— Что с ней⁈ — подскочил я к парню, требовательно смотря на него.
Маг Жизни, и мой, теперь уже, кажется, бывший, друг, поморщился.
— Не кричи. Ее состояние стабильно, — он замолчал, действуя этим мне на нервы.
— Зак! Не зли меня, отвечай нормально. Иначе будешь вспоминать, как вправлять нос самому себе.
Теперь мы с ним примерно на одном уровне, и оба наполнены силой из Источников. Уж на то, чтобы начистить одну наглую морду, сил мне хватит с запасом даже с учетом того, что наглая морда — маг Жизни, который может такие травмы исправлять буквально в течение пары минут.
— Я сказал — стабильно. Стабильно плохо, если так хочешь подробностей. И это не ты мне должен вопросы задавать, а я тебе. Какого демона ты там сотворил⁈ — на последних словах он уже в ответ яростно смотрел на меня.
Я чуть отступил, пытаясь вспомнить подробности, которые от меня ускользали.
— Понятия не имею. Знаю только, что в конце что-то пошло не по плану.
— Я вырубил тебя, — неожиданно признался Зак. — А до этого ты начал забирать ее силы.
Это звучало по меньшей мере бредово.
— Это невозможно! Ритуал может много чего вывернуть, но такое вообще невозможно, в принципе. Или мне напомнить тебе…
— Законы Дорана-Говера я знаю ничуть не хуже тебя, — оборвал меня Зак. Уж он точно прекрасно был осведомлен о таких вещах, ведь мы учились в одном учебном заведении и у одних и тех же учителей. Различался лишь уклон обучения. — А теперь ответь мне на один вопрос. Где кухня?
— Причем здесь… — начал я возмущаться, не понимая, как его в этой ситуации может волновать еда, но замолчал.
Он спросил меня не про кухню, о которой уж Зак должен был прекрасно осведомлен, а про ближайших открытый огонь. И я почувствовал. Не просто ближайший, а все вокруг, на неопределенном расстоянии, но действительно все. Просто чем дальше, тем слабее ощущался источник огня.
— Какого⁈… — слов у меня не было. Осознание этого ошеломляло и путало мысли.
— Добро пожаловать на третий круг Аспекта Огня, — несмотря на смысл слов в интонациях Зака не было никакой радости. — Чувствительность к стихии прилагается.
Я промолчал, потому что, кроме матов, на языке все равно ничего не вертелось. Это было невозможно. Инициация источником чужого аспекта давала только начальный доступ к магии другой стихии. И не было никакой гарантии, что новую стихию получится развить до уровня хотя бы второго круга. Все же Огонь был чуждой стихией, хоть я и был к таким изменениям более предрасположен, чем маг другого аспекта. Я же получил намного больше. Я получил невозможное, то ради чего мне бы пришлось потратить в лучшем случае месяцы, и это с учетом того, что я хаотик.
— Что ты видел? Во время ритуала? — спросил маг Жизни, посмотрев мне в глаза.
— Ее воспоминания. Все подряд, не только то, что касалась обучения владению огнем. Я формировал свою связь с пламенем на основе того, что показывала она. А потом… Потом понял, что занимаюсь ерундой. Что у меня есть образец многократно более глубокой связи… Не знаю, откуда он появился, но я его видел. И принял на себя, — я встряхнул головой. — Демоны, это невозможно, Зак! Иначе у нас бы толпами бегали универсалы, мастера всех возможных стихий!
— Невозможно, — кивнул он. — И я о таких вообще не слышал, кроме членов Императорской семьи. Вот те истинные универсалы, годами тренировавшие владение всей магией. Но ты как-то забрал ее силы.
Зак отвернулся, устало потирая глаза. Только сейчас я заметил морщинки на лбу и мешки под глазами. Для мага Жизни, что может поддерживать себя в идеальном состоянии все это говорило чуть ли не о крайней степени усталости.
— Так что с ней? — напомнил я о главном вопросе.
Зак внимательно посмотрел на меня.
— Вы с ней связаны, верно? Куда больше, чем…
— Я тебя сейчас точно ударю! — пригрозил уже вполне серьезно, без шуток. Сколько можно уходить от ответа на простой вопрос!
Маг Жизни хмыкнул, но тему развивать не стал.
