Омбудсмен сделал вывод, что отношения Уоррена и Косгрифа с Гиллом были «главной причиной утечки конфиденциальной информации». Интересно, что омбудсмен также заявил: «В то время как у мистера Гилла были собственные планы по извлечению выгоды из отношений с полицией, та, в свою очередь, точно так же использовала отношения с мистером Гиллом, а иногда злоупотребляла ими в своих целях».
Далее в отчете омбудсмена было сделано заключение о том, что нет доказательств преступного поведения Фрэнка Грина, и «заявления, сделанные несколько лет назад против мистера Грина, следовало проверить и расследовать в момент их поступления».
Phoenix
Дело Phoenix’a еще подробно освещалось СМИ, когда он мчался на своем мотоцикле дождливой ночью по одной из центральных улиц Мельбурна и столкнулся с автомобилем. Водитель выскочил из машины и увидел страшную картину. Phoenix распростерся посреди дороги, его шлем треснул, когда он ударился о бензобак автомобиля. И мотоцикл, и его хозяин были залиты бензином.
Но Phoenix – чудо! – легко отделался, хотя и был оглушен. Прохожие помогли ему и потрясенному водителю добраться до ближайшей гостиницы, где вызвали «скорую помощь» и предложили чай обоим пострадавшим молодым людям. Вскоре приехала мать Phoenix’a, вызванная по его просьбе одним из прохожих. Врачи подтвердили, что у Phoenix’a нет переломов, но посоветовали обратиться в больницу для проверки того, нет ли у него сотрясения мозга.
Все еще в шоке, Phoenix и водитель позакомились и обменялись номерами телефонов. Phoenix объяснил водителю, что он работает на технической должности в телефонной службе 0055, а потом сказал:
– Вы не узнаете меня? Я Phoenix. Этот большой процесс по компьютерному хакингу – это мое дело.
Водитель непонимающе посмотрел на него.
– Может быть, вы видели меня в новостях по телику? – спросил Phoenix.
Водитель сказал, что не видел, слегка изумленный странными мыслями молодого человека, который только что едва не погиб.
Через некоторое время после столкновения со смертью бывший хакер ушел со своей технической должности в справочной службе и начал работать в отделе информационных технологий большой мельбурнской корпорации. Он очень хорошо зарабатывал и снова приобрел статус золотого мальчика. Он принимал участие в написании программы, значительно сократившей расходы одного из производств и тем самым сэкономил компании тысячи долларов. Сейчас он постоянно путешествует, бывает в Японии и других местах.
Некоторое время у него была постоянная девушка, но в конце концов она бросила его и начала встречаться с другим. У Phoenix’a было разбито сердце, и он ни с кем не встречался в течение нескольких месяцев. Он старался заполнить образовавшуюся пустоту с помощью постоянно растущих профессиональных обязанностей.
Его новым хобби стала музыка. Он играет на гитаре в любительской группе.
Electron
Через несколько недель после вынесения приговора с Electron’ом произошел новый психический срыв, спровоцированный дозой «спида». Он снова попал в больницу, на этот раз в Ларундел. Он пробыл там недолго и после выхода из клиники продолжил курс лечения.
Через несколько месяцев он снова стал употреблять «спид» и снова заработал нервный срыв. Он постоянно читал в Интернете медицинские сведения о своей болезни, и его психиатры стали беспокоиться о том, что его осведомленность может затруднить лечение.
Electron переехал в специальный приют, предназначенный для тех, кто проходит курс реабилитации после умственных расстройств. Он шаг за шагом боролся со своей болезнью. Когда кто-то приходил его проведать и говорил что-нибудь вроде: «Сегодня прекрасный день», Electron заставлял себя принимать их слова такими, каковы они есть, то есть как обычное замечание о погоде, и не искать в них скрытого смысла. В это время он бросил наркотики, алкоголь и ненавистный бухгалтерский факультет. В конце концов ему удалось полностью отказаться и от приема специальных медикаментов. Он не употребляет наркотики и алкоголь с декабря 1994 года. Единственной физической зависимостью Electron’a в 1996 году были сигареты. Но к началу 1997 года он бросил курить.
С 1992 года Electron ни разу не разговаривал ни с Phoenix’ом, ни с Nom’ом.
В начале 1996 года Electron переехал в собственную квартиру со своей девушкой, которая занималась танцами и тоже после долгой тяжелой борьбы успешно справилась с душевной болезнью. Electron начал учиться на факультете философских наук. На этот раз университетская жизнь его полностью устраивает, и результаты первого же семестра показали отличные оценки по каждому предмету. Он подумывает о том, чтобы переехать в Сидней, чтобы продолжать учебу.
