Эллин поднял хрустальный бокал, качнув в нем алую жидкость, и словно незримо чокнулся с моим братом:
– Артур Эркенст, – мой брат застенчиво поерзал на стуле, а Эллин продолжил: – Смертный гость нашего Двора и фаворит принцессы.
Дориан учтиво склонил черную голову перед Артуром, мой брат неуклюже повторил движение принца, сдержанно ему улыбнувшись.
– А это, – Эллин сильнее сжал пальцами мою ладонь, и на мгновение повисла тишина, словно король дожидался, пока я подниму на него взгляд. – Агнес Эркенст, моя возлюбленная и будущая королева Неблагого Двора.
Меня прошиб холодный пот, а кровь стала тягучей, словно мед. За столом раздались радостные возгласы и громкие аплодисменты. Кто-то зло фыркнул – Саманта, кто-то присвистнул – Габриэль, кто-то протяжно всхлипнул – Бриэль, и только я застыла не дыша.
«Предложение. Эллин сделал мне предложение!»
Моя голова пошла кругом, и окружающий мир превратился в размытое пятно. Воздуха, мне отчаянно не хватало воздуха!
Резко выдернув руку из ладони Эллина, словно из капкана, грозящегося вот-вот захлопнуться, я порывисто подскочила с места, с грохотом опрокинув стул на пол.
Возгласы и аплодисменты стихли. Теперь все внимательно следили за мной, кроме одного. Принц Дориан, казалось, отрешенно смотрел сквозь вино, до скрипа сжав ножку бокала.
– П…простите, – заикаясь, выдавила я, отшатнувшись от стола. – Мне нужно на воздух. – С этими словами я бросилась прочь из Трапезной, стены которой так и норовили меня раздавить.
Я бежала по извилистому коридору, громко цокая каблуками, пока не устала от них. Мои туфли полетели под ближайшую скамейку вместе с сорванной с волос бриллиантовой диадемой.
Холодность мрамора под босыми ступнями помогала разлетевшимся мыслям вновь воссоединиться, но горящий в сердце пыл не остывал.
Мимо меня мелькали картины, ледяные скульптуры и витражные окна. Придворные, не спеша прогуливавшиеся по замку, в недоумении расступались, пропуская меня вперед, пока я не свернула в узенький пустующий коридорчик.
От быстрого бега у меня закололо в боку, а дыхание сбилось, но я продолжала нестись сломя голову, сама не зная куда. Продолжала убегать от всего и от всех.
Все произошло слишком быстро. Я не готова! Совершенно не готова выходить замуж, а тем более носить корону. Мне нужно время. Как бы я ни любила Эллина, но никогда не сяду рядом с ним на трон. Он любит смертную девушку – девушку, которой просто не существует.
Платье серебряным плащом развевалось у меня за спиной, а я все не останавливалась, летя по ледяным тоннелям.
Я могла принять свои чувства к королю фейри, могла отказаться от мира смертных, стать его возлюбленной, но смогу ли я отказаться от себя, навсегда скрыв за ширмой лжи свою сущность. Во мне текла благая кровь, одно дело – короновать смертную, а другое – полукровку.
«Узнай Эллин правду обо мне, изменил бы он свое решение?»
Свернув за очередной угол, я неожиданно врезалась во что-то теплое, даже горячее, и с криком отпрянула.
Передо мной стоял Дориан. Его чарующие глаза ярко блестели в тусклом освещении коридора, а обаятельное лицо растянулось в довольной ухмылке.
Расправив складки на зеленом камзоле, словно наше столкновение смяло ткань, он лукаво мне подмигнул.
Я попятилась и заговорила, стараясь скрыть свое волнение и придать голосу спокойствия:
– Прошу прощения, Ваше Высочество. Я вас не заметила.
Ничего не ответив на мое извинение, принц двинулся вперед, протягивая мне руку, будто хотел заново представиться.
Я оскалилась, покосившись на его ладонь:
– Мы ведь знаем друг друга, к чему этот цирк?
– Да неужели? – Голос принца заставил меня внутренне сжаться. Его тембр с легкой мужской хрипотцой словно скользил по острию ножа, придавая голосу опасности. – Тогда давай же, назови свое настоящее имя.
У меня пересохло во рту.
