Не шагнула ли в этом эксперименте обезьяна в область человеческого сознания? Нет, дальнейшие опыты показали, что она была не более чем смышленое животное. Когда ей дали диск из другого материала, гораздо более твердого, обезьяна не смогла ничего сделать. Она грызла диск зубами, старалась разломить его на части руками и только. Применить для обработки диска рубило, которое ей давали в руки, обезьяна не догадалась. Не помогло даже то обстоятельство, что экспериментатор наглядно показал шимпанзе, как следует пользоваться рубилом. Разума и сноровки первобытного человека обезьяне явно не хватает. Но и об одном инстинкте в таких случаях говорить не приходится. Бесспорно, что помимо него у высших животных есть другой, более сложный, в той или иной мере осознанный механизм для выработки поведения в изменяющихся условиях среды.
Мысли заведомо спорные
Мне думается, что ошибочно полагать, будто животному не нужен разум, не нужна смекалка. Казалось бы, куда надежнее его защищает врожденный инстинкт. Он срабатает в нужный момент — и сработает лучше, чем если животное вдруг решит поразмышлять, что ему следует сделать в создавшейся ситуации.
Только что родившийся звереныш, слепой и беспомощный, настойчиво тянется к соскам матери, еще не сделав первого шага в мир, не ведая ни о чем и ни о ком. И это дает ему возможность остаться живым, не умереть в первые же дни от голода… Молодые пауки без какой-либо помощи родителей сами начинают ткать паутину. Утята, выведенные курицей, без обучения, при первой же возможности лезут в воду — их гонит туда инстинкт предков и они находят там свою стихию.
Все это так. Но задумаемся над другим вопросом: а достаточно ли животным одних предупреждений инстинкта. Не ставит ли их реальная жизнь в такие условия, когда помимо родового инстинкта требуется — с необходимостью! — собственный жизненный опыт, а когда его нет, то и сообразительность — в самом прямом значении этого слова? Думается, именно так в жизни животных и происходит. Ведь готовых ответов на все случаи жизни у инстинкта животных нет и не может быть. Речь идет, конечно, прежде всего о высокоразвитых — млекопитающих и птицах. В борьбе за свое существование многие из них приобретают «личный» жизненный опыт. Поведение этих животных достигает подчас такой сложности, что не остается сомнений в существовании конкретного (пусть самого элементарного!) мышления. Примеров тому великое множество. В Англии, как и во многих других странах, молочники каждое утро развозят бутылки с кефиром, молоком, сливками, оставляя их у порога дома. Все шло хорошо до тех пор, пока какая-то голодная синичка не продолбила у бутылки крышку из фольги. В бутылке оказались вкусные и питательные сливки. Начало было положено! Прошло совсем немного времени, и опыт этой птички переняли другие синицы. И — что самое поразительное — таким же разбором у подъездов домов стали заниматься и их французские родственницы.
Особенно понравились синицам сливки. Кефир и молоко нравились меньше. И птички без большого труда разбирались в том, какого цвета крышечку следует продолбить, чтобы добраться именно до сливок. О сообразительности синиц можно рассказать больше. Ученые подвешивали внутри бутылки на нитке кусочек сала. Голодные птицы пытались склевать его через стекло. Ничего не получалось. Тогда они садились на горлышко бутылки и после долгих «размышлений» начинали тянуть ниточку клювом, чтобы извлечь из бутылки приманку.
Нитка слишком длинна. Синица не может вытянуть приманку за один раз. Как быть? На помощь привлекаются лапки. Птица придерживает одной лапкой нитку, пока не перехватит ее клювом снизу. Сообразительность приносит плоды — синичка сытно покушала. На Галапагосских островах водятся вьюрки. Их любимая пища — личинки, живущие в коре деревьев. Клювом этих личинок не достанешь. Вьюрок вооружается острой и тонкой иглой кактуса, и с ее помощью извлекает личинок из самых мелких щелей.
Большой знаток повадок животных Н. А. Зворыкин рассказывает о том, какие выводы делают для себя животные, побывав в передрягах. Волчица, попавшая под выстрел из засады, после этого уходила от охотников только открытыми местами. Волк, познавший «прелесть» капкана, предпочитал всюду, где чувствовал запах человека, ходить только по дорогам, избегая места с рыхлым снегом, где мог быть спрятан калкан. Такие животные, становясь вожаками стай, проводят за собой товарищей через самые хитроумные западни. Те же волки приноровились разбивать арбузы. Чтобы полакомиться мякотью, катят их с бахчи к оврагу и сталкивают вниз. Орлы и вороны поднимают высоко вверх и бросают на камни черепах и ракушки.
