— Да, успокойся ты…
Пока они там припирались и спорили, я достал карту из колбы и внимательно рассмотрел её. Очередной недостающий фрагмент. Опять надписи на древнерусском языке. И опять же малоприметный на местности объект. На этот раз большая ель. Я включил свет в салоне и зафиксировал карту на камеру своего смартфона. Авось, пригодится.
— Чё ты там делаешь? — обернулся Костян на меня.
— Фиксирую, — огрызнулся я. — Для истории.
Вован только усмехнулся.
— Ты лучше посмотри, какие тут красотки ходят, — сказал он.
Во дворе нарисовалась группа девиц. Откуда они взялись, я так и не понял. Да и неважно. Девчонки шли в сторону нашей машины. Три штуки, возрастом немного старше лет двадцати.
— Ай, сосочки какие, — не унимался Вован.
Я только хмыкнул. Нашёл время на девок пялиться. Девчонки бросили на нас интересные взгляды и стали перешёптываться, посмеиваясь. Мимо джипа они почти пробежали. И всё бы ничего. Если бы…
— Спроси у них, — сказала одна другой. — Может, кто-то из них кольцо тебе выплавит из той штуки.
— Ага, — ответила её подруга. — Отдавать золото первому встречному. Мы все замерли. Девицы прошли мимо, что-то ещё там нашёптывая друг другу.
— Это про какую она там штуку говорила? — выдавил из себя Костян.
— Случайно, не про ту, которую вы с «Чёрной смертью» прозевать умудрились?
— Нет, — тут же ответил ему я. — Ту, которую вы умудрились прозявить, когда нас вытаскивали из бэтэра.
Мы все трое резко обернулись на девиц. Они дошли до парадной дома. Одна закурила, две другие — вошли внутрь. Понятно. Значит, ждёт своих подруг.
— Ну, я пошёл, — Вован открыл дверь машины. Костян схватил его и втянул обратно.
— Куда ты собрался?
— Артефакт наш добывать.
— А рожу свою звёздную светить не боишься?
— Нет. Я из машины не вылезал и боятся мне нечего. И откуда эти шпингалетки знают, кого ищет полиция?
Он одёрнул руку друга и вылез из машины. Парадным шагом он подошёл к девице и завязал, как мне показалось, весьма непринуждённую беседу. Сам не знаю почему, но я тоже вылез из машины.
— Ты-то куда? — Костян завертел головой, стараясь меня увидеть по обе стороны от сидения.
Но мне это было до одного места. О чём там Вован вздумал трепаться с этой девицей? Вот, что меня интересовало в этот момент. Сама девчонка стояла ко мне спиной и не видела джипа. Я крадучись пошёл чуть в сторону, делая круг по кустам и клумбам. Вот это у меня получалось лучше всего. Девчонка меня не видела и, казалось, даже не хотела замечать. Зато Вован видел всё прекрасно. Понятное дело, он вылупил глаза, глядя на мою партизанщину. Но старался не подать виду, увлекая девчонку разговором.
Я добрался до стены дома и подкрался, как можно ближе к этой парочке «Твиксов».
— И вы не боитесь? — говорил Вован.
— А чего бояться? — пускала девушка табачный дым. — Кругом менты. Главное, комендантского часа не водили. А так всё открыто.
— Всё равно. Говорят, террористы могут оставаться в городе. А тут вы такие красивые, по ночам гуляете.
— Ой, да брось ты, — у неё, по-моему, даже затылок покраснел.
— А что ты там говорила про кольцо?
— Да, Алёнка нашла какие-то стекляшки. Она в институт ездила, чего там досдавать ей надо было. И тут, прикинь, прям у неё перед носом две машины столкнулись, военные.
— Да ты что? — блин, вот актёр из него гораздо лучший, чем грабитель. Прозевать колбы с грузом смог, а тут играл так, что сам Станиславский позавидует.
— Там ещё пожар начался. Машина взорвалась. Алёнку чуть не пришибло. Чего-то там отлетело. Пока она с тротуара поднималась, к ней и прилетели две стекляшки.
— Ух ты. А чё за стекляшки?
— Да бутылки какие-то только мелкие. В одной тряпка внутри, а в другой то ли кулон, то ли что-то наподобие. Попробовали на цепочку одеть, какая-то пошлятина получается.
