Калеб понимающе кивнул и велел матросам возвращаться к своим обязанностям. Еще через час казино опустеет. Уйдут и заядлые игроки, и прислуга. Он окажется один на один с неведомой силой, каким-то образом проникшей на корабль!
Когда судно покинул последний розовощекий поваренок, Калеб метнулся к себе в каюту, сбросил жилет и ботинки. Затем закатал до колен брюки и легкой кошачьей поступью снова вернулся на палубу. Он знал «Рану» как свои пять пальцев и в этом, безусловно, имел некоторое преимущество. Калеб осторожно погасил все лампы, так что фрегат погрузился в кромешную тьму.
— Ну, выходите, ублюдки, — прошептал Калеб, обращаясь к обступившему его безмолвию. — Выходите, попробуйте меня взять!
Невидимкой он пробежал по палубе в носовую часть и остановился возле намотанной на гигантский ворот якорной цепи. В самом деле — матрос не солгал! — свежая смазка.
Когда Калеб почувствовал, что в спину ему ткнулось острие клинка, то буквально застыл на месте от неожиданности.
— Если ты пошевелишься, мой мальчик, я загоню тебе клинок под ребра.
Голос показался Калебу знакомым. Да, этот хриплый, исполненный злобы голос принадлежал тому незнакомцу, что недавно беседовал в полутьме у сходней с лордом Фаррингтоном.
— На корабле везде расставлены мои люди, ты окружен. Короче, не делай, дорогуша, опрометчивых поступков. Человек умный всегда знает, когда нужно сдаться на милость победителя.
Когда зажгли лампу, Калебу было велено повернуться лицом к гостю.
— Блэкхарт! — в изумлении воскликнул юноша, невольно делая шаг назад.
— Да, совершенно верно. Дик Блэкхарт к вашим услугам. Как видишь, я жив и вернулся, чтобы продолжить поединок. Только сражаться я буду не с тобой, мой мальчик. Ты — только приманка.
— Мерзавец! Я же своими собственными глазами видел, как Сирена прикончила тебя. Господи! Неужели ты смог выжить? Каким образом?
— Разве это имеет теперь значение? Конечно, удар был сокрушительный! Дня не проходит без того, чтобы я не корчился от боли. Лучше бы мне тогда сдохнуть, но… Словом, теперь моя очередь. Око за око, мой юный друг.
— Ты полный кретин, Блэкхарт, если думаешь, что, взяв меня в заложники, чего-нибудь добьешься!
— Как сказать. Подобную приманку твоя Сирена заглотит не раздумывая. Ее-то я и желал вызвать на поединок. Иначе зачем бы я здесь появлялся?
— Но Сирена умерла, разве ты не слышал? — солгал Калеб.
— Чушь! Она жива. Я уже несколько месяцев слежу за ней, так что ты меня не обманешь. Мой план очень прост: выхожу на вот этой самой посудине в открытое море, а дальше ты посылаешь весточку своей драгоценной мачехе. Напишешь все сам, чтобы она не подумала, будто здесь какой-то подвох или чьи-нибудь трюки. Сирена не замедлит прийти к тебе на выручку. Впрочем, даже если ты для нее и не имеешь особенного значения, она бросится преследовать меня, чтобы закончить ту работу, которую когда-то оставила недоделанной.
— Но тебе придется сначала развязать мне руки, иначе я не смогу написать письмо, — хладнокровно заметил Калеб.
— Ну, это легко можно устроить. Так же легко, как какой-нибудь несчастный случай с Риганом, возлюбленным супругом твоей Сирены, точнее бывшим супругом. Видишь, — ухмыльнулся Блэкхарт, — мне известно о вас почти все. Так что не делай глупостей. Или ты напишешь письмо, или твой отец… Ну, словом, понимаешь, о чем я…
Калеб бессильно опустил плечи. Надо, однако, протянуть время, чтобы выяснить, чем дальше собирается заняться Блэкхарт и сколько он взял с собой на борт головорезов. Эх, если бы можно было остаться один на один с Блэкхартом, он бы проткнул ему брюхо при первой же возможности.
— Ты, пожалуйста, не думай, что я оставлю тебя без присмотра или что захочу побеседовать наедине, — сказал пират, словно бы прочитав мысли Калеба. — Мне уже не под силу самому защищать себя с оружием в руках — спасибо Морской Сирене, черт бы ее побрал! Но предупреждаю: один неверный шаг, одно лживое слово — и твоему папаше воткнут нож в спину. Понимаешь? Так что, если Риган внезапно скончается, в его смерти будешь виновен ты! Ну, что молчишь? Я хочу убедиться, что до тебя дошел смысл моих слов.
— Я все понял, можешь не задавать идиотских вопросов. На этот раз твоя взяла. Но придет день…
— Довольно! Топай к себе в каюту. Там ты сможешь нацарапать письмецо Сирене. Двигай! И пока, как я надеюсь, ты еще в настроении, отпиши также и Ригану. Если твоя мачеха откажется прийти пасынку на выручку, то отец заставит ее. Уж он-то горы свернет, чтобы спасти свою собственную кровь и плоть!
Калеб облизал пересохшие губы и почувствовал, как у него что-то внутри оборвалось. Этот головорез говорил правду. Выбора не оставалось.
Войдя в тускло освещенную каюту, Блэкхарт швырнул Калебу перо и велел писать.
— И помни, — заметил он с угрозой в голосе, — я достаточно грамотен, чтобы разобрать твою писанину. Так что без фокусов.
Сирена!
Дик Блэкхарт захватил «Рану». Он говорит, что убьет меня, если ты не присоединишься к нам у острова Пили в Карибском море. Блэкхарт уцелел, он жив и вполне отвечает за свои слова.
Калеб.— А теперь напиши отцу, — приказал пират. — Все то же самое: если Сирена не присоединится к нам у остром Пили…
* * *
Риган уже закрывал свой офис, когда Камилла вдруг вышла из экипажа, остановившегося на углу Темз-стрит и холма Святого Дустана. Когда девушка увидела мужа, она помахала ему своей маленькой ручкой, прося подождать немного. Риган с неудовольствием поморщился. Ему бы хотелось избежать сцены. Конечно, он покинул дом на Друри-Лейн, но это еще не значит, что нужно устраивать истерики.
Понимая, что объяснения не избежать, Риган шагнул навстречу Камилле.
— Риган, Риган, — воскликнула Камилла, — я так рада, что встретила тебя здесь! Пожалуйста, выслушай меня. Нам нужно поговорить.
Ван дер Рис вынул из кармана ключи и подошел к двери в контору. Войдя, он быстро зажег лампу и уселся за столом напротив своей жены.
— Должен предупредить тебя, дорогая, что я не в настроении выслушивать долгие прощальные речи. Может, ты сразу перейдешь к сути дела? Если оно касается моего возвращения на Друри-Лейн, то лучше вообще не начинай. С этим покончено. Конечно, опыт в какой-то мере удался, но с меня хватит.
— Нет-нет, я здесь совсем не за этим. Мне нужна твоя помощь, Риган.
— Сколько тебе нужно? — бесцеремонно спросил ван дер Рис, уже запуская руку в карман, чтобы достать бумажник.
— Нет, деньги мне не нужны. Ты и так был чрезвычайно щедрым, благодарю. Мне просто хочется тебе кое о чем сообщить, но… но я даже не знаю, с чего начать. Это такая долгая история!
