class="p1">Джудит, Бекс и Сьюзи возникли на пороге.
– Вы в порядке? – спросила Бекс.
– Я просто пыталась понять, что здесь произошло. Как кто-то мог сотворить с ним такое. Как Тристрам мог убить собственного отца, – добавила она, словно желая пояснить свои слова.
– Тристрам? – спросила Джудит.
– Я просто пытаюсь следовать логике. Только ему выгодна смерть Питера. Знаю, вы считаете, будто ему кто-то помогал. Но что, если все куда проще и Тристрам убил своего отца самостоятельно?
– Но он ведь был снаружи, в саду, когда сэра Питера убили, – напомнила Бекс.
– И об этом я думала. А что, если Питер случайно уронил на себя стеллаж?
– Но зачем ему понадобилось лезть на стеллаж? – спросила Сьюзи.
– Понятия не имею. Может, он пытался достать что-то с верхней полки? Однажды я увидела, как он прятал там апельсиновые дольки в шоколаде. Это было весьма в его духе. Кто вообще сейчас ест апельсиновые дольки в шоколаде? Но он так разозлился после ссоры с Тристрамом. Что, если Питер пришел сюда, заперся, чтобы побыть в одиночестве, а затем попытался достать что-то с верхней полки стеллажа и случайно опрокинул его на себя? А если так, то в тот день просто произошел ужасный, кошмарный несчастный случай. Потом мы все вломились в комнату. Но теперь думаю: что, если я ошиблась, проверяя его пульс? Вдруг он был еще жив?
– Такое возможно? – спросила Джудит.
– Не знаю. Я медсестра, а значит, должна уметь проверять пульс, но в тот момент была не в себе. Вид его тела шокировал меня. Вдруг я ошиблась? Меня вытолкали из комнаты раньше, чем я успела перепроверить. Возможно – лишь возможно, – он был еще жив.
– Ох, я понимаю! – воскликнула Джудит, вспоминая, как они со Сьюзи вместе с остальными гостями снаружи дожидались приезда полиции сразу после убийства. Тогда она не могла отыскать в толпе Тристрама. – Вы хотите сказать, что, после того как мы все вышли из дома, чтобы дождаться полиции, Тристрам забрался обратно в кабинет?
– Да, именно такая мысль пришла мне в голову. К тому же в комнате было достаточно тяжелого лабораторного оборудования.
– Значит, Тристрам взял нечто большое и тяжелое и нанес своему отцу смертельный удар. Если так, сэр Питер умер куда позже, чем мы предполагали?
– Не знаю, – ответила Дженни. – Теперь эта идея кажется мне притянутой за уши.
– Но вы правы: такой вариант вполне возможен. Думаю, теперь мы должны еще усерднее заниматься поисками пропавшего завещания.
– Да, – согласилась Дженни, – я как раз думала об этом. Мы вчетвером перевернули все вверх дном в этом доме, но ничего не нашли. Так, быть может, причина в том, что завещания здесь просто нет?
– Возможно, вы правы, – кивнула Бекс. – Но тогда где оно?
– Я не знаю. Но давайте мыслить логически: если оно не внутри дома, то, может быть, снаружи?
– Вы читаете мои мысли! – воскликнула Джудит. – К тому же мы только что узнали: леди Бейли видела, как Тристрам выходил из этого дома за несколько минут до того, как приехал сюда на машине.
– Неужели? – удивленно спросила Дженни.
– Если он приходил сюда, чтобы найти завещание, мы должны понять, что он с ним потом сделал.
– Тут все просто, – решительно заявила Сьюзи. – Он его сжег. В камине. А в этом доме их целых три, не так ли? – добавила она. – Один – в кабинете, другой – в гостиной и третий – в спальне наверху.
– Не думаю, что он сжег завещание, – с сомнением возразила Джудит.
– Почему вы так в этом уверены?
– Я не уверена. Но он бы не стал сжигать завещание здесь, где кто угодно мог бы застать его за этим действием. Что бы он тогда сказал? И вы знаете, как плохо порой горит бумага: в камине так или иначе остаются несгоревшие клочки и обрывки. По-моему, Тристрам не стал бы так рисковать. Поэтому я склонна согласиться с Дженни. Что, если он спрятал документы снаружи, где-то между входной дверью и выездом на улицу? Никому бы и в голову не пришло искать завещание там.
Следом за Джудит женщины вышли из дома на усыпанную гравием подъездную дорожку. Слева низкая тисовая изгородь отделяла теннисный корт от проезжей части.
