Сиверн давно привык к нраву старшего брата и к тому же слишком много выпил, а потому беззаботно ответил:
– Я знал, что ты так скажешь. Приказал нагрузить провизией целый воз. Так что делать с пуховыми перинами – берем или оставляем?
– Оставляем! – буркнул Роган, но заколебался. Он вспомнил слова Элен Невилл: «Как вы заморили Жанну Говард». Внутри все сжалось. Эта девочка, на которой он сегодня женился, – как бишь ее? – казалась совершенно безобидной.
– Ладно, пусть берет свои перины, – прорычал он и пошел проверять, все ли готово в дорогу.
Сиверн проводил брата взглядом и подумал: «Интересно, что все-таки собой представляет новая родственница?»
Глава 5
Лиана поспешно собиралась в дорогу: проверяла, правильно ли сложена одежда, подгоняла служанок. Три " часа – очень маленький срок, чтобы подготовиться к новой жизни.
Все время, пока она хлопотала, Джойс продолжала читать нотации.
– Никогда не жалуйтесь. Мужчины ненавидят ноющих женщин. Принимайте мужа таким, каков он есть, и никогда не протестуйте. Скажите, что вы счастливы уехать отсюда в день вашей свадьбы. Поблагодарите за то, что он дал вам на подготовку целых три часа. Мужчины любят, когда женщина радуется и улыбается.
– Я ему совсем не нравлюсь, – пожаловалась Лиана. – Он на меня и внимания не обращает. Ему нужно было просто закрепить совершенный брак, иначе он ко мне и не подошел бы.
– Для того чтобы он вас полюбил, понадобятся годы. Завоевать мужское сердце совсем не просто, но если вы проявите упорство, победа останется за вами.
«Да, мне это совершенно необходимо», – подумала Лиана. Она хотела, чтобы красавец-муж любил ее и нуждался в ней. Если для этого нужно сделать над собой усилие, ничего страшного, придется потерпеть.
Она собралась раньше чем за три часа, и спустилась вниз попрощаться с отцом и мачехой. Джилберт был пьян, разговаривал с гостями об охотничьих соколах и толком не попрощался с единственной дочерью. Зато Элен крепко обняла ее и от души пожелала счастья.
Во дворе рыцари Перегринов уже сидели в седлах, готовые отправиться в путь. Над ними реял штандарт с белым соколом. Лиану охватил ужас. Ведь она оставляла здесь все, к чему привыкла. Отныне ее судьба принадлежит этим чужакам. Девушка огляделась по сторонам, ища взглядом мужа.
В этот миг к ней подъехал на огромном чалом жеребце сам Роган – Лиане пришлось закрыться руками, чтобы щебенка из-под копыт не попала в лицо.
– Садись в седло, женщина, – приказал Роган и проехал в голову колонны.
Лиана стиснула кулаки. «Проглоти гнев», – сказала она себе и попыталась успокоиться.
Из облака пыли появился Сиверн, улыбчивый брат Рогана.
– Могу ли я помочь вам сесть в седло, миледи? – спросил он.
Лиана облегченно улыбнулась красивому юноше. Он был одет так же скверно, как старший брат; длинные золотистые волосы висели космами, но по крайней мере он был приветлив. Лиана оперлась на его руку и направилась к оседланной лошади.
– Вы окажете мне честь, сударь, – сказала она. Не успела она сесть в седло, как вновь; появился Роган. На жену он и не взглянул, зато на брата прикрикнул:
– Хватит в служанку играть! Марш за мной!
– Может быть, твоя жена хочет ехать впереди колонны, вместе с нами? – со значением сказал Сиверн.
– Мне там бабы не нужны, – отрезал Роган, даже не глядя на Лиану.
– Но мне кажется… – не сдавался Сиверн, однако Лиана не дала ему договорить.
Она знала, что мужу вряд ли понравится, если из-за нее он поссорится с братом.
– Я предпочитаю оставаться здесь, – громко сказала она. – Мне будет спокойнее в окружении всех этих рыцарей. А вы, сэр, – обратилась Лиана к Сиверну, – нужны моему супругу.
Сиверн слегка нахмурился, пожал плечами и поклонился.
– Как пожелаете.
Затем последовал за братом.
– Превосходно, миледи, – сказала Джойс, приблизившись к госпоже. – Это наверняка ему понравилось. Лорд Роган уже понял, какая у него послушная жена.
Они выехали из, замка, миновали подъемный мост и оказались на пыльной дороге. Лиана сразу же начала чихать и кашлять.
– Я, конечно, послушная жена, но теперь мне придется тащиться за десятком всадников и дюжиной телег, – возмутилась она.
– В конце концов, победа будет за вами, – сказала Джойс. – Вот увидите! Поняв, какая вы послушная и преданная, он обязательно вас полюбит.
Лиана закашлялась и почесала кончик носа. Трудно думать о любви и преданности, когда нос и рот забиты пылью.
Много часов Лиана тряслась в самом центре колонны. Никто из рыцарей мужа с ней не заговаривал. Лишь Джойс все время читала лекции о чувстве долга и послушании. Когда подъехал Сиверн и спросил, все ли в порядке, за Лиану ответила служанка. Она сказала, что раз лорду Рогану удобно, чтобы леди Лиана находилась именно здесь, госпожу это вполне устраивает.
Лиана лишь слабо улыбнулась Сиверну и громко чихнула.
– Что-то младший брат чересчур вами интересуется, – заметила Джойс, когда Сиверн, отъехал. – Лучше сразу поставить его на место.
– Да он просто проявляет вежливость.
– Не нужна вам его вежливость. Не дай Бог, Перегрины из-за вас поссорятся. Ваш супруг начнет сомневаться, так ли уж вы ему преданы.
– По-моему, мой супруг еще толком меня не рассмотрел, – пробормотала Лиана себе под нос.
Джойс улыбнулась, не обращая внимания на густые клубы пыли. С каждым днем она чувствовала себя все лучше и лучше. Леди Лиана даже ребенком не слушала свою прислужницу. Несколько раз Джойс была сурово наказана, потому что воспитанница устраивала какое-нибудь безобразие. Зато теперь все пойдет по-другому – госпоже придется ее слушаться.
Они ехали до поздней ночи. Лиана поняла, что Джойс и шесть остальных служанок скоро рухнут от усталости, но не осмелилась просить мужа остановиться. Сама Лиана была слишком возбуждена, чтобы чувствовать усталость. Ведь сегодня наконец состоится та самая брачная ночь. До утра она пролежит в объятиях мужа. Он будет ласкать ее, гладить по волосам, целовать. День, проведенный на пыльной дороге, – не большая плата за такое блаженство.
Когда отряд остановился на привал, Лиана уже сгорала от нетерпения. Один из рыцарей помог ей спешиться, и Лиана велела своей прислужнице заняться устройством женщин на ночлег. Оглядевшись по сторонам, девушка увидела, что ее муж в одиночестве удаляется в чащу.
Служанки громко жаловались и причитали. Они не привыкли ездить верхом так долго. Но Лиане было не до них. Стараясь не привлекать к себе внимания, она направилась вслед за мужем.
***
Роган справил естественную нужду, а потом углубился в чащу, к лесному ручью. С каждым шагом он становился все напряженнее. С тяжелым обозом дорога заняла больше времени, чем обычно. Ночь выдалась такой темной, что двигаться приходилось чуть ли не на ощупь.
