ли. Они могли обронить пистолет, винтовку, но ничего такого, что можно было бы здесь продать. Ничего такого, что заполнило бы вон то пустое пространство. Вы, похоже, пошли по ложному следу.
— Есть только один способ во всем разобраться, — сказал Могильщик.
Уайли кивнул. Дверь конторы была уже открыта его людьми, но ничего заслуживающего внимания они не обнаружили. Они позвонили оттуда домой мистеру Гудману в Бруклин. Тот был ошарашен.
— Всегда все случается именно со мной! — причитал он. — Такой хороший мальчик, такой честный. Мухи не обидит.
— Мы хотели бы, чтобы вы приехали и сказали нам, что пропало со склада.
— Пропало? — возопил мистер Гудман. — Не хотите ли вы сказать, что Джош погиб, защищая мою собственность? Он не был таким идиотом!
— Мы хотим сказать одно: приезжайте и посмотрите.
— Вы думаете, воры позарились на мое добро? Что же они украли? Брильянты? Слитки золота? Рубиновые ожерелья? Вы видели мой утиль? Только другой утильщик может заинтересоваться моими ценностями, да к тому же ему потребуется грузовик, чтобы увезти товару на девять долларов.
— И все-таки мы хотели бы, чтобы вы приехали и взглянули, мистер Гудман, — терпеливо повторил Уайли.
— Mein Gott! В такую позднотищу! Говорите, Джоша убили?! Бедняга. У меня сердце кровью обливается. Но думаете, я могу его воскресить, в два часа ночи? Я не воскрешаю мертвых. А если пропал какой хлам, так глядите сами. Вы думаете, я так разбираюсь в этой рухляди, что могу понять, что там пропало? Хлам есть хлам. Если кто-то и взял какую-то рухлядь, так большое ему спасибо. Если кто-то вывез целый грузовик барахла, это и так будет видно. А впрочем, может, там побывал какой-то псих? Ищите психа и найдете того, кто ко мне залез. Из-за вас проснулась моя Рива. Она теперь волнуется, что мне придется ехать глубокой ночью туда, где бродят психи-убийцы. Она сама безумная! Отправьте тело Джоша в морг, а я заеду в понедельник подтвердить, что он — это он.
— Нам очень важно, что вы…, — Но Гудман уже положил трубку. — Мистер Гудман, мистер Гудман, — крикнул Уайли, но связь разъединилась. В трубке послышался голос телефонистки. Уайли обернулся к Могильщику с Гробовщиком, сказал: «Он повесил трубку» — и сам сделал то же самое.
— Надо послать за ним машину, — сказал Гробовщик.
— На каком основании? — удивленно спросил Уайли. — Чтобы доставить его сюда из Бруклина, мне надо получить судебный ордер.
— Есть много способов снять с кошки шкуру, — сказал Могильщик.
— Только не говорите об этих способах, пожалуйста, мне, — отозвался Уайли, направляясь на двор. — Разрешите мне побыть в неведении.
Они немного постояли у трупа собаки. Розоволицый помощник судмедэксперта прошел мимо, весело напевая.
Гробовщик и Могильщик переглянулись. Уайли заметил это и сказал:
— Такова жизнь.
— Одни умирают, другие рожают, — согласился Могильщик.
Подъехала санитарная машина из морга, и в нее погрузили два трупа — человека и собаки. Уайли созвал своих людей. Он собирался уехать.
— Дарю вам эту загадку, — сказал он на прощание.
— Подарок принят, — сказал Гробовщик. — Спите спокойно.
Оказавшись одни, сыщики тщательно обошли всю территорию. Гробовщик сказал:
— В любом другом месте было бы сразу видно, если что-то украдено. Здесь же сам черт ногу сломит.
— Хватит думать и гадать. Поехали за Гудманом.
— Правильно, — кивнул головой Гробовщик.
