Читаем без скачивания Кома. Эшелон - Олег Ростов

блаженно вытянулась на лежаке. Лежала на животе расслабленной. Я сидел рядом на краю, опустив ноги на пол. Гладил её по спине.

— Давай сделаю тебе массаж, Оль?

— Подожди, Марк. Дай я полежу. У меня нирвана. И вообще, в этом муравейнике никакой личной жизни. Чтобы банально потрахаться с собственным мужем, надо вставать в очередь на койку.

— Ну а как ты хочешь? Извини, но придётся терпеть. Не выпрашивать же нам на ходу, уединяться где-нибудь под кустом. Делать дело, а потом бежать догонять эшелон! — Начал массировать ей ступни ног.

— Марк, ну а кто у нас глава семьи?

— А причём здесь глава семьи?

— Как при чём? Кто будет об этом думать, как ублажить свою жену и ублажиться самому? Ты же мужчина!

— Интересно, дорогая! А что я могу придумать в этом случае? Можно, конечно, выгнать на время Анну с Ильёй и заняться любовью. Но стенки купе тонкие, а ты так вопишь, что весь вагон будет сразу в курсе, чем мы там занимаемся.

— Значит придумай что-нибудь, где мы можем уединяться без вставания в очередь на купе здесь. — Некоторое время мы молчали. Я массировал ей ноги. — Марк⁈

— Что?

— Что, что? Ты почему молчишь? Придумал что-нибудь? Я ведь от тебя не отстану.

— Можно в БТРе, на платформе. Там место много.

— В БТР?

— Ну да.

— На десантных креслах? — Она попыталась повернуть голову, чтобы посмотреть на меня.

— Извини, но не демонтировать же их.

— Да я не против. Очень даже романтично, в десантном отделении боевой машины, рядом с боевым модулем, под автоматической пушкой и пулемётом.

— То есть, такой вариант подойдёт?

— Подойдёт. Можно попробовать.

— В таком случае, можно ещё и в БМП. Там тоже достаточно десантного отделения.

— Вот давай и испробуем всё это. Оценим. Почему ты раньше не додумался до этого?

— Нормально так! Я ещё и виноват?

— Я не говорю, что ты виноват, любимый. Я просто тебя спрашиваю… Ох, как хорошо. Марк, ещё раз здесь помассируй…

— Милый, у нас ещё полчаса есть. давай не будем терять время. Ложись на спину. — лёг. Ольга взобралась на меня поёрзала и устроилась. На лице улыбка. Уперлась мне в плечи руками. Наклонилась и поцеловала. — Я тебя так сильно люблю, родной мой. — Начала движение…

В Кизляр зашли утром.

— Марк, — обратился ко мне Василий, — это Кизляр.

— И что?

— Ты чего? Знаменитые дагестанские коньяки. Можно прошерстить. На вино-водочный сгонять. Там не только коньяки, там и вина и чача, виноградная, тутовая и прочая водка.

— Ну я не знаю. А ты знаешь, где в Кизляре этот завод?

— Поищем.

— И сколько искать будем?

— Если в первый день не найдём, то уйдём.

— Посмотрим.

Мы заходили на пути. Станция Кизляр была большая. Я смотрел на здание вокзала. Очень красивое, аккуратное и даже какое-то уютное, двухэтажное здание с импровизированными башенками. С мощёной тротуарной плиткой площадкой. Путей было порядка десяти штук. Свободных была половина. Но именно наш путь, на который вела стрелка был занят. Нужно было перевести стрелку на соседний свободный путь. Я, Илья и Николай соскочили с вагона на железнодорожные пути. Пошли к стрелке. Когда поравнялись с головной платформой, нас догнала Люся. Она была возбуждена. Её зрачки имели угрожающую ромбовидную форму. Она зашипела, указывая рукой на вокзал. Я уже понял, что это значило. Из броневагона выскочил Антон и закричал нам:

— Марк, дикие! Много!

Твою душу. Крикнул парням из расчёта зенитного орудия на головной платформе:

— Быстрее в броневагоны. Покинуть платформу. Быстрее.

В этот момент на путях появились, словно из неоткуда дикие. Десятка два, не меньше. Мы моментально открыли огонь. Про карабины забыли. Стреляли очередями из автоматов. Броневагоны, с задержкой, взорвались пулемётными очередями.

— Илья, Коля, стрелка. Надо её перевести! — Крикнул им и рванул к механизму. С помощью лома, сумел перевести рельсы на соседний путь. Илья успел вогнать в стопорный механизм, который из-за отсутствия электричества уже не работал, деревяные плашки, заклинивая его. В этот момент на нас бросились двое.

— Карабины! — заорал я, отбрасывая лом и снимая с шеи лямку автомата. АК-12 полетел на землю. Успел перехватить его в руки. Выстрел. Дикий словил картечь в грудь и отлетел. Второго взяла на себя Люся.

