не смогла, так как видела их первый раз в жизни. «Разберемся после войны», – подумал я, покидая Ливр Мелон.
…По военной дороге мы быстро достигли Рыбной пристани и организовали переправу. Обозные рабочие, выполняющие функции стройбата, сладили из бревен, напиленных в ближайшем леске, несколько больших плотов, которые перетягивались канатами с берега на берег. С их помощью мы перебросили на тот берег сначала пехоту с пушками, которая заняла оборону и защищала переправу от возможной внезапной атаки. А затем перевезли и обоз с кавалерией. Ракетные войска под руководством Старого Пиуса мы оставили на нашем берегу до подхода семи легионов основной императорской армии.
Император Волорт сдержал слово, и тридцать пять тысяч бойцов подошли к переправе в точно оговоренные сроки. На всю переброску войск у нас ушло более двух недель, и в первой декаде августа огромная пятидесятитысячная армия двинулась по Лармии. А провинция меж тем пылала. Горело все, что могло гореть: файские склады, летние военные лагеря, речные пристани, торговые караваны на обочинах, мосты. Арес понял мои слова о премии за результат превратно, его разбойники массово уничтожали не только военную инфраструктуру, но и мирную. С одной стороны, столкнувшись с такой бедой, войска файцев отступили, а с другой, я был уверен, что беженцы из Лармии, которым зимой будет нечем питаться, ломанутся в Северную провинцию или к побережью в Фирс. И это будет гуманитарная катастрофа.
Наша имперская разведка поймала диверсантов Ареса, слава богу, что обошлось без жертв. Я встретился с бандитами и объяснил новое задание, попросив срочно передать его главе Криминального кворума:
– Мы идем к горам Тану, там, где стоит файская армия. Вы должны развернуть диверсии именно там, хватит с Лармии ваших поджогов.
– Почему я должен тебе верить, Командор? – спросил главарь банды, который, очевидно, был не в курсе моего соглашения с Криминальным Кворумом. – Арес слишком занят, чтобы исполнять чужие просьбы. Если у тебя к нему дело, то он примет в своей ставке.
– Некогда, – я показал главарю манипуляцию с материализацией золота, которая его потрясла. Мне даже пришлось показать, что у меня пустые рукава и карманы, чтобы он поверил, что это не дешевый фокус.
– Скажешь ему, что тоже видел, как золото появляется из воздуха, и он поймет, насколько важно это послание, – велел я ему. – Вы должны отправиться на восток и сжечь склады снабжения файской армии в Тану. Это главная задача!
Он поклялся хранить мою тайну, хоть я его не просил, и незамедлительно оправился в логово Керпет.
Почти месяц у нас ушел на освобождение всей Лармии. У побережья, недалеко от порта Фирс, мы столкнулись с войсками Джорджа.Встретились как братья, хотя, по большому счету, мы и виделись-то с ним всего несколько дней в жизни. Он за время партизанщины стал гораздо более суровым, отрастил роскошную бороду, приобрел несколько шрамов на лице.
– Я знал, что все у тебя получится! – хлопнул он меня по плечу, когда мы после большого пира, который закатили в честь воссоединения наших армий, остались одни в большом зале трактира. – Мы тут гоняли тыловые части да редкие гвардейские полки, вся надежда была, что ты перевал удержишь.
– Дак не удержал! – попробовал возмутиться я. – Завалил камнями, теперь там никто не пройдет, если летать не умеет.
– К черту подробности! Перевал заблокирован, значит, легкого пути к сердцу нашей империи больше нет, – с торжеством в пьяном голосе заявил Норс.
– Аулика осталась в столице Лармии, – у меня тоже язык заплетался от выпитого, – ей нужна твоя защита… Да и вообще, хорошая партия для тебя… Ну, если ты задумал покончить с холостяцкой жизнью…
– А ты еще не знаешь? – удивился он. – Лилит с полутысячей гвардейцев остается в провинции.
– О как! – изумился я. – А с чего баня-то упала?
– Ну тут такое дело, – смутился Джордж и опустил глаза, разглядывая пивную кружку, – мы с ней пообщались… и решили – пусть будет так.
– Не понял…
– Да что тут не понять?! – Джордж насупился. – Чувства у нас возникли. Если ты хотел собрать себе гарем, то минус одна принцесса…
– Да какой гарем! – я заржал. – Мне бы только Аделаиду вернуть к жизни… И все.
– Серьезно? – он прищурился. – А папенька послал её тебя… хмм… охмурять.
– Да даром не нужна! – начал я, но осекся, чтобы не обидеть Норса. – …Мне никаких гаремов не надо. Мне бы свою принцессу вылечить.
– Ну вам, посланникам Вавилона, все под силу, – с жаром произнес Джордж, – я в тебя верю… Хотя о тебе порой такие сказки-небылицы рассказывают…
– Рирские? – уточнил я с улыбкой.
– Уже и мореманские… – хохотнул он. – Где ты нашел барк «Крузенштерн» и Микки-Морехода?
– Во-первых, это был «Владивосток», – серьезно ответил я. – Во-вторых, я с Микки-Мореходом не виделся, только Марте-морячке обещал не разрушать Сиртос...
– Ну я же говорю! – восхищенно произнес Джоржд. – Богам богово, а нам хоть послушать истории о ваших подвигах…
Уже когда расставались, он, посмотрев мне в глаза, спросил:
– А ты можешь на нашей свадьбе с Лилит также, как на свадьбе Марата и Даши, закрепить союз силой Вавилона?
Джордж произносил слова осторожно, мне даже показалось, что он протрезвел, проникнувшись серьезностью просьбы.
– Конечно! После войны и сладим! – я кивнул и чуть не упал, потому что от резкого движения закружилась голова. – А почему ты думаешь, что это будет иметь силу перед небесами?
– А я и не думаю, – серьезно ответил он, – я это знаю. Все теперь знают и верят в силу Вавилона…
На этом мы и расстались. А на следующее утро принцесса Волорт, шмыгая носом и постоянно поправляя офицерский палаш на поясе, сообщила мне, что её миссия должна продолжиться в Лармии с экспедиционным корпусом Джорджа Норса. Было видно, что она, опасаясь, что я буду не согласен с её решением, готовилась выпалить мне миллион важнейших аргументов. Но я лишь кивнул и сказал загадочным голосом:
– Ты в моей армии и поэтому несешь долг посланника Вавилона. Твой
