Равин оказался внутри непонятного сооружения, почти без стен. Несколько плоскостей удерживались тонкими нитями. Он сидел на скамье, рядом сидел трехметровый робот-медвежонок.
— Меня зовут Тяг. Смотри!
Два черных корабля кружились над пустыней, не в силах расцепить тралы.
— Устроили мы им карусель, — сказал Тяг. — Ну да хватит, пора кончать.
Он что-то сделал своей руко-клешне-лапой под решетчатой фермой, и черные сигары внизу превратились в два огненных шара. Шары по инерции сделали оборот и погасли.
— Вот так-то. — Тяг повернулся к Равину. — Ты у нас молодец. — Он коснулся руко-клешне-лапой плеча Владислава Львовича. — Когда все кончится, прошу в гости. Я живу на Уране. До встречи. Передаю тебя с рук на руки.
На секунду в глазах встала бесцветная вспышка переноса, и Равин оказался сидящим в кресле, в знакомой комнате с зелеными стенами, округляющимися к полу. В кресле напротив сидела Эльза Марковна. Тут же были Светлана, Януш и еще трое незнакомых сверхлюдей, рассматривающих Владислава Львовича с неподдельным интересом.
— Значит вы полагаете, что жизнь на Венере разумна? — спросил один из сверхлюдей, опуская всякие приветствия.
Равин секунду смотрел на него, приходя в себя.
— Да. Жизнь на Венере разумна. Там осталось двое маленьких. Их родитель погиб…
— Дети уже под нашим контролем. Вам удалось установить контакт с существом, жившим в пяти измерениях. Поздравляю.
— Похвально, Владислав Львович, — сказала Эльза Марковна. — Судя по вашим поступкам, вы сделали выбор.
Светлана вскочила, подбежала и чмокнула Равина в щеку.
— Ну, Владислав, я в восторге от тебя. Сегодня вечером, как и договаривались, жди меня ужинать. Только купи чего-нибудь вкусненького — v тебя холодильник совершенно пустой.
Равин затряс головой.
— Постой же, Светлана! Да погоди ты, Свет! — уклонился он от ее поцелуя. — Эльза Марковна, что говорит эта барышня? О каком вечере?
— О сегодняшнем, Владислав Львович. Вы возвращаетесь по петле времени к моменту потери узла стабильности. Или вы не желаете возвращаться?
— Еще чего!
— Тогда несколько слов перед отправлением. Теперь, когда вы вернетесь в исходную точку своего конфликта и вновь станете землянином, все, чему вы здесь научились и чем стали обладать, сохраняется. Учтите это и не совершите непоправимого поступка, когда придется решать человеческие проблемы. Помните, мы всегда с вами.
— Так все-таки я человек или нечеловек?
— Вы — серый, А теперь… — Она встала. — Время подходит, давайте прощаться.
Равин встал. Светлана положила ему руки на плечи:
— До встречи на Земле, Владик. Будь умницей. — Она быстро поцеловала его и отошла.
Подошел Януш, пожал руку.
— До встречи. Я приеду в ваш город.
Подошли трое сверхлюдей и тоже пожали руки.
Равин стоял и не знал, что делать.
— Ну и куда мне? — спросил он.
— Как обычно — сквозь любую стену, Владислав, — ответила Светлана и помахала ладошкой.
Равин нерешительно направился к левой стене.
— Успеха! — сказали все, словно сговорившись.
— К черту! — Равин шагнул в стену.
Финал. ВОЗВРАЩЕНИЕ
Червякин, не обращая внимания на появившегося Ра-вина, разговаривал по телефону. За окном, сгущая вечерние сумерки, моросил дождь. Где-то глубоко в душе Владислава Львовича неприятным холодком шевельнулся страх, но он подавил его, шагнул к заваленному рукописями столу и сел в кресло. За окном ослепительно полыхнула молния, прокатился оглушительный раскат грома.
— Вы меня извините, — Червякин бросил на аппарат телефонную трубку, — разговор важный был. А вы, простите?..
Владислав Львович молча смотрел на Червякина.
— Ах да, да, ну конечно! — Червякин всплеснул руками. — Равин Владислав Львович! Я не ошибаюсь?
— Да нет, не ошибаетесь.
— Сейчас, сейчас… — Червякин начал перекладывать с места на место папки, бумаги. — Где же она?.. Вот, нашлась!.. — Он положил перед собой папку с рукописью, развязал тесемки.
Договор на месте, сверху лежит, отметил Равин.
— Вы уж нас извините, Владислав Львович, за задержку с отзывом. Фонды, лимиты, семинары — текучка, понимаете, заела, а вот действительно стоящими делами заняться некогда…
«Болтай, болтай, тварь копытная», — подумал про себя Разин.
— Что же касается вашего рассказа, то мы будем его издавать. Завтра редсовет, а через недельку сможете получить гонорар. — Червякин ехидно улыбнулся. — Отличный получился рассказ, у меня до сих пор мурашки по спине бегают. Кое-какие шероховатости есть; но мы их вместе исправим, подкорректируем — не это главное. Главное, что вы уже через недельку получите свой гонорар согласно договору…
— Я не подписывал никакого договора, — с неожиданным для себя мастерством изображая искреннее удивление, произнес Равин. — Я сдавал рукопись для ознакомления, в плане, так сказать, определения перспективности темы…
— Очень, очень перспективная тема, — Червякин, зажмурившись, помотал головой, — и сразу же удачное воплощение. Ну, а договор… Как же, Владислав Львович?! Вот же он! И сумма гонорара оговорена!
— Какая сумма? — Равин слегка подался вперед.
— Да вот, — Червякин перевернул лист договора и поднял его, держа двумя пальцами, — тысяча за лист, станд…
Равин вырвал договор и начал рвать его на мелкие клочки.
— Я не буду издавать эту бредятину.
— Вас не устраивает размер гонорара?! — Теперь уже Червякин попытался изобразить искреннее удивление, но оно смазалось проскользнувшим в голосе металлом. — Вам где-то предложили больше? Так давайте поговорим, эта вещь действительно стоит большего…
— Хватит! — Равин встал, подбросил клочки договора вверх. — С рукописью можете делать что угодно, она меня больше не интересует. Ни она, ни ваша редакция, ни вообще литература.
— Что же вы будете делать? — Червякин поднялся, отодвинув ногой кресло, в его глазах затаилась, готовая вырваться в любой момент наружу, злость.
— Это не ваше дело, — уверенно ответил Равин. — Я попрошу не волноваться за мою судьбу!
— Как же мне не волноваться? Как же мне не беспокоиться за вашу судьбу, дорогой мой Владислав Львович, — заговорил торопливо Червякин, уставившись остекленевшим взглядом на Равина. Руки его лихорадочно зашарили по столу, ища что-то.
В этот момент воздух наполнился вибрирующим гулом, и в метре от пола, у окна возник хрустальный шар.
— Не смей подходить! — взвизгнул Червякин и, схватив со стола чернильный прибор, запустил им в голову Владислава Львовича.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