– Никто бы не стал прятать завещание в кустах, не так ли? – спросила Дженни.
– Согласна, – подтвердила Сьюзи. – Так его кто угодно мог бы найти.
– Давайте сначала поищем вон там, – предложила Джудит, указывая на живую изгородь, отделяющую подъездную дорожку, усыпанную опавшими листьями, от сада.
Чуть дальше виднелась кирпичная арка, ведущая к изысканным клумбам и оранжерее, в которой даже зимой было полно зелени.
Женщины прошли под аркой, чтобы осмотреть сад, но и там не нашлось ни одного достаточно укромного места, в котором можно было бы спрятать завещание.
Сьюзи подошла к оранжерее и потянула за ручку двери. Та не поддалась.
– Оранжерея всегда закрыта? – спросила она.
– Да, мы держим ее закрытой, на случай если в сад проберутся воры, – ответила Дженни. – Но в доме есть ключ.
Дженни замолкла и нахмурилась.
– Что-то не так? – спросила Джудит.
– Кто-то рылся в компостной яме, – сказала Дженни, указывая на большой металлический ящик, стоящий неподалеку от оранжереи. Кто-то старательно разровнял светло-коричневый компост, но в самом углу ящика виднелся бугорок более темного цвета. – В последний раз, когда я сюда приходила, поверхность была идеально ровной.
Джудит, Бекс и Сьюзи подошли ближе и уставились на кучку темно-коричневого перегноя. Всех их посетила одна и та же мысль.
– Я не стану совать туда руки, – заявила Бекс.
– Я тоже не уверена, что хочу это делать, – отозвалась Джудит.
– Это всего лишь мертвые листья, – успокоила их Сьюзи, сняла куртку и передала ее Дженни.
Закатав рукав повыше, она сунула руку глубоко в компостную яму и сморщилась, пытаясь пальцами нащупать хоть что-то в мокром перегное.
– Надеюсь, вы никогда не станете ветеринаром, – пошутила Бекс.
– Опаньки, что это тут у нас? – улыбнулась Сьюзи.
Она вытянула руку из компоста, сжимая в пальцах маленький клочок бумаги. Он насквозь промок, но на его поверхности еще остались следы голубых чернил.
Сьюзи положила обрывок на компост. Из-за влаги чернила довольно сильно выцвели, но женщины все равно смогли разобрать написанные от руки слова.
Это последнее вол
Находясь в здра
– Это почерк Питера! – воскликнула Дженни.
Сьюзи вновь подошла к дыре, которую вырыла, и сунула туда руку. Через несколько секунд она вытащила на поверхность еще один обрывок бумаги.
– Что там написано? – нетерпеливо спросила Дженни.
– Давайте посмотрим, – ответила Сьюзи и положила новый обрывок рядом с первым.
На нем женщины увидели имя и подпись Криса Шеферда.
Сьюзи начала ладонями выгребать перегной из ямы, стараясь добраться до остальных клочков бумаги. Вытаскивая обрывки, она по одному передавала их Джудит, которая раскладывала их рядом с первыми двумя, пытаясь собрать воедино, словно пазл. К тому времени, когда Сьюзи закончила, завещание было практически полностью восстановлено, и женщины наконец смогли прочитать его.
10 декабря 2022
Это последнее волеизъявление сэра Питера Бейли.
Находясь в здравом уме и трезвой памяти, я оставляю всю свою собственность Дженни Пейдж. Если я умру при загадочных обстоятельствах, пожалуйста, проведите расследование в отношении моего сына Тристрама Бейли. Он ни перед чем не остановится, чтобы разлучить меня с любовью всей моей жизни.
Ниже стояла витиеватая подпись сэра Питера, а под ней виднелись подписи, имена и адреса проживания Эндрю Хасселби и Криса Шеферда.
– Он оставил все мне, – прошептала Дженни, пытаясь переварить эту информацию.
Джудит, Бекс и Сьюзи не знали, что на это ответить.
– Раз мы нашли это завещание, старое больше не имеет силы?
– Простите, – возразила Джудит, – но я в этом сомневаюсь.
– Но посмотрите! Он оставил все мне!
– Новое завещание разорвано на клочки.
– Но ведь такова воля Питера!
У Дженни начиналась истерика, но в таких обстоятельствах подруги не могли судить ее. Сьюзи и Джудит взглянули на Бекс, намекая ей, что пришла пора вмешаться, и та обхватила Дженни