Electron отбыл свои триста часов общественных работ. Он красил стены и делал простую подручную работу в местной школе. Среди прочего школьное начальство попросило его закончить возведение ограды вокруг школы. Он размечал и копал, измерял и укреплял. Когда же Electron, наконец, выполнил назначенное судом количество часов, он обнаружил, что гордится своей работой. Даже сейчас он иногда проезжает мимо школы и смотрит на ограду.
Она по-прежнему стоит.
:)
В судах Австралии продолжают разбирать хакерские дела. Примерно в то же время, когда в Виктории слушалось дело Mendax’a, в окружном суде Брисбена The Crawler признал свою вину по 23 уголовным и 13 административным правонарушениям – все обвинения были связаны с хакингом. 20 декабря 1996 года двадцатиоднолетний Queenslander был условно приговорен к трем годам лишения свободы и к возмещению ущерба различным организациям в размере $5000. Кроме того, ему было приказано уничтожить его модем и два компьютера. Первые поколения хакеров пришли и ушли, но хакинг далек от поражения. Он просто стал менее заметным.
Правительственные силовые агентства и судебные власти нескольких стран попытались донести послание до следующего поколения тех, кто мечтал стать хакером. Послание заключалось в следующем: «Не занимайтесь хакингом».
Но новое поколение элиты хакеров и фрикеров восприняло это послание в совершенно ином смысле: «Не попадайтесь».
Принцип устрашения не сработал с хакерами такого уровня. Я не имею в виду детские игры: подростковые шалости, кардинг, сосунков, которые висят в чатах. Я говорю об элите хакинга. Если угодно, карательные меры не просто заставили их уйти еще глубже в подполье – закон подтолкнул хакеров к тому, чтобы стать более изощренными, чем когда-либо, в том, что касается самозащиты. Преследования породили изобретательность.
И если сегодня полицейские врываются через парадную дверь в дом хакера, им приходится быть более подготовленными, чем их предшественникам. Они встречают на своем пути гораздо больше препятствий. Современные серьезные хакеры зашифровывают всю важную информацию. Данные на жестких дисках, данные о своих соединениях, даже голосовые сообщения.
Но если взломщики продолжают взламывать, кто же выступает в качестве мишени?
Их великое множество. Любой тип поставщика сетевых услуг – Х.25, сотовая связь или крупный провайдер. Продавцы компьютеров, производители программного обеспечения и электронного оборудования, маршрутизаторов, шлюзов, систем защиты или телефонных коммутаторов. Военные и правительственные учреждения и банки, кажется, немного вышли из моды, но все же такие сайты по-прежнему страдают от многочисленных атак.
Нападения на экспертов по компьютерной безопасности тоже довольно обычное дело, но новой фишкой стал взлом систем других хакеров. Это становится все более популярным. Один из австралийских хакеров пошутил: «А что сможет сделать хакер против хакера? Вызвать федералов? Он ведь не скажет полиции: „Да, офицер, совершенно верно, какой-то компьютерный преступник взломал мою машину и украл 20 000 паролей и результаты всех моих исследований по раскодированию защитных систем“».
По большей части элитные хакеры работают в одиночку, хорошо зная, чем они рискуют в случае поимки. До сих пор существует несколько подпольных хакерских обществ, состоящих из серьезных хакеров, вроде небезызвестного UPT в Канаде и небольшого количества мелких групп, таких как IOpht в США, но все эти объединения довольно разрознены и разобщены, в отличие от прежних времен.
Эти хакеры достигли нового уровня изощренности не только в техническом отношении, но и в отношении стратегии и целей своих атак. Некогда топ-хакеры типа Electron’a и Phoenix’a были счастливы получить копию Zardoz, которая содержала список слабых мест в системах безопасности, найденных компьютерными экспертами. Сейчас серьезные хакеры сами находят такие места, строчку за строчкой читая исходный код, добытый в DEC, HP, CISCO, Sun и Microsoft.
Промышленный шпионаж явно не лежит в сфере их интересов, по крайней мере тех из них, с кем я разговаривала. Все же я знакома с одним хакером, который передал исходную программу владельца его конкуренту. Я также знаю одного хакера, который обнаружил в компьютере конкурента исходную программу одной компании. Была ли эта копия программы получена легальным путем? Кто знает? Хакер так не думал, но по вполне понятным причинам держал язык на привязи.
