— Поэтом быть куда безопаснее и верный путь к любимой. Тогда у вас в гостях я видела изумительные вышивки Ирины, потом она увлеклась фотографией.
— Уже две первые выставки ее фоторабот имели большой успех. Ирина выбрала движение — снимала мальчиков на роликах, потом театральные спектакли.
Разглядывая фотоработы в книге «Другой театр Ирины Лавриной», я поразилась: пластика персонажей, их психологический и эстетический образы кажутся запечатленными кистью импрессионистов. Ныне Ирина Лаврина — член Союза фотохудожников.
— Для нее фотография — не средство заработать. Наоборот наш семейный бюджет несет солидные затраты на осуществление фотоэкспериментов. Это очень дорогое искусство.
— Какие у нее фотоаппараты?
— Она снимает не на цифровые камеры. У нее классические пленочные аппараты и уникальная ручная печать. Ей интересна природа цвета. Это главное достоинство ее манеры изображения. Кстати, она снимала Билла Клинтона, когда он прилетел в Москву и остановился в отеле «Марриотт». Кто-то из администрации отеля видел работы Ирины на выставках, и ее попросили запечатлеть Клинтона.
— Саша, у вас с Ириной уже взрослая дочь. Какой выбор она сделала?
— Ася родилась, когда нам с Ириной было по двадцать. Можно сказать, она сама себя сделала. Сейчас она работает в большом холдинге, куда входит куча радиостанций. Как и многие сейчас, Ася стремится к самовыражению. Она успешный менеджер.
— Я помню вашу квартирку с тремя маленькими комнатами. Вы по-прежнему живете там?
— Стало просторнее — дочь живет отдельно в своей квартире. Мы превратили трехкомнатную со смежными комнатами в двухкомнатную. Моя комната от пола до потолка с книгами, с ними расстаться я не могу.
— Загородный участок имеете?
— Мне достался дом деда — он был плотником. И в моих генах сидит интерес к столярному мастерству. У меня в прекрасном состоянии дедовский инструмент: всякие рубанки, фуганки…
— А что сохранилось в доме?
— Самое главное — старинный дух. Дом окружен садом с сорокапятилетними яблонями. В урожайный год яблоки устилают толстенным ковром все вокруг. В этом году наши яблони отдыхают.
— Саша, какой сюрприз принесли вам достославные 90-е годы?
— Сначала было замечательно. У меня стали просить статьи зарубежные журналы. По тогдашним меркам платили огромные деньги: когда получал 200 долларов за статью, мне казалось — я просто миллионер. Потом стало еще интереснее: у меня выходили книги в Италии, во Франции, Германии… Мне казалось, что на эти гонорары можно жить вечно. (Весело смеется.) Но довольно быстро Запад потерял интерес к России и к ее авторам. Деньги быстро растаяли. И я оказался на мели. Пришлось вспомнить студенческие свои заработки: я книги переплетал, чинил дверные косяки — мастер на все руки. Переводил стихи, но гонорары за них — это, по сути, гроши. И я не испугался — пошел работать частным извозчиком.
— Бомбилой?
— Это по-разному называется. Бомбилы работают на вокзалах. А я был «тротуарщиком». Проголосуют — подвезу.
— А если везти в аэропорт?
— Довезешь, выгрузишь — и в путь, стоять там невозможно. Чужаку или голову пробьют, или колеса проткнут.
— Драматические случаи бывали?
— Однажды пассажир на меня напал и сломал мне палец.
— А чего он хотел?
— Ничего. Не сразу поймешь, что машину остановил невменяемый.
— И вы этот опасный заработок бросили?
— Мне повезло: однажды подвозил вьетнамца в Лужники на вещевой рынок. И меня попросили помогать им. Тяжелый для меня оказался заработок. Надо было вставать в 5 утра, ехать к их общежитию. Они загружали мою машину так, что она прогибалась чуть ли не до земли.
— Какая машина тогда у вас была?
— «Пятерочка» несчастная. Уж так я ее заэксплуатировал, что у нее даже задняя ось переломилась. Конечно, сейчас со смехом все вспоминаешь. А тогда извоз был моим спасением.
— Сколько лет пролетело! Меня поражает многожанровость вашего творчества — вы даже взялись за драматургию.
— Вместе с Виктором Коркией написали несколько пьес. Для театра Райхельгауза сделали «С приветом, Дон Кихот!». В этом блестящем спектакле играли люди известные: Дуров пел Санчо Пансу, Филозов — Дон Кихота, а Татьяна Васильева — Дульсинею. Вторая наша с Виктором пьеса «Казанова: уроки любви» ставилась несколькими театрами в России… Осенью прошлого года ее поставила независимая антрепризная компания. В главной роли, Казановы уже на пенсии, выступил Владимир Меньшов. Были гастроли в Бельгии, Голландии, спектакли проходили очень успешно.
— Драматурги получают какие-то деньги за спектакли?
— Получают, но, конечно, несравнимые с гонорарами актеров и режиссеров.
— Что вы еще с Виктором Коркией вытворяете в жизни?
— Похвастаюсь: для мультиков про пивовара Ивана Таранова, одного из первых русских летчиков, сценарий написали мы.
Саша пересказывает сцену, когда Таранов привез пиво Эйнштейну и говорит гению: «Альберт Иванович, куда пиво поставить?» — «Ставьте справа». — «Относительно меня или относительно вас?» — «Гениально! — воскликнул Эйнштейн. — Все относительно!»
— Действительно, все забавно.
— Мы с Коркией создали биографию Таранова, отыскали вещи русского пивовара и летчика и передали в Музей авиации и космонавтики.
— Весело и полезно вы с Виктором развлекаете публику.
— А для узкого круга мы с ним и с нашими друзьями создали Добровольное общество воздержания от смерти. Среди основателей и Жанна Агалакова. Тут в чем философия и азарт? Пока ты член нашего общества, мы гарантируем тебе бессмертие.
— На обыкновенных смертных когда-нибудь проливается щедрость ваших веселых придумок?
— А как же! Как-то на Арбате мы бесплатно раздавали яблоки. Поставили в переулке машину и предлагали наши яблоки, приговаривая: «Каждое яблоко — это примерно полтора месяца прибавки к жизни».
— И как вели себя народы?
— Сначала с подозрением смотрели на нас. Но потом про даровые яблоки прознали тамошние бомжи. Тут же выстроилась очередь. А на Черемушкинском рынке нас чуть не побили за бесплатный фрукт. Местные торговцы смотрели на нас как на личных врагов.
К приезду Лаврина я приготовила обед с роскошным салатом. Чего стоят желтые помидоры из собственной теплицы — сочные, почти без семян, так и пробуждают зверский аппетит к хорошей жизни. Но Саша от обеда отказался — мол, торопится на встречу с кем-то. Но я ему сказала:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
