— Ничего, лорд Дариан, зато я была избавлена на сегодня от матушкиных нравоучений. Леди Анна, не могли бы вы уделить мне несколько минут после ужина?
Разумеется, я согласилась. Оказывается, Элиана хотела попросить разрешения забрать из королевских апартаментов ту одежду, что сшили для нее у нас. Очень ей понравилось. И, если я не буду против, пользоваться услугами нашей Люсии. Наше нижнее белье ей очень понравилось.
— Особенно тот красный комплект — добавила королева, почти сравниваясь цветом щек с тем самым комплектом. Видимо, король заценил бельишко.
Вот так прошла моя помолвка. На безымянный палец левой руки мне водрузили фамильный перстень с изумрудом, который не давал согнуться фаланге пальца. Я тоскливо взглянула на Дара. Он понятливо усмехнулся и, наклоняясь ко мне, прошептал:
— Не огорчайся, это официальный перстень. На днях я принесу более удобный. Просто сегодня было необходимо засвидетельствовать помолвку этим кольцом, чтобы родовая магия признала тебя. А она признала. Видишь, кольцо точно по пальцу?
Две помолвки: разорванная и фальшивая.
Вначале все вроде было — утро было как утро, завтрак, небольшие вопросы по кухне, быстро решённые, затем пришла Варя. С окончанием огородно — садового сезона она чаще стала работать в подвальной лаборатории. Там она теперь хранила свое богатство — семена. Просушивала, обрабатывала, фасовала по разным пакетикам и пакетам.
Сегодня пришла ко мне в лабораторию решить вопрос с продажей семян. Ещё летом наши работники подходили насчёт земных семян. Вот Варя и пришла посоветоваться со мной. Подумали мы с ней и решили — вначале Варя составляет список желающих приобрести семена, затем отмечает в этом списке тех, у кого есть собственный участок земли, так как не имеющим приусадебного участка семена не нужны, а затем определяет максимально разрешённое к продаже количество.
Все это необходимо для того, чтобы не повторилась история с хлебом, когда его просто перепродавали. Вот чтобы не возникло спекуляции семенами и надо так поступить. Ещё я посоветовала Варе оставить некоторое количество семян для хозяйства королевского дворца. Решат там завести свое подсобное хозяйство — хорошо, мы поможем, не решат — еще лучше, излишки семян продадим весной в нашем центре торговом.
Кстати, о центре. Макс с утра порадовал — торговля там идёт отлично, только успевай, подвози товар. Местные купцы, глядя на наш успех, начали тоже потихоньку подстраиваться под наш стиль — убирают из своих отделов бородатых приказчиков, набирают шуструю молодежь, устанавливают стеклянные витрины, дополнительное освещение, одевают своих продавцов аккуратнее. Вот что значит, увидели маркетинг в действии!
А потом был тяжёлый разговор с Митричем. Его я позвала к себе в кабинет.
Присели в кресла возле зажженного камина, за окном серая осенняя хмарь и живой огонь привносил уют плохо разгорающемуся осеннему дню. Митрич тоже выглядел под стать погоде. Я не стала заходить издалека, не тот человек он, чтобы хитрить с ним.
— Трофим, я вижу, что — то тебя беспокоит, и мы не чужие люди, а ты молчишь. Ты или стесняешься нас или не хочешь огорчать? Скажи, это связано как — то с твоей предстоящей женитьбой? Тира Нера передумала?
Митрич вздохнул.
— Нет, Аня, тира Нера не передумала.
— То есть, ты хочешь сказать — медленно подбирала слова, сама удивляясь своей догадке — это ты передумал?
— Аня, да я сам не понимаю! — Митрич был в отчаянии, не знал, как объяснить свои сомнения, как выразить свои эмоции.
— Понимаешь, когда я за ней ухаживал, она совсем по другому мне казалась, а сейчас — он в бессилии махнул рукой — я, когда услышал от Никея о возможности иметь своих домовых, обрадовался, пошел к ней, а она отказала. Говорит, не хочет, чтобы в доме нечисть жила. А какая же наши домовые нечисть? Некоторые люди, куда хуже нечистью являются… и с домом этим, торопит, чтобы быстрее отделиться. Я ей говорю, что все равно усадьба у нас будет общая, только дом отдельно, так она настаивает, чтобы совсем отделиться. И советует коптильню забрать из семейного бизнеса, чтобы только наше было. В общем, совсем не то что — то. Вот я и не знаю, как быть. На таких условиях и я уже не смогу жить. Вы теперь не только по бумагам моя семья, но и по жизни и по крови. Я без вас всех и не смогу. Я даже Кольку- охламона люблю!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Да, задача. Хотя что — то в этом роде я и предполагала, замечая некоторую неловкость Митрича насчет определенных вопросов. Даже вот вчера, при моей помолвке, Трофим чувствовал себя явно не в своей тарелке. Надо как — то разруливать эту проблему. Поговорю с Максом, всё — таки Нера его родственница, он ее лучше знает. Митрича же я сейчас конкретно спрошу, прямо.