— Быстрее! — Вновь заорал я. — В броневагоны.

Мы побежали. Но в этот момент на нас бросилось пятеро. Я на ходу выстрелил в ближайшего ко мне. Он сумел увернуться. Около броневагона стоял Антон и вёл огонь из автомата. Насколько успешно, я не видел, не обращал внимания. В какой-то момент Илья споткнулся, зацепившись носком ботинка за шпалу и полетел кубарем. Я остановился. Стрелял из карабина. Николай успел добежать до броневагона. Пргнувшего на него мутанта, свалил выстрелом Антон. Люся завертелась в смертельной карусели с тремя или четырьмя сразу. И тут на пути, из-за стоявших составов выскочило ещё с десяток. Господи, сколько же их здесь. Илья вскочил на ноги и рванул к вагону.

— Быстрее! — Орал я ему. Я оглянулся. Люся завалила уже больше пяти тварей. Но огни лезли на неё, окружая. Я начал по ним стрелять.

— Марк! — Услышал Антона. — Они с обеих сторон. Весь эшелон уже грохотал пулемётными очередями, причём что с одной стороны, что с другой.

— Люся! — Закричал я. В той круговерти, что завертелась там, где она была, я её не увидел. Только одних диких. Они словно роились там. Начал стрелять, при этом что-то кричал. Меня переклинило. Затвор лязгнул и выстрела в очередной раз не услышал. На меня прыгнула тварь. Встретил её прикладом, сворачивая ей челюсть. Но это не остановило её. Удар был жёсткий, несмотря на бронник, у меня выбило воздух из лёгких и сдавило болью рёбра. Дикий сбил меня с ног. Мы покатились с ним. Карабин куда-то отлетел. Успел выхватить нож, чисто на инстинктах, и вогнать его мутанту в голову, в висок, по самую рукоятку. Она задергалась. И в этот момент его голова взорвалась. Это Антон прострелил дикого из автомата. На меня плеснуло кровью, заливая лицо. Сбросил тело с себя, успел вскочить на ноги, как меня опять сбили. Нож вылетел из руки. Увидел оскаленную морду, на автомате закрылся левой рукой, как он вцепился в неё, прокусывая рукав куртки. Зубы вспороли мою кожу, мясо. Ударила жуткая боль. Я заорал. Почувствовал, как хрустнула моя кость, он её просто перекусил. Правой рукой сумел вытащить из набедренной кобуры пистолет, выстрелил в глаз твари в упор. Меня схватили за ногу и потащили. В другую ногу тоже вцепились, но уже зубами. Стал стрелять. Паровоз взвыл гудком и начал движение.

Услышал грохот выстрела башенного орудия. Один из вагонов пассажирского поезда на соседнем пути, находившегося в десяти метрах от нас и из-под которого лезли твари, взорвался. Полетели куски металла и пластика. Ещё выстрел, второй вагон взорвался. Третий выстрел. Начался пожар.

Неожиданно меня отпустили. Увидел Люсю. Она крутилась вокруг меня, яростно шипела и даже завывала, чего раньше я от неё не слышал. Но тогда я не обращал на это внимание. Меня разрывала жуткая боль. Левая рука повисла плетью. Правая нога тоже болела, разорванной до кости плотью. Около меня остановился броневагон. Стоял грохот пулемётных и автоматных очередей. Я пытался встать, но каждый раз падал. На меня накатывался туман. Почувствовал, как меня подхватили и затащили в вагон. Ещё мелькнула запоздалая мысль, что мы мощно облажались, не прощупали дронами территорию вокзала, прежде чем зайти на него. Расслабились, идиоты.

— Марк, смотри на меня. — Перед глазами всё прыгало. В голове стоял гул. Попытался сфокусировать взгляд. Увидел бледное, в слезах лицо жены.

— Оля. — Прохрипел ей.

— Марк, родненький, потерпи.

— Люся? — Опять прохрипел.

— Здесь она. Тоже в вагоне.

Я чувствовал движение вагона, значит Эшелон двигается. Хорошо… Это были мои последние мысли, дальше провал…

…Ольга, подвывая, бинтовала руку мужа, готовая впасть в истерику.

— Не вой! — Жестко рявкнула на неё свекровь. — Делай своё дело, Оля. Потом выть будешь.

— Мама, у него кость сломана.

— Поняла. Сейчас главное остановить кровь. Что с ногой?

— Распороли до кости, но она целая. — Ответила Ольга. — У меня здесь почти ничего нет. Только бинты и обезболивающее. Всё в медицинском вагоне.

— Вот и бинтуй. Сделай обезболивающий укол. Марк потерял сознание от болевого шока и потери крови. Главное уйти отсюда.

…Эшелон набирал скорость. Дикие прыгали, цеплялись за решётки окон. В них стреляли. Звенело, разлетаясь в куски стекло окон. Горгич матерясь, постоянно давал гудок…

…Люся смотрела на Марка. Вся её кожаная