я и, открыв дверь, вошла в комнату, чувствуя, как краска заливает лицо.
— Ладушка? — тут же появился домовой.
Я закрыла дверь перед носом Грозы. Вряд ли это было вежливо, но захотелось сделать именно так, чтобы знал.
— Все в порядке? — всполошился Федя. — А я почувствовал, что ты с Владом и не стал мешать.
«А зря!» — подумалось мне, вслух же я сказала: — Что-то я устала, Федь. Пойду в душ и в люльку.
— Ага, давай, — согласился домовой, но проводил меня каким-то очень уж подозрительным взглядом. Впрочем, я действительно была такой уставшей, что не хотелось ничего. И тем более рассказывать Феде о том, что произошло.
Глава 21.
Когда в дверь постучали, куратор Северский уже знал, кто стоит в коридоре. Более того, он ждал эту женщину и едва она вошла, поднялся из-за стола, встретив пристальный взгляд умных глаз яги.
— Вы себе представить не можете, господин куратор, сколько мне пришлось попутешествовать за эти несколько дней, — проговорила Ядвига и вошла в кабинет, взмахом руки закрыв за собой дверь.
— И вам доброе утро, госпожа декан, — спокойно ответил Демитр.
Она прошла к столу, присела, положив руку на столешницу, и задумчиво пробарабанила по ней длинными пальцами с ухоженными ногтями.
Северский покосился на руку яги, отметив, как много теперь на ее пальцах и на запястье украшений. Ядвига и прежде питала особую страсть к побрякушкам, но сейчас ее руки были просто унизаны серебром.
— Столько оберегов? — уточнил он, кивая на украшения.
— Порой даже такая мелочь, как кольцо, пускающее дым, может спасти жизнь, — ответила она и добавила, — присядьте, куратор. В ногах правды нет, а я, чувствую себя очень слабой, когда вы стоите и возвышаетесь вот так, как гора.
Он усмехнулся и выполнил ее просьбу.
— Итак? — спросил Демитр.
— Вы были правы, черт побери, — она убрала руку со стола. — Озеров должен знать. И остальные. Хотя, академия в безопасности, но за ее пределами что-то происходит.
— Что вы узнали? — спросил Северский, откинувшись на спинку стула. Прищурив глаза, он всматривался в лицо яги.
— Вы помните, я сообщила вам после первой поездки в Темнолесье, что гроб пропал. Те, кто его достали из — под земли, даже не удосужились прикрыть следы своей грязной деятельности. Но хуже всего не это.
— Кузнец? — предположил куратор.
— Да. Он снова появился. Вы были правы. И я боюсь, что сейчас он занят тем, что восстанавливает для кого-то третий ключ, — она снова выругалась, почти не стесняясь собеседника. Демитр и глазом не моргнул. Ему самому было в пору сказать пару крепких слов.
Три года тихой жизни кажется подошли к концу. Если третий ключ восстановят… Нет, он даже думать об этом не хотел, так как прекрасно помнил, во что превратилась первая академия и мир, в котором она находилась. Темнолесье теперь опасное место, там властвует пустота — самое жуткое, что может быть на свете. Ведь в пустоте есть место тьме, но не свету.
— Я собираю после обеда всех, — продолжила Ядвига. — Девчонка, — она осеклась, сделала вдох, и продолжила уже более спокойно, — Лада Кузьмина, получившая силу Глафиры Игнатьевны Земской, та, которая сможет открыть последний замок?
— Да, — кивнул Демитр. — И нам очень повезло, что обстоятельства сложились так, что именно она получила эту силу. Я встречался с внучкой госпожи Глафиры. И полагаю, что она как-то связана с третьим ключом.
— Вы уже следите за ней?
— Я могу сделать это лишь в границах нашего города. Если она через портал, да просто на машине, самолете, на чем угодно, покидает пределы нашего округа, я становлюсь бессилен что-либо увидеть или ощутить, — ответил с недовольством куратор.
— В этом проблема вашей силы, закованной в рамки, — буркнула Ядвига. — Всегда считала, что кураторы имеют слишком мало полномочий за пределами своего сектора.
— А некоторые полагают, что у нас слишком много власти, — усмехнулся Северский.
— Дураки, хотя, стоит признать, что и среди вашей братии довольно бесполезных кураторов.
— Мы сейчас обсуждаем не тот вопрос, — произнес мужчина и яга согласно кивнула, затем поднялась. — Жду вас и всех преподавателей в своем кабинете. Время — полдень и ни минутой позже. Я расскажу всем то, что сейчас рассказала вам. И надо усилить охрану Лады Кузьминой.
— Я уже позаботился об этом.
— Верю вам, но думаю я, как ее декан, должна тоже внести свою лепту. И как я уже прежде отмечала, — она подняла руки, демонстрируя кольца на пальцах, — лишней защиты не бывает, господин куратор.
Он кивнул, глядя, как старшая яга направляется к выходу, а едва за женщиной закрылась дверь, Северский на миг прикрыл глаза и подумал о Ладе. А мгновение спустя ощутил ее рядом, окруженную спокойствием и тишиной.
Все в порядке. Девушка на лекциях.
По крайней мере, сегодня можно ничего не опасаться.
На последней лекции я едва не уснула. Монотонный голос профессора вводил в какое-то уныние и навевал приятную сонливость, хоть спички в глаза вставляй.
Сима сидела рядом, подперев кулаком подбородок, и ее глаза то и дело закрывались. Но девушка почти сразу встряхивалась и так широко распахивала глаза, что мне становилось смешно.
Я ловила себя на мысли, что снова и снова поглядываю на часы, считая бесконечно тянувшиеся минуты до свободы. Вся группа тоже почти дремала, да и что взять с молодых ребят. Понедельник — день тяжелый. Пока втянешься в ритм учебы, то и выходные нагрянут. Да только это ничего. Скоро у меня тренировка у Одихмантьевича, там точно не поспишь, сонливость как рукой снимет. Вот только меня беспокоили не тренировки, а Влад.
С утреца я его не видела и слава Богу. Даже не знаю, как