— Скажи, Трофим, а ты действительно любишь Неру, что можешь простить ей некоторую жадноватость и хуторской эгоизм? Если, в самом деле, любишь, то все это можно как — то решить, смягчить, найти компромисс.
Митрич даже облегчённо вздохнул.
— А знаешь, Аня, ведь сейчас понял — нет! Нет таких чувств. Просто она показалась мне тогда приятной и понимающей женщиной. Да что там врать — позавидовал я! Позавидовал, что Варя с Петей, вот все хорошо у них, малышка чудная, у тебя герцог этот. И не говори, что у вас только вчера все сладилось, только слепой не видел, как он на тебя смотрит, просто тебе не хотели говорить, чтобы не смущать. Нет, ты не подумай, я рад за тебя, мне Колька говорил, что жизнь у тебя была не самая лучшая. Пусть хоть тут будет счастье! Вот и я повелся на призрак счастья. А не мое оно было. Может, ещё будет. И Неру не хочу заставлять жить с нелюбым. Просто ей со мной надёжно и удобно было. А вот как получилось. И как теперь ей это все объяснить? Не представляю.
— Давай так, Трофим, я поговорю с Максом, спрошу конкретно о ней, и тогда ты уже сам поговоришь с Нерой. Так будет лучше для нее и для тебя.
На этом мы и разошлись по своим делам. Даа, дела семейные никогда простыми не бывают. Решила ковать железо, не отходя от кассы, то есть отправилась разыскивать Макса. Нашла его ожидаемо — в кабинете. Кроме него в кабинете были ещё Морин, ещё один племянник, все забываю его имя, скромный паренёк, что у нас товароведом — счетоводом — продавцом на молочке трудится. У него, как всегда, куча бумаг и все время торопится, все бегом. Молодой ишшо. Вот Морин уже солидный парень, но тоже куда — то заторопился, вроде бы в центр собирался. Пять минут, и мы с Максом одни в кабинете.
— Леди Анна, у вас какое — то дело?
— Макс, ну хоть ты не начинай про эту баронессу. Нужно мне это было как рыбе зонтик. Дело у меня к тебе щепетильное. Касается твоей родственницы и моего старшего брата Трофима. Он тут собирался жениться на тире Нере, да что — то пошло не так. Скажи, что ты знаешь о ней? Может, зря Трофим запаниковал?
Макс вздохнул.
— Аня, Нера неплохая женщина, да вот прошлый опыт сильно повлиял на нее. Я и боялся того, что прошлое вылезет. Нет, зла она никому из вас не причинит, у нее и в мыслях этого не было.
Я согласно кивнула — не видела в ней я тогда ничего особо плохого, очень ровная такая психика, спокойная.
— Помнишь, я рассказывал, что родня покойного мужа выставила ее из ее дома с одним узлом одежды, даже не слишком дорогие украшения не дали забрать. Сказали, что все это куплено на деньги мужа, а завещания нет, значит, все это ей не принадлежит. Вот такие законы. Видимо, страх опять остаться ни с чем, и подталкивал ее на такие отношения с Митричем. Боялась. Ну и скорее всего, хотела устроиться как можно выгоднее в этой жизни. Да и по нашим понятиям, нет ничего дурного в этом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я вздохнула.
— По нашим понятиям, в большинстве случаев, тоже. Но наша семья не совсем такая, мы очень крепко между собою связаны и не дадим своих в обиду. Думаю, если Трофим поговорит с Нерой, и разрешат этот вопрос, вряд ли тира Нера захочет остаться у нас. Надо ей как — то помочь.
Макс улыбнулся.
— И тут вы заботитесь. Меня на днях спрашивали, нет ли у меня на примете порядочной женщины на должность коменданта общежития для студентов Магической школы. Вот Неру и порекомендую. Ей там будет хорошо — и жилье и питание, и забот полно, скучать будет некогда.
