Я отрицательно покрутил головой и презрительно разглядывал его. Какой неприятный тип.
– Тогда сразу отправишь меня на перерождение.
– Это приемлемо, – ответил я.
– Мне дали задачу провалить сделку. Охранники, – он кивнул на трупы в шелковых халатах, – провинились и давно были приговорены. А я должен был вести себя вызывающе и нарваться на нарушение контракта. Топливо – это хорошо, но целый город по дешевке – это намного интереснее.
Я грустно покачал головой и отключился.
– Эй, стой…
/logout
* * *
Я сидел у окна и глядел на ночной город. Кружка с горячим чаем грела ладони. Освещенный фонарями, по улице шел человек с огромным баулом за спиной. Из него, причудливой антенной торчала рукоять шпаги. Вот современный мир, вертолеты, ядерные бомбы, капсулы виртуальной реальности, искусственный интеллект опять–таки. А человек ходит в спортзал и занимается фехтованием. Общий тонус организма, говорят. Но умение протыкать своего ближнего тонким длинным куском железки сейчас вряд ли пригодится. Или вот, например, теннис. Зачем? Почему?
Расстроенно я посмотрел на лежащий рядом телефон. В открытом мессенджере было сообщение от Евы. «Сегодня меня не будет, занята, поехала к родителям» и смайлик с губками. Что за ерунда, Серег? Ты столько жил один, и всё тебя устраивало. Стоило только неделю нарушить это одиночество, и ты поплыл. Сам же понимаешь, что всё всегда будет одинаково. Это как кошка, когда маленькая, такая милаха, а потом – хлобысь, всё мясо съела и занавески порвала.
К черту. Я завалился на диван, открыл планшет. Фильм посмотреть или книжку почитать?
«Он вдруг скакнул на полшага вперёд, низко пригибаясь, и успел подумать: нож, верно, свистнет сейчас в него, кабы резьбу на стене маронговой, красивой…»
Ужас какой. Нет, на такое я сегодня не готов. Лучше уборкой займусь, давно собирался.
* * *
/login
– Хвала Хранителю, богам небесным, подземным и подводным, вы вернулись! – радостно заявил Рохля, стоило мне только появиться в игре. – Враги наступают!
– Собираемся наверху, – я переместился на обзорную площадку на крыше. Ночью выпал снег, и весь городок и окружающие холмы были накрыты грязно–серым покрывалом. Вокруг Фабрики все было вытоптано и просто превратилось в грязь. Две линии баррикад были изломанными и затоптанными помойками, но дальше ничего не разрушало снежный покров. Город выглядел вымершим, все оставшиеся жители собрались тут на фабрике.
С юго–запада приближался враг. Вдалеке висело три дирижабля, не стесняясь выгружая непрошенных гостей. Рядом с собой я заметил капрала. Тот стоял, уперевшись в парапет крыши, и разглядывал выгрузку в небольшую подзорную трубу. Снег покрывал синюю шинель, накинутую на корпус, не очень аккуратно покрашенный в красное и черное.
– Бисто, ну что там?
– Мсье! – поздоровался робот не оборачиваясь. – Я вижу отряд охр`анных механоидов. Вижу иг`роков. Взвод легкой союзной пехоты. Это плохо.
– Почему?
– Если гильдия К`расные Коты смогла получить в усиление пехотинцев, причем во в`ремя войны, значит они убедили чиновников, что мы изменники. А это значит, что даже если мы сейчас отобьемся, в следующий раз уже придут регулярные части Союза. С тяжелой техникой, пушками и воздушной поддержкой.
– Твои предложения? – спросил я, разглядывая копошащихся вдалеке игроков.
– Не знаю, мсье, моя задача п`ростая. Убить как можно больше п`ротивников и как можно дальше оттягивать момент, когда мои подчиненные побегут с поля боя. Лучше всего сделать так, чтобы пе`рвым не выдержал враг.
Я помолчал, раздумывая над его словами.
– А сейчас, как думаешь, справимся? – решил спросить я его.
– Было бы у нас пару пушек, то да. А так… Не знаю. Не уверен. В`ремени на подготовку не хватило. Но попробуем.