— Ей плохо. За время войны я много разного видел, но такие странные повреждения — впервые. Я знаю, как лечить угнетение организма, неважно от проклятия или травм. Я знаю, как купировать повреждения ауры, чтобы остановить деградацию, пока не началось естественное восстановление. Но все это не то. Она будто просто постарела лет на сто пятьдесят — поморщился парень. — Я вылечил все повреждения, ее аура стабильна и, более того, получает силу из источника, пусть и не в том объеме, как при полноценной инициации. Но полного восстановления не происходит. Так, как это бывает у очень старых магов, когда тело, физическое и духовное, просто полностью исчерпало себя. Нельзя взять и вылечить старость.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Старость?
Я потрясенно отошел, привалившись к стене и только благодаря этой опоре не опустившись на землю. Тело стало каким-то немыслимо тяжелым, скорее я почувствовал навалившийся груз.
— Это я сделал…
Зак отрицательно покачал головой:
— Ритуал прошел странно, и…
— Я встречал такой эффект, — оборвал я мага Жизни, который пытался что-то объяснить. — Уроды, с которыми боролась моя семья, изобретали много дряни. Порой даже гениальной и выходящей за рамки обычных представлений о магии, но все же… Преследовалось в основном две цели — увеличение магического потенциала… и продление своей жизни. Один мудак добился немалого успеха во втором. Когда до него добрался мой отец, эта тварь жила уже четвертую сотню лет. Он скрывался в своем особняке на окраине королевства, раз за разом выдавая себя за очередного наследника угасшего рода. И делал это довольно успешно, чтобы поверить в собственную гениальность, в какой-то момент он начать делать ошибки, — рассказывал я все это спокойным безэмоциональным тоном. Это позволяло отвлечься от мыслей о произошедшем, но скорее я занимался самообманом. — Особыми магическими силами он не мог похвастаться, и дело разрешилось очень быстро. Отец нашел ритуальный круг, можешь догадаться — какой, хотя и с рядом изменений.
Зак тихо выругался. Да, магия — штука очень сложная. И когда ты владеешь Хаосом, начинаешь привыкать, что некоторые законы и константы вполне возможно обойти. Хаос не признает порядка, хоть и на изменение некоторых вещей требуется прорва сил.
Кажется, я подсознательно повлиял на ритуал, даже не зная, что именно делаю. Всю жизнь мне вбивали в голову понимание той опасности, которую несет моя сила. И в самый важный момент я об этом забыл.
— Что делать? — Зак справился с эмоциями, переключаясь на рабочий лад. — Мне нужна информация. И ты не жизнь забирал, а магию!
Я встряхнулся, пытаясь выудить из памяти хоть что-то.
— Немного могу посоветовать, но… Я должен ее увидеть. Необходимо понять…
Зак нахмурился… и кивнул. Мне несложно было догадаться, насколько сильно он хочет послать меня подальше. И все же он позволил мне сделать это, а пока мы шли к палате, я рассказывал все, что знал. Впрочем, в основном вся имеющаяся у меня информация сводилась к тому, что телу нужно дать время вернуться к нормальному состоянию, поддерживая утекающую жизнь, насколько это возможно. И как только тело перестанет считаться себя старой рухлядью — появятся позитивные тенденции.
Проблема была в том, что из жертв тех ритуалов выживал лишь один из десяти. Нетрудно догадаться, что выжившие были, только благодаря им этим ритуалом заинтересовалась королевская семья. Его изначальный создатель такими вещами был не сильно озабочен.
— У тебя несколько минут, не более. Она еще слишком слаба, — сообщил мне маг Жизни, оставаясь за дверью.
Рада выглядела плохо. Бледная, слабая, она лежала на кровати, закрыв глаза. Стоило мне подойти ближе, как глаза приоткрылись. Тусклые, пустые. И тем не менее она улыбнулась. Вот только даже это стоило ей определенных усилий над собой.
— Я боялась, что Зак тебя не впустит. И я так рада, что с тобой все хорошо.
Я тоже попытался улыбнуться, но вышло, наверное, не очень искренне.
— Рада, я…
— Все хорошо, — прервала меня девушка. — Скажу тоже, что говорила ему — я не так плохо себя чувствую, как кажется.
