Читаем без скачивания Босиком по стеклам. Книга 2 - Алекс Джиллиан

— Мы успеем все. Я люблю совмещать приятное с полезным, — двусмысленно ухмыляюсь. — Нам нужно ускориться, детка. Сможешь?

Она согласно кивает, и, отложив разговоры, мы начинаем передвигаться быстрее. Жара усложняет задачу, духота не собирается отступать, а только набирает силу. Под ногами скрипит гравий, поднявшийся ветер бросает в нас мелкие камни.

— Далеко еще? — выбившись из сил, спрашивает Пикси. Она останавливается и, наклонившись, опирается ладонями на колени, пытаясь отдышаться.

— Нет, метров триста. Видишь скалу? Пещера прямо под ней, — показываю пальцем в сторону груды крупных камней у подножия горы.

— Совсем близко, — с облегчением отзывается Энж. Я подхватываю жену на руки, несмотря на ее протесты и требования поставить на место.

— Там целый лабиринт из подземных тоннелей, — рассказываю я по дороге. — И только один ведет насквозь. В обход мы потратили бы в два раза больше времени и рисковали бы попасться под прицел военных.

— Нас уже ищут? Как думаешь? — крепко держась за мою шею, с тревогой интересуется ангел.

— Да, детка. Они наверняка на хвосте, — даю неутешительный ответ.

Остаток пути мы проводим в молчании. Энжи периодически рвется слезть с моих рук и пойти самостоятельно, но я непреклонно иду вперед, не поддаваясь на ее уговоры. Отпускаю своего неусидчивого ангела на землю, только добравшись до первого рубежа огромных глыб. Стираю пот со лба, жалея, что не оставил глоток воды в бутылке. Самонадеянность однажды меня погубит. Но не в этот раз.

— Ты слышишь? — внезапно говорит Пикси, резко оглядываясь назад.

У меня в ушах шумит от гула крови, но даже сквозь него я различаю рокот моторов приближающихся внедорожников. Самих автомобилей еще не видно. В таких тихих, не тронутых цивилизацией местах необычная акустика, здесь все звуки слышатся ярче. Мы одновременно поднимает глаза в небо, замечая вдали несколько черных точек.

— Военные вертолеты, — испуганно шепчет ангел.

— Уходим, — командую я, схватив ее за руку.

Страх и опасность придают сил, активируя все энергетические резервы организма. Мы бежим так быстро, как только можем, успеваем скрыться в каменистом гроте пещеры до того, как наши преследователи появляются в зоне видимости.

— Нас не заметили? — привалившись спиной к прохладному камню, задыхаясь спрашивает Энжи.

— Нет, — уверенно качаю головой. — Можем немного передохнуть и пойдем дальше.

В пещере стоит абсолютная тьма. Стащив через голову ненавистную кандуру вместе с платком и шнурком, передавившим голову, швыряю все это добро себе под ноги. Гонка по пустыне закончилась, нелепое платье мне больше не понадобится. Похлопав по карманам джинсов, достаю из заднего налобный фонарь. Закрепив его на голове, включаю светодиоды и поворачиваюсь к прилипшей к стене Энжи. Она слеповато щурится, закрываясь ладонью.

— Ты так тщательно подготовился, что мне становится страшно, — нервно улыбается ангел.

— Почему? Должна радоваться, что у тебя такой предприимчивый муж, — ухмыляюсь, убавляя яркость.

— Без «Ястреба» ты бы отсюда не ушел, а значит, твоя предприимчивость, не появись я здесь, могла закончиться летально.

— Когда ты научишься жить сейчас, детка? — щелкнув ее по носу, мягко говорю я. — Не думать, что было бы, а проживать настоящее, не ища призраков в прошлом?

— А как насчет завтра? О будущем ты готов думать, Кол? — серьёзно спрашивает Энжи.

— Ты меня научишь. Поверь, ангел, я очень способный ученик, — взяв ее руку, я несильно сжимаю тонкие пальцы в своей ладони. — Нам пора.

Я не преувеличивал, сказав, что досконально изучил эти горы, а конкретно пещеры под ними. Продумывая способы побега, я перебрал множество вариантов. Самый перспективный и безопасный был путь, которым мы с Пикси идем сейчас. Через пару часов пешей прогулки (если так можно назвать выматывающее петляние по труднопроходимым лабиринтам), мы наконец выбираемся на поверхность и оказываемся в затерявшейся между гор долине.

Наши мышцы затекли и одеревенели, абайя Анджелины стала напоминать драную тряпку, моя футболка и джинсы выглядят не лучше, ноги стерты до кровавых мозолей, жажда лишает рассудка, солнечный свет больно бьет по зрительным рецепторам, но мы все равно счастливы, наши пальцы переплетены, а сердца бьются в такт.

— Какое жуткое место, — замечает Пикси, оглядывая долину.

Я с ней согласен, хотя сам никогда здесь не был. Точнее, я добирался ровно до выхода из пещеры, а потом возвращался назад. Энж права. Без «Ястреба» я не смог бы выбраться. Ангел меня спасла. Спасла нас обоих. Она мои крылья, а я ее свобода.

— Это нейтральная территория, — объясняю я, шагая по черной земле. — Она не принадлежит ни одному из государств.

— Буферная зона? — Энж выглядит удивлённой. — Но почему здесь?

— Когда-то здесь было очень красиво, буйная растительность, обжитые деревеньки, небольшая горная река, поддерживающая жизнь местных жителей, а сейчас не осталось ничего, кроме пепла и сажи. Война, детка. Война уничтожает все самое лучшее, что есть на планете.

— Война уничтожает самое лучшее в людях, — подхватывает ангел, выразительно заглядывая мне в глаза. — Пообещай, что не будешь никому мстить. Ни Амирану, ни Гримальди.

Сдвинув брови, я смотрю на нее, наверное, целую вечность, удивляясь, когда моя маленькая наивная Пикси успела превратиться в рассудительную смелую Анджелину.

— Я больше не буду называть тебя Пикси, — с улыбкой говорю я, тронув ее лицо тыльной стороной ладони.

— Почему? — она озадаченно хмурится.

— Ты выросла из этого прозвища, ангел, — обхватив ладонями тонкую талию, я привлекаю ее к себе, собираясь зацеловать до одури, но моим планам мешает шум лопастей снижающегося вертолета. Энж застывает в моих руках, в распахнувшихся глазах появляется паника. — Не бойся, детка. Это за нами, — успокаиваю я и, не удержавшись, все-таки быстро целую в сухие горячие губы.

— На корпусе кабины израильский флаг, — разорвав поцелуй, замечает Энжи. — Это значит, что мы летим…

— В Иерусалим, ангел. Нас ждет святая земля.

— Мы там еще не были, — улыбается моя воодушевленная жена.

— И надолго не задержимся.

— Куда отправимся дальше, Коул?

— Куда захочешь, детка. Назови любое место, я построю тебе там дом твоей мечты, — клянусь я, точно зная, что на этот раз ничто и никто не помешает мне выполнить обещание.

— Я хочу холмы и океан, — сквозь слезы кричит Анджелина. Кричит, потому что грохот лопастей заглушает все остальные звуки. Я крепко сжимаю ее в объятиях, неотрывно глядя в глаза.

— Значит, будут холмы и океан, — говорю как можно громче. Энжи согласно кивает, хотя я не уверен, что она расслышала. — Я тебя бесконечно люблю, детка, — добавляю шепотом, и озарившая ее лицо улыбка говорит мне о том, что эти слова ангел прекрасно поняла, как и я точно такие же, сказанные в ответ:

— И я тебя бесконечно, Коул.

И