орденскими планками. Как всегда, подтянут, деятелен, но выглядит плоховато, видимо слишком много работы и совсем нет времени на поправку здоровья.
— Здравствуй Юра!
— Здравствуйте, Сергей Иванович.
— Я пересматривал твои заметки о будущем, и наткнулся на вещь, которую раньше прочитывал наискосок. Ты пишешь, что там у вас есть конспирологи. Я правильно называю слово?
— Правильно.
— И что они утверждают, что американская лунная программа фальшак. Это верно?
— Я и писал, что доподлинно ничего не известно. Даже среди серьёзных учёных были люди, которые допускали, что американцы могли пойти на этот подлог. А Вы как-то хотите использовать этот сюжет?
— Почему бы и нет? Напиши, пожалуйста, аргументы, которые тебе приходилось слышать по сему поводу, начиная от самых вздорных до более-менее обоснованных. Вот так, навскидку что-то вспомнишь?
— Навскидку? Пожалуйста: американский флаг на Луне раскачивался так, как будто его развевало ветром. Правда, он так мог болтаться по инерции. Далее: очень любили говорить о том, что на американском корабле не было нормального туалета. Это правда. Но ради науки, из патриотизма, да и за деньги люди способны терпеть неудобства, и какать, скажем, прямо в пакет, а писать в бутылочку.
— Ага! Это ты сразу даёшь обвинение и опровержение.
— Да. Но Вы можете запустить в массы эту версию, и долго её раскручивать. Скажем, какой-то американский журнал или телеканал публикует обвинительный материал против НАСА, а другой подхватывает. А в процессе и наша официальная пресса может эдак снисходительно заступиться за американцев, только желательно, чтобы от такого заступничества пиндосам стало ещё тошнее.
— Примерно это мы и планируем.
— Если не секрет, какова цель операции?
— Секрет невелик. Мы рассчитываем раззадорить американцев, чтобы они продолжили космическую гонку.
— Надеетесь разорить?
— И это тоже, но больше надеемся на то, что американцы перенаправят ресурсы из военного бюджета в космический. Деньги очень важны, но куда важнее ресурсы: материалы, заводы, технологии, а главное — мозги инженеров и руки рабочих.
— Предлагаю запрячь их в нашу пользу.
— Ну-ка, ну-ка!
— Договоритесь с энтузиастами космонавтики, пусть они разработают проект огромной международной геостационарной станции. Причём нужно сразу указать полезную нагрузку станции: трансляция телевизионного сигнала, производство сверхчистых веществ, космические исследования и прочее. И объём станции закажите соответствующий задачам. Скажем, шар диаметром метров триста-четыреста. Ни одно современное государство не способно потянуть этот проект, а объединённое человечество вполне способно.
— Интересно, продолжай.
— Во-первых, для создания такой станции потребуются три транспортные системы: дешёвая для доставки грузов на орбиту, воздушно-космическая, для доставки на орбиту людей и сложной аппаратуры и космическая, для полётов к международной станции. Заодно можно летать и на Луну.
— Понимаю. Тут американцы, чтобы реабилитироваться, должны подключиться. А что, если их полёты и высадки на Луну всё-таки инсценировка?
— Вот и используем этот факт на полную катушку. В пропаганде нужно использовать любую мелочь, а обман всей планеты вовсе даже не пустяк.
— Согласен. Ты начал говорить о транспортных системах.
— Да. Транспортная система. На Памире нужно построить рельсотрон, который будет забрасывать на ближнюю орбиту грузы, не боящиеся высоких перегрузок.
— Например?
— Цемент, металлоконструкции, продовольствие, снаряжение… Я слышал, что рельсотрон даёт ускорение, как при выстреле из пушки. А с другой стороны, если разгон провести плавно, например, сделав разгонную дорожку длиной километров пятьдесят или больше, то может быть, и перегрузки будут не такими страшными? В общем, Сергей Иванович, нагружайте разработчиков, пусть считают. Стартовый комплекс будет очень даже немаленький: нужна атомная электростанция для обеспечения работы рельсотрона, сам рельсотрон, железная дорога к космодрому, город для обслуживающего персонала…
— Теперь я осознал: эта система обойдётся неприлично дорого, поэтому действительно лучше поделиться результатами для того, чтобы разделить расходы.
— И не забудем крайне важную вещь: стартовый комплекс будет на территории нашей страны.
— А вот мы посмотрим…
Сергей Иванович поднялся и из книжного шкафа достал атлас мира:
— Американцы сразу предложат свою территорию, это очевидно.
— Памир выше Кордильер. — парирую я — И потом, это наша идея, почему мы должны дарить её пиндосам?
— Логично. Есть ещё кое-какие сложности: ты говорил, что старт с экватора выгоднее. А если западные «друзья» предложат в качестве стартовой площадки экваториальный остров, например Суматру?
Я тут же начал читать цифры на карте:
— Смотрите: высшая точка Суматры три тысячи восемьсот метров, а Памир расположен на пяти тысячах, с пиками выше сами тысяч метров.
— Аргумент. А почему не Непал?
— В Непале землетрясения бывают намного чаще, чем на Памире. Согласитесь, строить АЭС в сейсмоопасной зоне рискованно.
— А на Памире?
— По большому счёту АЭС на Памире можно не строить. Протянуть туда ЛЭП[107] из безопасной зоны, например из Казахстана. Построить ЛЭП на пятьсот-шестьсот километров нетрудно, а безопасность резко повысится.
— Резонно.
— То же касается транспортного сообщения и промышленных предприятий с квалифицированными рабочими. У нас это рядом, а Непал находится на краю света.
— Убедил. Теперь расскажи о воздушно-космических системах.
— Думаю, что развивать ракетную технику бессмысленно. Ракеты это позавчерашний день. Свою роль в начале космических исследований ракеты сыграли, пора им в музеи. Доставку людей и нежные грузы нужно осуществлять самолётами, способными подниматься на ближние орбиты Земли.
— Сложно. Чтобы я лучше понял: эта машина должна быть похожа на Ту-144?
— Скорее всего, да. Только двигатели должны работать в двух режимах: с получением воздуха из атмосферы и с получением окислителя из собственных баков. Впрочем, это дело конструктора.
— Кажется, я знаю, кому поручить такой проект. Есть такой конструктор Бартини…
— Роберт Людвигович?
— Он. Эту задачу я поставлю ему. Ну а что там с космической системой?
— В сущности, это должен быть буксир, подхватывающий грузы на низкой орбите и доставляющий куда надо.
— Думаю, что буксир лучше делать пилотируемым.
— Я тоже так считаю, главным образом потому что людям нужна работа в космосе. Да и с нештатными ситуациями лучше справляется человек. Правда, есть проблемы с преодолением радиационного поля Земли и опасности радиации для пилотов, но это дело уже конструкторов и технологов. Задачи интересные, пусть решают.
— Хм… Разговор у нас с тобой свернул немного не туда, куда я планировал, но так даже лучше. Как ты думаешь, Юрий, лучше создавать изначально международный проект, или пригласить иностранцев поддержать готовое решение?
— Да, оба варианта имеют массу достоинств и подводных камней. Я думаю, что главное, что стоит оставить за нами, это место космодрома. Очень хорошо бы завязать на нас поставку стройматериалов и оборудования для строительства станции. Понятно, что очень важно выкачивать из заклятых друзей технологии и научные данные.
— Пожалуй, соглашусь.
На этом мы и расстались.
Москва 12.50 12.08.1973
Что