Эркенст – фамилия, доставшаяся от покойного отчима, которая в будущем перекочевала во все мои поддельные документы. Портроут – настоящая фамилия матери, которую она дала мне при рождении, но после ее смерти я решила сменить ее на фамилию брата.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Молчание затянулось, тогда, одарив меня безжалостной улыбкой, принц снова принялся вести монолог:
– Молчишь, хорошо. Тогда позволь я начну первым, – он кашлянул в кулак, прочистив горло. – Я – Дориан Торгтон, высший благой феец, наследный принц и приемный сын Его Высочества Короля Маркуса.
Кивнув подбородком, Дориан передал мне эстафету – мол, твоя очередь.
Правильнее было бы развернуться и уйти, но что-то меня остановило – а может, я просто не желала выглядеть в его глазах трусихой, которая даже произнести собственное имя боится.
– Меня зовут Агнес Эркенст. Смертная девушка без громкого титула и статуса, и я… Я люблю зефир.
Дориан не сдержал смешка, и на долю секунды его беспристрастное лицо смягчилось, а в разноцветных глазах в прямом смысле заискрился задорный огонек.
– А еще ты – непоколебимая врушка, Агнес Эркенст. Умение лгать – прекрасная способность, доставшаяся тебе от Элеонор.
Имя матери пробило брешь в моем самоконтроле, как таран.
«Нельзя показывать ему свою слабость, нельзя позволять Благому Принцу брать надо мной вверх».
Собрав последние крупицы воли в кулак, я из последних сил постаралась придать своему лицу невозмутимое выражение, как это любил делать Эллин – скрывать за холодной маской непринужденности свои настоящие чувства.
– Почему же, я действительно очень люблю зефир. – Мой голос звучал смертельно спокойно, как голос палача пред казнью заключенного, как карканье вороны над могилой. Больше я не проронила ни слова и, поспешно развернувшись, двинулась прочь, гордо шлепая босыми ногами по мраморному полу.
– Я не враг тебе, Агнес, – долетели до меня слова принца на повороте, я оглянулась, но Дориан уже исчез.
Бесцельно побродив по цитадели несколько часов, я решила отправиться к себе, чтобы привести еще не улегшиеся после внезапного предложения Эллина мысли в порядок.
Гостевой этаж был подозрительно пуст. Стоило мне спуститься с лестницы в светлый коридор, как мое тело наполнила древняя сила. Под потолком вихрилась вьюга, а в воздухе витал запах мороза и корицы.
Возле моих покоев, прислонившись к двери, на полу сидел Эллин, вытянув вперед одну ногу в высоком белом сапоге, а вторую согнув в колене. Его лицо ничего не выражало, он уныло разглядывал противоположную стену.
Должно быть, мой внезапный побег сильно его задел. Я сбежала не только от предложения руки и сердца, но еще и демонстративно макнула его в грязь перед благой свитой Дориана, подорвав авторитет короля. От собственных умозаключений меня передернуло.
Я медленно двинулась к нему, пока Эллин лениво не повернул ко мне голову.
– Как прошла пробежка по замку? – бесцветным голосом поинтересовался он.
Не ответив, я вплотную приблизилась к Эллину, присев рядом с ним на колени. Моя рука потянулась к любимому лицу. Кожа короля была пронизывающе холодной, но, наплевав на боль, я нежно коснулась пальцами его щеки.
– Прости меня, – тихо пролепетала я, опуская взгляд.
– Тебе не за что извиняться, Агни. Ты имела полное право послать меня ко всем чертям. – Эллин аккуратно накрыл мою лежавшую на его лице руку широкой ладонью. – Наверное, мне стоило преподнести свое намерение как-нибудь иначе, а не выставлять глубину своих чувств напоказ…
– Но я не отказываю тебе.
Глаза Эллина, вспыхнув, нашли мои, и в потемневших зрачках вновь засветилась надежда.
– Просто я… Давай не будем торопиться, хорошо? Мне нужно время. – Я зажмурилась, припав лбом к его ледяному лбу. – Мне нужно свыкнуться с новыми реалиями, научиться жить с тобой – королем фейри, жить в мире существ, которых я всю свою жизнь старалась избегать. Да и знаем мы друг друга всего ничего. Может, через месяц-другой ты сам с воплями сбежишь от меня, когда узнаешь, какой несносной я иногда бываю. – Губы Эллина дернулись в подобии улыбки. – Артур периодами вообще меня из дома выгонял, чтобы ненароком не придушить после моей очередной выходки.
