сына Ярослава», в 40-х гг. XI в. именно в «Новгороде» - известный колофон Книги пророков, которую в 1047 г. написал «исъ куриловице» «попъ Оупирь (вар. - Оупиръ) Лихыи»107, недавно весьма убедительно идентифицированный Андерсом Сьёбергом со шведским резчиком рун этого времени Офейгом Упиром108.
Между тем, от ответа на вопрос, присутствовал ли Владимир (Ярославич?) при переговорах с греками под стенами Константинополя, зависит оценка достоверности сведений, сообщаемых новеллой 6551/ 1043 г. Речь идет не о том, были или не были в его войске «варяги» и какую роль сыграли в событиях, поскольку, как я показал ранее, все «варяги» появились в ПВЛ не ранее первой четверти XII в.109, а о реальности присутствия сына Ярослава под стенами Константинополя.
Из точного прочтения текста новеллы следует, что буря разбила русский флот, еще не дошедший до Царьграда, отсюда и решение спасшихся вернуться, «поити в Русь», причем суда повернул сам Владимир Ярославич, поднятый на корабль «Ивана Творимирича» вместе с Вышатой. Однако последний, будучи «воеводой», т.е. отвечающим за войско, отказался от возможности личного спасения и тоже сошел на берег, поскольку ему ничего другого не оставалось. Разбив посланные в догонку (?) греческие суда, Владимир возвращается «в Русь», тогда как плененный со всеми оставшимися Вышата - только три года спустя.
Сравнение содержания новеллы с пересказанными Г.ГЛитавриным повествованиями М.Атталиаты, И.Скилицы и с текстом М.Пселла позволяет предположить, что речь идет о той части флота росов, который к моменту шторма находился еще только на подступах к Босфору, испытал его силу и приводил себя в порядок, когда на него наткнулись посланные в погоню триеры, как об этом рассказывает И.Скилица. Наголову разбив флот Константина Каваллурия и понеся новые потери, эта часть флота росов вынуждена была уйти восвояси, оставив на берегу
____________________
107 Срезневский И.И. Древние памятники русского письма и языка X-XIVвеков. СПб., 1882, стб. 17-18.
108 Sjoberg Anders. Pop Upir' Lichoj and the Swedish Rune-carver Ofeigr Upir. // Scando-Slavica, t. 28. Munksgaard, Copenhagen, 1982, S. 109-124.
109 Замечательно использование этого сюжета Б.А.Рыбаковым для построения антиваряжской «виртуальной истории Руси», когда для подкрепления собственной фантазии историк использует заведомо поздний текст с тенденциозными дополнениями при полном игнорировании более ранних источников (Рыбаков Б.А. «Остромирова летопись». // Рыбаков Б.А. Из истории культуры Древней Руси. Исследования и заметки. М., 1984, с. 79-80).
ТОПОЛОГИЯ РУСИ И ПРОБЛЕМА ТМУТОРОКАНЯ____________________
345
росов с Вышатой, которые у Варны были частично уничтожены, а частично захвачены в плен Катакалоном Кекавменом110. Насколько далеко рассказ ПВЛ стоит от реальных событий, будучи создан десятилетия спустя в Киеве, показывает фраза «и бысть весть грекомъ, яко избило море русь», а также последующее описание происходившего, дав повод А.А. Шахматову предположить здесь контаминацию двух разных сюжетов и положить начало путанице, в результате которой Ян, сын Вышатича, оказывается тождественен «старцу Яню», умершему в 1106 г. в Печерском монастыре в возрасте 90 лет111, - вещь невозможная, если представить что тем же летом Ян Вышатич был послан Святополком Изяславичем на половцев, которых «угонивьше… до Дуная» [Ип., 257].
Изучение топологии «руси/Руси» с привлечением ПВЛ, в том числе и ее недатированной части, как мне представляется, помогает также решить загадку пресловутых «руских писмен», обретенных Константином Философом в Корсуне112, как повествует об этом «Паннонская легенда»: «Обрете же тоу еваггелие и псалтирь роусьскыми писмены писано, и чловека обретъ глаголюща тою беседою, и беседова с нимъ, и силоу речи приимъ, своеи беседе прикладаа различная пьсмена, гласнаа и съгласнаа, и… въскоре начать чести и сказати…»113 Несмотря на попытки истолковать это сообщение в качестве свидетельства об использовании славянами (до Константина-Кирилла) готского, сирийского и прочих алфавитов, как об этом пишет В.А.Истрин114, одновременно высказывались мнения о существовании у восточных славян («русских») собственной письменности до крещения Владимира. Последнее подтверждается, с одной стороны, текстами договоров с греками и циркулярным письмом патриарха Фотия 867 г. о состоявшемся крещении росов вскоре после их набега в 860 г. на Константинополь115, а с другой - мно____________________
110 Литаврин Г.Г. Война Руси…, с. 189.