— Почему пошлятина? — вот тут я с Вованом был вполне согласен. С какой это стати исторические артефакты невероятной ценности у нас к пошлятине относятся? Это, вообще, не украшения. Они бы ещё её на лоб себе бы прилепили вместо диадемы, дуры мелкие.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да выглядит, как-то несуразно. Вот Алёнка и хочет переплавить эту ерундовину себе на кольцо. Она давно колечко хотела, только с камешком. А что? Золото теперь есть.
— Ага, золото есть, а камень приложится. Они оба заржали. Чему девица радовалась понятное дело — в этом возрасте только и искать, что собеседника по душе, да фантазировать по этому поводу. Короче, ума палата. Но чему этот придурок радуется?
Если Алёнка видела аварию, значит, и видела, кто в ней принимал участие. То бишь нас всех! Щас она выйдет и опознает этого пентюха.
— А вы, значит, гулять вздумали? — продолжал Вован лясы точить.
— Да, пойдём, прогуляемся по проспекту. Не хочете с нами? Пивка возьмём.
— Да не, — ответил Вован. — Мы тут так, проездом. Ехали по делам, да застряли в городе. Щас просто так не выедешь. Пока вся эта буча уляжется. В принципе, на сегодня мы свободны.
— Прикольно. Вас трое и нас.
Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезло. Он собрался идти на бл… с теми, кто нас может запалить. Хорош щегол. В общем, тут я решил, что ситуация требует моего вмешательства и наплевал на всякую маскировку. Я с таким пафосом и напором вынырнул из куста у стены, что девчонка аж вскрикнула от моего появления. Да и Вован такого не ожидал. Он и сам чуть с перепугу кирпичей не отложил. Я нежно так обнял его за шею рукой, перекрыв таким макаром всё, что можно — кровоток, дыхание и всё то, что его и без того тупой башке не нужно. И потянул в сторону джипа.
— Я щас с друзьями поговорю, — прохрипел он и перешёл на шёпот. — Женёк, блин, ты чё?
Я тащил его, согнув в три погибели.
— Ты совсем уже рехнулся? — я ещё сильнее сжал руку. — Никаких имён.
— Окей, «Крестоносец». Ты чё?..
— Да тихо ты. У тебя голова есть?
— Да. Только ты мне её сейчас оторвёшь, блин, больно…
Я отпустил его только у машины.
— Ну, так включай её и шевели извилинами, — я постучал себе по лбу. — Эта самая Алёнка видела аварию.
— И чё?
— А, значит, видела, и как вы нас с Каринкой вытаскивали из БТРа. Она же опознает всех нас. Дошло?
— Ух, ты, — очухался этот тормоз. — А про это я как-то не подумал.
Я открыл дверь со стороны пассажира и указал на сидение.
— В машину, — скомандовал я.
— Ладно-ладно, не надо кипятиться, — отряхивался Вован. И мы оба залезли в салон джипа. Вот только место водителя оказалось пустым.
— А этот где?
Я обернулся на девицу. Кусты рядом с ней раздвинулись, и из них выскочил Костян, получив веткой подзатыльник.
— Зараза! — крикнул он. Девица ещё раз вскрикнула с перепуга.
— Пардон, — склонил голову Костян и поспешил к джипу.
— Идиот…
— Что смог узнать об этой самой Алёнке?
— Да ничего. А на фига ты из машины вылез?
— Да так и знал, что ты загубишь всё дело. Как чувствовал.
— Зато теперь мы знаем, где искать кулон, или чё там было.
— И какая же квартира? — ехидно спросил я, прекрасно зная, что все тонкости этот дятел просто не нашёл нужным разузнать, зато чуть не запалил всех нас.
— Ну… э-э-э… — протянул растеряно Вован. — Номер не скажу, зато точно знаю, что это третий этаж, квартира направо.
— Чё? — не понял я. И тут же обратил внимание, что этот дон Жуван зырит в зеркало заднего вида. Я обернулся.
Окно на третьем этаже распахнулось, и из него высунулась Алёнка. В этот момент Костян запрыгнул в машину.
— И куда ты рванул? — недовольный натиск попёр на меня.
— Тихо!.. — шикнули мы на него с Вованом одновременно.
— И откуда ты знаешь, что это квартира Алёнки, а не кого-нибудь ещё? — задал я наводящий вопрос. — Может, это хата третьей подружайки?
— Покурила? — Алёнка обращалась к своей подруге у парадной. — Смотри у меня. В моей квартире, чтоб табачищем не воняло.
— Ну, не знаю, — издевательски протянул Вован. — Шестое чувство, наверное, подсказало.
