Читаем без скачивания Дракон не спит никогда - Глен Кук

Искатель коснулся ее с похожим чувством, хотя основное его внимание было с Янтарной Душой, отправленной в госпиталь вместе с ранеными с тревеллера.

Экипажу тревеллера повезло – сравнительно. Пропали всего восемь человек.

Джо взяла себя в руки и двинулась к Стрейту, радуясь, что он все еще командует. А сможет ли она не дать ему по морде, если он со своей службистской придирчивостью начнет выговаривать ей за внешний вид?

Он подошел ей навстречу, обхватил ее руками и не дал упасть. Наверное, на глазах камер по всему кораблю, подумала Джо.

– Рады видеть вас дома, полковник.

Этот сукин сын перепутал ее с Хагетом! Но Джо успела порадоваться его приветствию, пока не потеряла сознание.

126

Панцирь пристально наблюдал за эволюциями «Джемины-7». Страж двигался зигзагами, нырял в открытый космос и обратно, возвращался по собственному следу, пытаясь поймать «Голод Разрушителя» в засаду. И не мог ни стряхнуть свою тень, ни поймать ее. «Голод» прилип к нему, как пиявка.

Его командир заслуживал поощрения. Он не только выполнял свою задачу, он еще заставлял «Джемину-7» все больше и больше отставать от графика, теряя время на эти маневры.

Мудрец смог разобраться, что произошло. На борту тревеллера были меддинцы. Возможно, один или оба из тех, кого он уговорил Провика отослать домой. Придя к такому заключению, он просмотрел сообщения, переданные по Паутине с момента начала отсчета операции.

Они могли узнать достаточно, чтобы предусмотреть удар по Капитоле Примагении.

Если бы дать им оторваться от себя и излить свою злость на Приму Трегессера… Он мог бы ускорить нападение на С. Алисонику. Все боевые единицы займут позиции заранее. Если удастся отвлечь «Джемину-7» к Капитоле Примагении, она окажется слишком далеко, чтобы успеть к Звездной Базе.

Это было бы изящно.

«Тонкая гармония» пересекла Границу и вошла в космос Канона. Панцирь приказал вести обратный отсчет не по дням, а каждые четыре часа, учитывая шанс, что меддинцы выжили при разрушении тревеллера. Проверить эту надежду он сможет лишь тогда, когда «Джемина-7» заплатит свой долг Приме Трегессера. Если заплатит.

Она заплатила.

Панцирь рассчитал, что Страж будет какое-то время занят сюрпризами, которые Панцирь для него оставил на П. Бенетонике. Потом Паутина загудела от его кодированных сообщений.

Его хозяева – Голоса Божии – одобрили его план.

Хорошо. Их разумы тоже придется настроить на определенный лад.

127

Военачальник не принял Джо за Хагета. Он повысил ее в звании. Еле успев выйти из госпиталя, она по уши погрузилась в планирование порки Дома Трегессер. Это задание соответствовало представлению Военачальника о награде.

Она была назначена командовать полком, имевшим задание захватить Герату и всех злоумышленников.

Его ошибка была не в том, что он назвал ее полковником. Она состояла в том, что он не подумал, какие пакости мог оставить ему Кез Маэфель за время пребывания на Приме Трегессера.

«Джемина-7» сошла с Паутины и спикировала на жертву в стиле Стража, напав без предупреждения, без объяснений в ответ на истошное хныканье системы, желающей знать, что же она такое сделала. Они всегда желают знать.

Новое началось в тот момент, когда штурмовая группа Джо достигла высоты в тысячу метров, а тем временем рейдеры, набитые группами захвата, начали кольцевой штурм всех ангаров станции.

Проснулась какая-то необнаруженная автоматическая система, существования которой никто даже не заподозрил.

Направленный взрыв вспорол все вошедшие в ангар рейдеры. Уже выгрузившихся солдат вымело из кольца в космос вихрем декомпрессии.

Патрули истребителей «Джемины-7» попали под убийственный огонь тысячи мелких спутников.

Штурмовая группа Джо попала под огонь такой интенсивности и точности, что до поверхности добрались невредимыми лишь шестьдесят процентов ее.

Те, кто приземлился, были рассеянны, дезорганизованны и лишены связи, поскольку тяжелые помехи накрыли весь район высадки глухим одеялом. Автоматические укрепленные пункты, замаскированные под рабочие конструкции, ответили огнем неизвестного оружия. Для их сокрушения требовалось самое тяжелое оружие полка.

Еще хуже стало, когда город поднял экраны. И уж совсем плохо, когда силы безопасности Трегессеров пошли в контратаку.

Это не была необученная и неорганизованная толпа. На приземлении Джо уцелела. Она гадала, повезет ли ей так же с ранением, которого в этой битве не избежать. Все равно это не будет благоприятной записью в личном деле.

Лицо Военачальника покрылось болезненной серостью. Он стоял лицом к лицу с худшим моментом своей жизни. Дисплеи военного центра показывали вопиющий разгром. Потери уже от четырех с половиной до шести тысяч. Потери наземной группы неизвестны – связи с ней у «Джемины-7» не было.

Каждая станция системы подняла экраны класса Стража. Станция ЗА, реликт, который считался давно заброшенным, плевался самонаводящимися минами, которые превратили бы попытку развернуть строй истребителей в массовое самоубийство.

Внизу каждый более или менее существенный город скрылся за жемчужным сиянием экрана.

С таким Военачальник ранее не встречался. И ему это не нравилось. У него хватило бы огневой мощности несколько раз сжечь Приму Трегессера дотла. А если он будет вести обычную стрельбу, пусть даже пока не кончатся боеприпасы, города останутся на своем месте как ни в чем не бывало. Наличие атмосферы планеты защищало их от его самых сильных аргументов.

– Сообщение на частоте диспетчера движения, – сказала вошедшая Алеас. – Тебе стоит послушать.

Мерцание за плечом Военачальника заговорило:

– Нарушитель, ваше враждебное поведение привело в действие автоматическую систему защиты, которая не может быть отключена никем в данной системе. Она останется активной, пока не будет уничтожена, или пока не будете уничтожены вы, или пока ее центр управления не будет убежден, что вы вышли за пределы ее действия.

Военачальник выругался. Он обратился к «Джемине» и узнал, что связь с руководителями Дома невозможна в связи с зоной глушения. Еще он узнал, что эти руководители пытались предупредить «Джемину-7» до активизации защитной системы.

– Черт побери! Мы просто выстрелили себе в ногу! Я слышу, как ржет этот квай.

– Ты думаешь, это он?

– Больше некому. Если бы мы вошли тихо, говоря «пожалуйста», «извините» и «здравствуйте», не напоролись бы ни на что. Только он мог придумать систему, которая включается в ответ на наши дурные манеры.