Рея извинения Кольера настроили на немного более мирный лад, но тем не менее недоверие по отношению к нему сохранялось.
– С чего это ты так обо мне заботишься?
– Если бы я не так хорошо вел дело против твоего брата, он был бы еще жив. На мне лежит часть вины за его смерть. Даже если он был действительно виновен, никто не приговаривал его к смерти. Он не должен был погибнуть в тюрьме. Но если он был не виноват… Нет, о таком варианте я просто не могу думать. Это невыносимо.
– Он был невиновен. Вы с Муди слепили дело против него.
– Ты абсолютно прав, Рей. – Кольер изо всех сил изображал глубочайшее раскаяние. – Муди страшно хотелось отправить твоего брата в Хантсвилл.
– Даже при том, что он ничего не совершал?
Руп тяжело вздохнул:
– Муди не мог доказать вину Дентона Картера. А ему надо было на кого-то повесить убийство, поэтому… – Руп развел руками и не закончил начатую фразу.
По изборожденному морщинами лбу Рея было видно, что его крошечный мозг изо всех сил пытается осмыслить эту почти непосильную для него информацию. Наконец он все-таки пришел к тому выводу, на который и рассчитывал Руп.
– Значит, Муди виноват в том, что Алана убили.
Руп взмахнул руками, как будто возражая, но почти незаметно.
– Конечно, и я несу определенную долю ответственности. Поэтому я и пришел сюда. Я не могу вернуть твоего брата, но я в состоянии немного облегчить тебе жизнь. В противном случае совесть никогда не даст мне покоя.
Рей принял предложение Рупа. Он будет работать на Рупа, жить в арендованной им двухкомнатной квартирке, каждые два-три года получать по новому пикапу и никому не говорить о своем благодетеле.
– Я хочу сохранять анонимность. Ты понимаешь, что я имею в виду, Рей? – Объяснив значение слова «анонимность», он добавил: – Это значит, что я буду для тебя чем-то вроде невидимого друга. Никто не будет знать о нашей дружбе. Только мы с тобой.
– А почему ты хочешь, чтобы о ней никто не знал?
– Потому что истинная благотворительность не та, о которой трезвонят на каждом углу.
Если бы Рей был способен сопоставлять факты, он, конечно, задался бы вопросом, почему в таком случае повсюду публикуется так много фотографий с Рупом, протягивающим чек на круглую сумму представителю того или иного местного филантропического общества. Средства на благотворительность поступали от подчиненных Рупа. Добиваясь подобных пожертвований от них, он не гнушался ничем, вплоть до запугиваний. Из собственного кармана Рупа никому не перепадало ни цента, но зато необычайная щедрость «Кольер Моторс» ставилась исключительно в заслугу Рупу.
Рей сделал так, как ему сказал бывший прокурор, – завел себе ящик на почте, чтобы никакая корреспонденция не приходила к нему на квартиру. Он пользовался только сотовым телефоном, домашнего у него не было.
Бухгалтер Рупа оплачивал все счета Рея за коммунальные услуги и присылал относительно незначительные суммы денег, которые так надежно скрывались в отчетности его корпорации, что никакому аудитору никогда не удалось бы отыскать связь между Кольером и Реем Стриклендом.
Единственным, что Руп попросил Рея зарегистрировать на свое имя, был пикап.
– Я не хочу, чтобы полиция пришла ко мне, если ты когда-нибудь нарушишь закон, сидя за рулем пикапа.
Руп сказал это, улыбаясь, подмигивая и похлопывая Рея по плечу, так, чтобы у Рея не возникло никаких сомнений относительно того, что все делается исключительно из дружеского расположения к нему.
Однако никаких дружеских чувств к Рею Руп Кольер, естественно, не питал. Все благодеяния, которыми он осыпал Рея, позволяли ему держать парня на коротком поводке, и держать крепко. Кроме того, Руп получил помощника, тупого и сильного. И то и другое много раз приносило ему пользу. Если возникали конфликты, Кольер привлекал Рея с его устрашающей агрессией, чтобы заставить оппонента пойти на нужные уступки.
Рей был глуп, послушен, нелюбопытен и уступчив. Пока их договоренность оставалась в силе, он ни разу не подвергал сомнению рекомендации Рупа и не отказывался выполнять его поручения.
До последней недели… Именно по этой причине Руп и стоял сейчас посреди грязной кухни и с отвращением наблюдал за тем, как Рей сует в рот кусок холодной копченой колбасы.
Смачно жуя колбасу, Рей спросил:
– Что у тебя с лицом?
– О моем лице мы поговорим позже. Прежде я хочу знать, где ты был и почему не отвечал на мои звонки.
– Я был занят.
– Чем же? Явно не работой. Твой бригадир сообщил мне, что ты уже несколько дней не появлялся на работе.
– Я выслеживал Беллами Прайс. Я думал, что ты сам попросил меня об этом.
– Сделай одолжение, Рей, не думай и не строй планы за меня, договорились?
Быстрая и яркая слава Беллами раздражала и беспокоила Рупа. По счастливому стечению обстоятельств у одного из людей Кольера в мире прессы нашелся знакомый, имевший двоюродного брата в Бруклине, который знал одного парня, готового за ничтожную плату рассылать «особые послания». Руп связался с ним по телефону и, после того как ему предложили целый набор вариантов, выбрал трюк с крысой, от которого у него самого побежали по спине мурашки.
Вскоре после этого ему стало известно, что Беллами Прайс вернулась в Остин, и у него возникли опасения, что испуг заставил ее не замолчать, а, наоборот, направить всю медийную камарилью к нему. И вот тогда-то он попросил Рея несколько дней последить за ней и выяснить, что же она замышляет.
Но, как оказалось, ничего особенного Беллами не замышляла. Некоторое время она провела с родителями у них дома, потом сняла для себя дом и вообще больше никуда не высовывалась.
Никаких интервью, лекций и встреч с читателями с раздачей автографов. Руп почувствовал облегчение и позвонил Рею с просьбой прекратить слежку. Но у Рея появились собственные планы.
– Я не без пользы продолжал за ней следить. Хочешь знать почему? Как ты думаешь, с кем она встречается?
– С Дентоном Картером. И мне это известно по очень простой причине. Сегодня вечером на закате солнца они вдвоем нанесли мне визит.
– Да?
– Да, именно так.
Слова Рупа поубавили самодовольство Рея, и он ответил недовольным ворчливым тоном с наигранным безразличием:
– И чего же они хотели?
– Нет, подожди, вначале я задам тебе несколько вопросов. Скажи-ка мне, чем это ты занимался несколько последних дней?
– Я уже говорил.
– А чем еще?
– Ничем.
– Рей, только не лги мне. Мне прекрасно известно, к примеру, что ты избил Дента Картера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
