14. Как Романовы громили историю Орды
Очень много о древней русской истории мог бы рассказать Архангельский собор в Московском Кремле, потому что он объявлен официальной усыпальницей великих русских князей и царей, включая первых Романовых. Сегодня в соборе находится около 50 гробниц. Считается, что здесь были захоронены все московские великие князья, начиная с Ивана Калиты.
Однако, те гробницы, которые сегодня можно увидеть в соборе, это – кирпичные надгробия, изготовленные в XVII веке при первых Романовых [552], с. 24. То есть тогда, когда сбивали старые фрески со стен и сводов соборов и вместо них писали новые. Считается, что «погребение совершали в белокаменных саркофагах, которые опускали в землю под пол. В первой половине XVII века над захоронениями установили кирпичные надгробья с белокаменными плитами, украшенными… славянскими надписями. В начале XX века надгробья были заключены в медные застекленные футляры» [552], с. 25–26.
Таким образом, старые надгробные плиты, которые должны были находиться над захоронениями, заложили кирпичом! Уверяют, будто при этом надписи на старых плитах были точно воспроизведены на кирпичных надгробьях, из готовленных Романовыми. К сожалению, проверить это очень трудно. Потребовалось бы разобрать массивные новоделы. После того, что мы узнали о варварском уничтожении Романовыми фресок этого собора [4т2], гл. 2, естественно усомниться в подлинности этих «царских захоронений».
Сегодня в подклете Архангельского собора находятся также каменные саркофаги русских цариц, перенесенные туда уже в XX веке с кладбища в Кремле, разрушенного при постройке новых зданий. Однако, как мы показали в [4т2], гл. 2, Романовы в середине XVII века просто использовали безымянные гробницы монахинь, или стесали имена с каких-то гробниц, после чего выдали их за «гробницы русских цариц». Хотели подвести «вещественное основание» под свою фальшивую версию истории. Подлинные захоронения русско-ордынских цариц, вероятно, уничтожили. Если вообще могилы были на территории Москвы, а не на царском кладбище в африканском Египте. Но Романовым требовалось хоть что-то «предъявить» в доказательство нарисованной ими картины русской истории. И именно в XVII веке романовские историки и археологи «успешно обнаруживают» якобы подлинные гробницы Ярослава Мудрого, Владимира Святого и так далее. А их коллеги в Москве в это самое время старательно работали над созданием «достойного царского некрополя XI–XVI веков» в Архангельском соборе Кремля.
А именно, получив приказ свыше, спешно изготовляли «старые царские захоронения». Надо сказать, довольно небрежно. По-видимому, просто пришли на монастырское кладбище и решили превратить его в якобы кладбище «до-романовских цариц». Надписи с именами монахинь сбили. Наверху поместили надгробные плиты с новыми «соответствующими надписями». Затем зарыли под каждой такой плитой по старому каменному гробу. Но поскольку гробы закапывали, то чиновники-исполнители делали надписи на них не очень тщательно. Стоит ли особо стараться, если сейчас все это будет закопано в землю. В некоторых случаях вообще забывали надписать гробницу. А в двух случаях, вероятно, по недосмотру, пропустили процарапанные гвоздем на старых гробах имена простых инокинь. Так был нагло создан фальшивый «некрополь цариц» в Московском Кремле. Повторим, что царского некрополя в до-романовскую эпоху в Москве не было. Русско-ордынских царей и цариц XIV–XVI веков увозили хоронить на имперское кладбище в африканский Египет.
Менее знатных хоронили на Руси. Но Романовы, прийдя к власти, постарались уничтожить те старые саркофаги, которые могли бы рассказать о подлинной истории до-романовской Руси-Орды. А то, что нам сегодня показывают как «древность», – это либо романовские новоделы, либо бедные саркофаги простых людей, выданные романовскими историками за «царские захоронения».
Более того, Романовы стали использовать старые русские белокаменные гробницы как строительный материал [62], с. 297; [4т2], гл. 2. В этом отчетливо выразилось отношение Романовых к русской истории. В обычной жизни вряд ли строители в поисках материала для домов пойдут на кладбище и заберут оттуда надгробные плиты. Чтобы выстроить из них жилой дом. Хотелось бы вам жить в таком доме? Такие вещи всегда воспринимались как надругательство над памятью усопших. Иногда такое бывало, но именно как знак отрицательного отношения к тем людям, которые под этими плитами захоронены. Именно это мы и видим в действиях Романовых.