«Антиинстинкты»
Я ловлю себя на стремлении вновь и вновь приводить примеры разумного поведения животных — настолько они многообразны. Вот о каком поразительном случае рассказывает зоолог Дик Рекассель. В жаркий полдень пришло на водопой стадо антилоп импала. Одну из них схватил крокодил. Трагический исход был бы делом минуты, если бы не мирно дремавший в воде бегемот. «С сердитым фырканьем он устремился к месту неравной схватки, вздымая волны, словно приличная канонерская лодка, — рассказывает Рекассель. — Крокодил, естественно, не стал дожидаться рукопашной со столь грозным противником, предпочтя скрыться в мутной глубине».
Дальнейшее было еще более удивительным. Бегемот подтолкнул носом раненую импалу подальше от воды и… принялся зализывать раны антилопе.
«Редчайший случай в животном мире — самое настоящее проявление милосердия, причем к представителю совершенно иного вида! Увы, помощь пришла слишком поздно, — пишет Рекассель. — Через полчаса антилопа умерла от шока и потери крови… Любопытно, — заканчивает он, — что бегемот еще 15 минут оставался около нее, отгоняя слетевшихся грифов, пока, наконец, палящее солнце не загнало его обратно в речную прохладу». По шкале умственного развития, предлагаемой швейцарским зоологом А. Портманом, первое место занимает человек (214 баллов), второе — дельфин (195 баллов), третье — слон (150 баллов), четвертое-обезьяна (63 балла); затем идут зебра (42 балла), жираф (38), лиса (28), а самым глупым оказался бегемот, набравший только 18 очков.
И вот на что оказался способен «глупый» зверь!
А сколько баллов получила бы по это шкале обыкновенная корова, спасшаяся своими смелыми действиями от верной гибели. Наверное, намного больше, чем этот гиппопотам. История эта случилась в 1987 году в местечке Флатейри, в Западных фьордах Исландии. Отведенная хозяином на местную скотобойню буренушка, раньше очень мирная и покорная, вдруг с разбегу навалилась на дверь, снесла ее с петель и рванулась наружу. «Фьорд уже почти замерз, — сообщает корреспондент «Известий» В. Шмыгановский из Рейкьявика, — но, это не остановило беглянку: зов жизни оказался сильнее. 2,5 километра проплыла она в ледяной воде, пока не достигла противоположного берега залива! Потрясенный хозяин местной фермы Г. Бьёргмундссон обогрел и накормил гостью, а затем уладил все формальности с ее прежним хозяином».
— Я обещаю, что она никогда больше даже близко не подойдет к скотобойне, — заявил фермер репортерам. — Пусть живет вольно и сколько ей на роду написано… Корова эта раньше не имела клички. Новый хозяин назвал ее Морской Волной. Теперь не только семья фермера, но многие жители окрестных поселений полюбили «самую знаменитую корову Исландии» — так назвали ее по телевидению. Буренка быстро окрепла и теперь стало известно, что она отелилась. Хозяин остался верен себе и назвал телочку Хафдис-Океанская Богиня. Получается почти по индийскому обычаю: есть надежда, что в скором времени у фермера окажется целое стадо «священных» коров.
А ведь схожую историю описал в одном из своих рассказов известный советский писатель Фазиль Искандер. Его «герой» — мощный бык также сбежал из скотобойни и бросился в море. Тогда многие подумали, что это писательское воображение. А на самом деле, как же мы еще мало знаем о животных, объясняя все их поступки лишь инстинктами.
И снова о дельфинах. Вот что было опубликовано в «Советской России» в сентябре 1972 года: из Иоганнесбурга поступило сообщение о том, что дельфины помогли добраться до берега 23-летней Ивонне Владиславич. После того как судно, на котором находилась девушка, потерпело крушение в 40 километрах от берега, она решила добраться до берега вплавь. Очень скоро Ивонна увидела приближающихся акул. Однако раньше них около девушки оказались два дельфина, которые отогнали хищников. Как рассказывала потом Ивонна, во время плавания она несколько раз теряла сознание от усталости, и каждый раз дельфины осторожно подталкивали ее до тех пор, пока она не приходила в себя. Лишь когда Ивонна взобралась на буй около главного фарватера в Лоренсу-Маркиш и оказалась в безопасности, дельфины вернулись в океан. Южноафриканские океанографы считают, что «нет никаких оснований сомневаться в правдивости рассказа Ивонны о ее добрых попутчиках-дельфинах».
