арены. Его фигура выделялась среди остальных своей внушительной аурой и непоколебимой уверенностью.
— Бессмертный Пьяница, я слышал о твоей ужасающей силе, — дружелюбно произнес он, обращаясь к Каю. — Думаю, что в качестве спарринг-партнера я подойду лучше всего. Как насчет того, чтобы показать нам свои умения?
Кай заметил, как напряжение в зале резко возросло. Асуры вокруг них замерли в ожидании, их глаза горели интересом и волнением. Каждый понимал, что Владыка Жнеца Асуры — один из сильнейших среди Владык клана, и этот бой обещал быть незабываемым. Многие даже подумали, что это слишком для гостя, ибо его противником будет не абы кто, а сильнейший Владыка.
— Владыка Жнеца Асуры вызвал Бессмертного Пьяницу на дуэль! — воскликнул кто-то из толпы.
— Это будет что-то невероятное! — поддержал другой голос, полный восторга.
Кай встал и направился к центру арены, ощущая на себе десятки взглядов, а особенно сочувствующими были взгляды Иштара и Лилит. Он взглянул на приветливую улыбку Владыки Жнеца Асуры, вот только глаза мужчины блестели боевым азартом.
Но произошло неожиданное... Когда напряжение достигло своего пика, Кай неожиданно мотнул головой и сказал:
— Извините, но предпочту не сражаться. Я понимаю, что это традиции вашего клана, но я все же откажусь.
Зал тотчас погрузился в шокированное молчание. Окружающие ошеломленно переглянулись, не понимая, что происходит. Воздух был насыщен удивлением, разочарованием и даже возмущением.
— Что он сказал? — прозвучал шепот из толпы.
— Он струсил? — с недоумением спросил другой голос.
Владыка Жнеца Асуры прищурился, но продолжал улыбаться. Его аура не ослабла, но в глазах мелькнула тень любопытства.
— О, как интересно... — произнес он, делая шаг вперед, — почему же ты так решил, Бессмертный Пьяница? Боишься, что твоя сила слишком велика для этой арены?
Смотря на своего оппонента и на Клауса, который также улыбался и глядел на него, Кай уже и так понял, что просто избежать сражения не выйдет. Сейчас Кай был полностью сфокусирован на том, чтобы придумать выход из подобной ситуации.
Глава 825
Кай понимал, что отступать некуда. Взгляд Владыки Жнеца Асуры, наполненный боевым азартом, и напряжение в зале не оставляли ему выбора. Но прежде чем он успел ответить, Клаус произнес решающий словесный удар, который не оставил Каю никаких лазеек к отступлению.
— Бессмертный Пьяница, — Клаус встал со своего трона, его голос был тихим, но в нем звучала неподдельная сила и авторитет. — Ты, без сомнения, заметил уважение, которое наш клан оказывает своим традициям и предкам. Неужели ты собираешься опозорить нас всех своим отказом от поединка?
Толпа замерла в ожидании, ее взгляды были прикованы к Клаусу и Каю. Асуры, которые еще секунду назад с нетерпением ждали начала боя, теперь наблюдали за тем, как Кай попадает в тиски морального давления.
В тот же миг повсюду послышался шепот асур, которые с подозрением смотрели на Кая:
— Говорили, что он весьма сильный. Но разве он сейчас не действует как трус?
— Если он отступит, это действительно будет позором...
Кай сделал глубокий вздох. Он понимал, что здесь он в качестве асуры, предки которого также принадлежали к Морю Крови Асур. И даже если это не так, сейчас это было неважно... Он встретился с пристальным взглядом Клауса и заметил, как в глазах Владыки Жнеца Асуры мелькнуло удовлетворение.
"Кессия, что мне делать? Если я сейчас откажусь, можно смело сказать, что отношение с асурами будет разрушено. Вряд ли я тогда смогу получить мощи Прародителя Асуры," — мысленно произнес Кай, обращаясь в свое Духовное Море.
"С другой стороны, если ты откроешь им свой закон, это сильно усугубит ситуацию. Ты сам видишь, что Владыка Жнеца Асуры продвигается как преемник моего брата. Как думаешь, что будет, если ты его победишь его же законом? Также, если ты решишь поддаваться, это станет еще большим неуважением," — сразу же ответила Кессия, также ощущая напряжение ситуации.
Но размышление Кая тотчас перебил внушительный голос Монарха:
— Видишь ли, Бессмертный Пьяница, — продолжил Клаус, — отказ от поединка не только унизит тебя перед всеми присутствующими здесь асурами, но и будет явным неуважением к духам твоих предков, которые когда-то служили основой нашего клана. Если ты откажешься, это будет значить, что ты отвергаешь их наследие и историю. А также дружбу между нами.
Кай почувствовал, как взгляд Клауса словно прожигает его. Он ясно осознал, что теперь речь идет не о простом споре о традициях, а о личной чести и уважении. Он видел, как глаза окружающих асур начали наполняться сомнением и осуждением, их взгляд стал более строгим.
— В таком случае... — сказал Клаус, улыбаясь, но в его голосе была нотка холодной строгости. — Сам решай, каким путем пойдешь. Примешь вызов или опозоришь свою честь?
Кай заметил, как асуры начали еще активнее перешептываться между собой, их разговоры стали громче, наполненные ожиданием и даже нетерпением. Все его внутренние чувства кричали о том, что отступление сейчас будет невозможно.
— Присутствие здесь, — продолжил Клаус, — не просто формальность. Сейчас ты посол, представляющий не только себя, но и Орден Еретических Рас. Твое поведение здесь отразится на твоей организации и на тебе самом. Ты ведь не хочешь стать предметом насмешек и унижений?
"Какие дешевые манипуляции... Но в то же время, отступить сейчас — отсрочить восстановление Кессии на вечность," — начиная становиться более хладнокровным и спокойным, мысленно произнес Кай. Ему не нравилось, что его так нагло пытаются втянуть в такую детскую авантюру.
Владыка Жнеца Асуры сделал шаг вперед, его аура вспыхнула с новой силой, заполнив арену мощью. Он провел ладонью по воздуху, и коса с его плеч плавно полетела в его руку.
— Если ты откажешься от поединка, — сказал он, его голос был полон уверенности и вызова, — то это станет позором для тебя и твоей организации. Мы все ждем, что ты покажешь нам свою истинную силу и решимость. Согласен ли ты на бой или откажешься и уйдешь отсюда в полнейшем унижении? Нужна ли нам помощь того, кто боится простого дружественного поединка?
Слова Владыки Жнеца Асуры были последним штрихом, который окончательно расставил все на свои места. Все глаза в зале были устремлены на Кая, их ожидание стало практически материальным. Асуры в окружении Кая начали напряженно следить за его реакцией, их глаза отражали смесь восхищения и удовлетворения от того, что Кай оказался под таким давлением.
Кай вздохнул, осознавая,