111 Шахматов А.А. Разыскания…, с. 441-444.
112 Подробный обзор мнений исследователей по этому вопросу см.: Ильинский Г. Один эпизод из корсунского периода жизни Константина Философа. // Slavia, III, Praha, 1925, S. 45-64; Никольский Н.К. К вопросу о русских письменах, упоминаемых в Житии Константина Философа. Л., 1928.
113 Лавров П.А. Материалы по истории возникновения древнейшей славянской письменности. // Труды славянской комиссии, т. I. Л., 1930, с. 12.
114 Истрин В А. 1100 лет славянской азбуки. М., 1988, с. 111-116.
115 Левченко М.В. Очерки по истории…, с. 57.
346____________________
ПОВЕСТЬ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ
жеством археологических свидетельств X в., непосредственно связанных с письменностью и образцами самой письменности этого времени116.
Однако речь идет о более раннем периоде и, скорее всего, о письме славян, возникшем задолго до миссии «моравских братьев». Предание усваивает его изобретение не просветителю славян Кириллу, а его предшественнику, Кириллу Солунскому, который родился в Каппадокии, учился в Дамаске и пришел в Солунь из Александрии в конце VII в. Согласно преданию, ему принадлежит изобретение 35-буквенной славянской азбуки, распространившейся в Болгарии117, которая могла быть воспринята росами и использована в сношениях с Византией, в том числе и для перевода договоров на славянский (русский) язык. Другое дело - насколько эти буквы соответствовали тому, что мы называем теперь «кириллицей». Но о том, как выглядела «протокириллическая письменность», мы можем судить разве что по знакам на моливдовуле с изображением «камертона», усвоенном В.Л.Яниным Святославу Игоревичу118, и по начатым Н.В.Энговатовым работам119, так и не получившим своего продолжения после трагической смерти этого многообещающего исследователя.120
____________________
116 Медынцева А.А. Начало письменности на Руси по археологическим данным. // История, культура, этнография и фольклор славянских народов. IX Международный съезд славистов. Доклады советской делегации. М., 1983, с. 86-97.
117 Успенский П. Первое путешествие в афонские монастыри и скиты в 1846 г., ч. II, отделение 1. Киев, 1877, с. 101-104.
118 Янин В.Л. Актовые печати Древней Руси, т. 1. М., 1970, тб. I, рис. 1.
119 Энговатов Н. Древнейшая русская азбука. // Знание - сила, 1960, №11.
120 Будущим исследователям «городов русов» следует также иметь в виду слова ал-Идриси о «городе ар-Русийа на большой реке (Кубани? - А.Н.), текущей с гор Кукайа», находящегося на расстоянии 27 миль от города Матраха, «между жителями которого и жителями Русийи постоянная война» (Бейлис В.М. Ал-Идриси о восточном Причерноморье и юго-восточной окраине русских земель. // ДГ СССР, 1982. М., 1984, с. 212), поскольку именно он мог быть одним из загадочных «Новгородов» византийских авторов и ранних известий русской историографии.
СТРУКТУРА И ХРОНОЛОГИЯ ТЕКСТА ПВЛ____________________
347
СТРУКТУРА И ХРОНОЛОГИЯ ТЕКСТА ПВЛ
Исследователь, еще только приступая к изучению ПВЛ, сталкивается с парадоксальной ситуацией: при всём интересе к этому памятнику среди множества специально посвященных ему работ нет ни одной, которая подвергла бы анализу структуру его текста в соотнесенности с контекстом включающих его летописных сводов. Более того, несмотря на споры по поводу количества «редакций» ПВЛ и их объемов, имеющийся текст рассматривается исключительно в рамках «третьей редакции», т.е. ограничивая исследование рубежом 1118/1119 г., как если то была не гипотеза А.А.Шахматова, а реальный список, не имеющий естественного продолжения. Между тем, мы до сих пор не можем с уверенностью говорить даже о пределах работы Нестера/Нестора1, так что единственным достоверным рубежом раннего киевского летописании оказывается известная запись игумена Михайловского Выдубицкого монастыря Сильвестра, впоследствии епископа Переяславля Южного, с упоминанием 6624/1116 г., когда он работал над «летописцем» [Л., 286].
Сопоставляя упоминания «летописца», т.е. летописи, у Нестера/Нестора и у Сильвестра, тем более, что колофон последнего следует в Лаврентьевской летописи за текстом ПВЛ, принято считать, что речь идет об одном и том же сочинении, которое было написано Нестером/Нестором, а затем отредактировано и дополнено Сильвестром. Последнее возможно, однако даже приняв это в качестве постулата, исследователь остается в неведении относительно реального состава и объема «летописца