Оказывается, между 1632 и 1636 годами ПРОИЗОШЛА СМЕНА ТИПА ЗАХОРОНЕНИЙ НА РУСИ. По крайней мере, это относилось к царским захоронениям. До 1632 года первые Романовы хоронили своих цариц еще по старому обычаю, принятому в Руси-Орде. Но затем, как мы показываем в [4т2], гл. 2, Романовы резко сменили тип захоронений. Начиная с 1636 года, они хоронили уже совсем по-другому. Итак, мы неожиданно натолкнулись на серьезный факт. Смена типа захоронений – это крупная религиозно – общественная реформа. Она означает фундаментальный перелом в жизни русского общества середины XVII века. Поразительно, что об этом крупном событии в русской истории нам ничего не рассказывают.
Итак, мы наталкиваемся на ту же самую границу – на XVII век, отделяющую искаженную историю от более или менее верной. Проникнуть сквозь барьер XVII века чрезвычайно трудно – подлинных археологических и письменных свидетельств ранее XVII века уцелело мало. В колониях Великой Империи, в Западной Европе, прежние имперские храмы и сооружения тоже были, в основном, уничтожены. Однако пришедшие к власти западные реформаторы решили сохранить в своих новых постройках архитектурный готический (то есть готский) стиль «монгольских» храмов, лишь объявив его чрезвычайно древним и исключительно своим, будто бы чисто западноевропейским [4т2], гл. 2:47. А вот по оккупированной Руси XVII века прокатилась мощная волна переделки истории, с тотальной «зачисткой всех следов». Сменили не только архитектурный стиль, но даже характер погребений.
15. Почему название «Новгород», отнятое у Ярославля, перенесли на северо-запад, к озеру Ильмень?
Как мы говорили, летописный Великий Новгород – это Ярославль на Волге. А точнее, название целой области, куда входило еще несколько городов, в частности, Ростов и Суздаль. Но в эпоху XVII века название «Новгород» отобрали у Ярославля и присвоили небольшому городку, бывшему околотку, острогу на северо-западе Руси, у озера Ильмень, в устье реки, которую назвали ВОЛХОВ. Почему именно сюда перенесли – на бумаге и на картах – знаменитое название Новгород, а заодно с ним и название ВОЛГА? Ведь ясно, что ВОЛХОВ – это лишь слегка искаженное название ВОЛГИ.
Ответы могут быть разными. Однако есть заслуживающий серьезного внимания. Обратимся к старинным картам Московии, составленным западными картографами и путешественниками XVI–XVII веков. Обнаруживается любопытное обстоятельство. На этих картах достаточно хорошо изображена Северная Двина и ее окрестности [ЦРИМ], гл. 1. Видно, что западные картографы неплохо знали те области, куда Северным морским путем прибывали западные купцы и торговые корабли. Они поднимались вверх по Двине и другим рекам этого региона, достигая в конце концов Ярославля – крупнейшего центра той эпохи.
А вот Владимиро-Суздальскую Русь, окрестности Москвы и вообще земли на юг и на запад от Ярославля, западные картографы знали заметно хуже. Трудности у них были даже с Москвой. То есть со столицей Руси XVI века! Например, на той же карте С. Герберштейна, якобы 1546 года, город Москва вообще не отмечен. Написано лишь название земли – МОСКОВИЯ (Moscowia) [ЦРИМ], гл. 1. Около Москвы-реки нарисован город, но без названия. Другие города, однако, на карте указаны и подписаны.
Получается, что западные картографы XVI века путались в местоположении Москвы, столицы Руси. Примерно знали, что она находится «где-то там, вдали», но где именно – сказать затруднялись. Поэтому и рисовали условно большую область «Московия», в ней неуверенно изображали некий город, не очень понимая, где именно он стоит. То же самое – и с Владимиром, еще одной старой столицей Руси-Орды.
Скорее всего, в эпоху XIV–XVI веков русско-ордынские власти просто не пускали иностранцев вглубь страны дальше Ярославля и торговых городов по Волге. Орда поступала понятным образом. Приезжайте, торгуйте, но в земли, где находится царская ставка, вход вам запрещен или строго ограничен. Ведь области южнее и западнее Ярославля – это Владимиро – Суздальская Русь, метрополия Империи. Здесь располагались старые и новые царские ставки, ордынские столицы. Эти земли строго охранялись.
Поэтому западным картографам приходилось пользоваться, в основном, лишь устными смутными рассказами о том – какие города, реки и озера находятся на обширной, но закрытой для них метрополии Империи. Нарисовать карту на основании подобных бесед было, конечно, непросто. Так что Владимиро-Суздальская Русь на картах С. Герберштейна и других картографов рисовалась, вероятно, в тиши европейских кабинетов по обрывкам случайных сведений.