Я покинул задумчивого капрала и стал разглядывать настройки фабрики. Цеха не останавливались ни на минуту и производили новых зубанов, оружие и мазут. За ночь поработали хорошо, трофеев, произведенных карабинов и топлива теперь хватало всем роботам. На мазуте зубаны были сонными и немного вялыми, но перед боем я поручил выдать им всем большую порцию ворвани.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Персонал фабрики «Добрый Ключ»
Работников: 70 (автоматоны)
Охрана: 18 (тяжелая пехота)
Ополчение: 178 (автоматоны)
Другие подразделения: 116 (зубаны), 1 (пагуба)
Заключенных: 1
Так себе воинство, тем более что дезертирство продолжалось. За ночь сбежало еще несколько жителей города. На моих глазах зубанов стало 117. Оставив только кочегаров, я освободил всех работников и перевел их в ополчение. Беглые рабы, преступники, головорезы. Справимся. Пусть Бисто не дергается. По крайней мере, нам всем теперь терять совершенно нечего. При победе Котов автоматонам светит тюрьма, рабство или свалка. А я с трудом представляю, как я буду играть заводом, работая на гильдию Красные Коты. О чем вообще создатели игры думали, когда такую возможность вводили?
Мои мысли прервал неприятной укол в бок. Я рванул к наблюдательному пункту на крышу. Бой начался. Дирижабли Котов двигались вперед, расстреливая Дамбург из орудий. Калибр был небольшой, но дальнобойность позволяла им вести обстрел, не опасаясь ответного огня. Один из снарядов попал в здание, и счетчик ополчения мигнул и уменьшился.
Бисто посмотрел на меня, я кивнул. На крыше поднялся красный флаг с большой черной буквой Ж. Лотерея, господа. Это был сигнал начала операции. За второй линией баррикад вспыхнул огонь. Пламя было грязным и тяжелым, оно заволакивало все вокруг густым черным дымом. Огонь по диаметру закрыл фабрику непроглядной стеной. Да, мы перестали видеть противника, но и он теперь с нами ничего не мог сделать, по крайней мере издалека. Может это снизит его преимущество в пушках. Вчера я предложил расставить по возможному пути следования врага бочки с мазутом, чтобы их взрывать. Рохля со всем почтением объяснил мне, что мазут не взрывается, а медленно и дымно горит. Так даже лучше, решили мы.
Выстрелы с дирижаблей прекратились, толку от них стало немного. Затишье долго не продлилось, то тут, то там сквозь чадящее пламя стали врываться механоиды, а за ними и игроки. Началась пальба. Буквально через несколько минут я понял, что больше никак не смогу влиять на сражение. Всё что можно было сделать, было сделано, и мне оставалось только наблюдать. Ну или морально поддерживать воюющих через громкоговоритель. Приказы, которые пытался отдать капрал, не производили на нашу банду никакого впечатления.
– Как–то всё слишком резво началось, – сказал я.
– Неважно, как больно нам, – мрачно сказал капрал. – Важно только то, как больно им.
Грозно сверкнув окулярами, он быстро спустился вниз по тросу и побежал к баррикадам, на ходу отдавая команды.
Дым, пар, выстрелы, крики. Я видел, как сошлись в рукопашной союзные солдаты и ополченцы, как зубаны, выкапываясь из мерзлой земли за спиной врагов, прыгали на них, звонко щелкая челюстями. Один из зубанов прыгнул с крыши на огнеметчика в костюме броне–водолаза, перекусил какие–то трубки, и оба они исчезли в ослепляющей вспышке огня.
– Дукс… надо уходить, – услышал я сзади вкрадчивый шепот.
– Хинтер? – спросил я, не оборачиваясь. – Почему? Вроде как все идет нормально. Сейчас враги дрогнут и отступят.
– Мы бы так не сказали. Они не отступят, и это только начало. Хотя нам не понять вас, дневных жителей, вы вкусные, но…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Ты бы лучше помог гадов резать, чем болтал. У тебя это здорово выходит.
– Нет, дукс. Слишком много глаз, слишком много свидетелей. Не в этот р–р–раз. Вот когда они зайдут в темные кор–р–ридоры фабр–р–рики… м–м–м… – шепот Хинтера стал предвкушающим.
– Ну тогда и не мешай сейчас. И кстати, завязывай с охотой на девиц, что тебя вызывали… – сказал я, но понял, что Хинтера рядом уже не было.