Они заперли склад, выключили свет и медленно двинулись через двор к воротам. Когда они стали переходить улицу, чтобы сесть в свою машину, стоявшую на противоположной стороне, из-под моста, словно призрак, возник силуэт. Они толком не разобрали, что это, но бросились бежать: годы работы в полиции научили их кое-чему, и среди прочего — твердому убеждению, что если что-то зашевелилось в темноте, то жди беды. Увидев, что на них несется большая черная машина, они упали на мостовую. Ночную тьму прорезали вспышки, и тишину разорвала автоматная очередь. Над их головами просвистели пули, а черная машина умчалась. Затем гул мощного мотора стих в отдалении, и снова воцарилась тишина. Черный призрак исчез, словно его никогда и не было.
К этому времени они уже вытащили свои револьверы, но продолжали лежать на мостовой, выискивая глазами живую мишень. Таковой не обнаружилось. Затем они подползли к своей маленькой машине и под ее прикрытием встали, по-прежнему поглядывая, не шевелится ли новая черная тень. Они и сами превратились в тени, когда бесшумно заползали в машину. Они тяжело дышали и все еще озирались по сторонам. На мосту над их головами по-прежнему виднелась медленно движущаяся цепочка огней от машин, но внизу царила темнота.
— Доложи шефу, — сказал Могильщик.
Гробовщик связался по радиотелефону с участком и рассказал о происшествии лейтенанту Андерсону. Он изложил только факты.
— Но почему? — удивился Андерсон.
— Понятия не имею, — признался Гробовщик. — У нас нет ничего — ни описания машины, ни тех, кто в ней сидел, ни номера — и никаких предположений.
— Не знаю, что вы задумали, но будьте осторожней! — предупредил лейтенант.
— Разве полицейский может быть осторожным?
— А помочь вам не нужно?
— Разве что поскорее отправиться на тот свет? — буркнул Гробовщик и тут же почувствовал предупреждающее пожатие руки напарника. — Мы едем в Бруклин, к хозяину этой помойки.
— Ну, давайте, раз вам так невмоготу, но только полегче. Бруклин не наш район, и вы можете устроить нам всем веселую жизнь.
— Мы будем нежными, — пообещал Гробовщик и отключил связь.
Могильщик нажал на стартер, и машина поехала по темной улице. Он думал, хмурился и наконец сказал:
— Эд, мы что-то упустили.
— Это точно. Упустили шанс попасть на тот свет.
— Тебе разве это ни о чем не говорит?
— Говорит о том, что, пока я еще жив, надо уходить из полиции.
— Все так бессмысленно, что за этим кроется глубокий смысл, — гнул свое Могильщик. — Только какой?
— Ты правда веришь в эту чушь? — поинтересовался Гробовщик.
— Я все думаю: ну с какой стати кому-то нужно нас убрать только потому, что погиб негр с помойки?
— И что надумал?
— Тут дело нечисто… Непонятное убийство…
— Я этого не вижу. Разве что тут какая-то связь с тем налетом. Да нет, это ерунда. В Гарлеме вечно кого-то убивают. Почему среди них не оказаться нам с тобой?
— Нет, тут дело нечисто, — повторил Могильщик и умело вогнал машину в бурный транспортный поток.
Когда они приехали к мистеру Гудману, тот еще не спал. Убийство Джоша сильно его расстроило. Он был в халате, из-под которого выглядывала ночная рубашка, и вид у него был взъерошенный. Однако ехать с сыщиками он по-прежнему не желал.
— Что толку мне осматривать склад? Какой вам от этого прок? Собаку я держал только для того, чтобы разные бродяги не ночевали на моей территории, а старьевщики вроде дяди Бада не таскали у меня утиль, чтобы продать кому-то еще.
— Послушайте, мистер Гудман. Вчера вечером восемьдесят семь цветных семей при налете потеряли свои сбережения…
— Да, как же! Читал в газете. Они хотели вернуться в Африку. Ну а я хочу в Израиль, где никогда не бывал. Нет, что толку мечтать о больших яблоках на заморских яблонях. Здесь же каждый свободен…
— Вы правы, мистер Гудман, — перебил его Могильщик, сохраняя терпение. — Но мы полицейские, а не философы. Нам надо лишь узнать, что пропало с ваших складов. И мы не можем ждать до понедельника, потому что за это время кто-то еще будет убит.
— Раз надо, так надо, — смиренно произнес мистер Гудман и с горечью добавил: — Куда катится наш мир, если человека убивают из-за какого-то хлама, не говоря уж о бедной собачке?
