Также со мной связывались магическим способом и другие люди. Например, Урсул. К тому времени он был уже за пределами эльфийского леса. На морском берегу среди остальных членов цирковой труппы. Урсул, Ники и суины выжили, не считая одного, погибшего от рук императора, после чего не стали задерживаться на территории эльфов ни дня дольше.
Они встретились с оставшимися членами труппы и остановились в безопасном месте. Ни монстров, ни эльфов, ни императорских стражников — только они.
Однако ребята и меня считали частью своей семьи, хоть я и не смогла продолжить путешествие с остальными.
— Значит, ты хочешь остаться в герцогстве? — с грустью и сопереживанием спрашивал Урсул. — Даже после всего пережитого? Ты ведь так бежала от этого.
— Я бежала от своего прошлого, но в итоге поняла, что это глупо и бесполезно, — отвечала русалу. — Это мой дом, моя жизнь, моя семья…
— Мы тоже твоя семья. Ты ведь знаешь, — настоял Урсул.
— Знаю, — улыбнулась в ответ. — Спасибо.
— И всегда, какой бы ни была причина, ты можешь отыскать нас и продолжить путешествие, — настоятельно продолжил парень. — Можешь и детей с собой забирать. Чем больше, тем веселее!
— И зомби тоже тащи! — послышался голос Ники издалека. — Будет, в кого гнилые помидоры и яблоки кидать.
— Ники, — прозвучал басовый голос минотавра. — Тебе не следует влезать в чужой разговор.
— ЧТО?! — воскликнула девушка. — Да ты хоть знаешь, через что мы прошли вместе? Да она ж мне как сестра! Не по крови, так по дух точно. Понял?
— Эх… Да понял я, понял…
— Как видишь, — усмехнулся Урсул, — все по тебе уже скучают. Может, бросишь эту политику и рванёшь обратно к нам? Бескрайние просторы, постоянное путешествие и бодрящие приключения. Тебе нравилась такая жизнь.
— Прости… — только и могла ответить я, испытывая лёгкое сожаление.
Мне действительно нравилось у них. Пусть это и не совсем беззаботная жизнь, но именно они оказали мне поддержку, которая была так необходима. И я буду по ним так же сильно скучать.
Уже скучаю.
— Ладно, — вздохнул Урсул. — Я пытался. Но повторюсь: наши двери для тебя всегда открыты.
— Спасибо…
***
Я знала, что это произойдёт сегодня.
Предварительно отпустила всех рыцарей, которые работают в поместье, отдыхать. Отпустила немногочисленную прислугу, которую успела нанять, пораньше спать. Дети давно уже должны были быть в своих комнатах и видеть десятый сон.
Сама же спокойно сидела на ступеньках лестницы, ведущей на верхние этажи, и терпеливо ждала. Это именно сегодняшний день.
Я знаю это, так как уже видела.
Терпеливо смотрела на входную дверь, прислушиваясь к тиканью часов. И вот на улице сверкнуло ярко-голубое сияние. Сначала всё в помещении засияло, словно наступил день, а после снова потухло. И единственным источником света остались настенные кристаллы.
Дверь медленно приоткрылась, и в помещение, хромая на одну ногу, вошёл Кайл, аккуратно придерживая костыль. Он старался быть тихим, но, когда увидел меня, сидящую на лестнице, замер.
Мы встретились взглядами, но ничего не говорили друг другу. Тишина казалась такой тяжёлой, но в то же время сладкой. Она напоминала тяжёлые духи с ароматом роз, которые одновременно были тяжёлыми, сильными, удушающими, но такими сладкими и притягательными.
Хромая на одну ногу, Кайл приблизился, после чего так же присел на ступеньку, присоединяясь ко мне. Мы не смотрели друг на друга. Мы смотрели на входную дверь, пол, стены и даже на эти раздражающие тикающие часы, но не друг на друга.
Какое-то время Кайл жил в королевстве эльфов, чтобы поправиться и быстрее вылечиться. Он теперь не выглядел, как подросток. Рядом со мной сидел взрослый юноша. Маг, чья энергия теперь била через край. Однако, похоже, она не давала ему стопроцентной уверенности.
— Столько всего произошло… — неожиданно начал Кайл, нарушая тишину. Но говорил он тихо. Словно боялся спугнуть.
— Да, — отозвалась я, так же говоря тихо. — Знаю…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Он мёртв, — коротко произнёс Кайл. — Ты свободна. Теперь тебе больше нечего бояться.
— Свободна, — кивнула в ответ, понимая, что Демет всю жизнь боялась императора, но теперь она свободна. Действительно, погони не будет. Но в то же время я также должна была поделиться с ним: — Она мертва.
— Знаю, — кивнул Кайл. Весть о казни Кэтрин давно уже разлетелась не только по всей империи, но и за её пределами. — Ты сделала то, что должна. Как и я.
Ладонь Кайла мягко легла мне на руку. Наши пальцы соединились. Такая тёплая и надёжная ладонь. Впервые за долгое время я ощутила весь тот груз на плечах, который пришлось носить до этого. Тогда я должна была быть сильной. Сильнее всех, чтобы сделать не то, что я хочу, а то, что надо. Но теперь я чувствовала слабость.
Я позволяла себе быть слабой.
Только рядом с ним я могу себе это позволить.
— Что же теперь будет? — спросила у Кайла, тяжело вздыхая. — Мир изменится. Вновь война, в которой будут замешаны все.
— Мир меняется каждый день, — отозвался Кайл, подвигаясь ко мне ближе, после чего крепко обнял за плечи. — Мы не обязаны отвечать за все его изменения.
— Рано или поздно все узнают о том, что произошло с Альдисом, — продолжила я, наклоняя голову на плечо мужчины. Тепло его тела, его запах, сердцебиение и даже голос — всё кажется таким родным и надёжным, что всё остальное просто теряется в пустоте. — Все узнают, что это мы. Мы станем чудовищами, злодеями и монстрами. Для каждого аристократа и церкви. Особенно для тех, кто поддерживал императора.
— Пусть так, — прошептал он мне на ухо, мягко целуя в щеку, а после в шею. — Я готов стать их худшим кошмаром или демоном, если это позволит сохранить мою семью.
Кайл взял мою свободную руку и прислонил её к своей щеке. После медленно наклонился к моему лицу, терпеливо дожидаясь моего ответа. На этот раз он не действовал импульсивно, как подросток. Он точно знал, чего хочет. Движениями, лаской, дыханием… давал мне понять, что заставлять не будет, но и не откажется от меня. Никогда.
В синих глазах было столько леденящего холода, но в то же время от сердца исходил сжигающий дотла огонь. Губы касались меня нежно, ласково, словно я была лакомством, которое нельзя было мгновенно съедать. Он растягивал удовольствие, насладившись каждой ноткой.
Поцелуи вскружили голову. Хотелось большего. Жар охватил нас, избавляя от всех ненужных мыслей. Со лба по щеке к шее стекали крупные капли пота, которые Кайл аккуратно слизывал, оставляя влажную дорожку.
Но всё же…
— Кайл, твои раны… — вдохнула я, не зная, как остановить его.
— Плевать, — прорычал мужчина мне в ухо.
— Но… лестница?..
Вот тут-то Кайл замер, слегка осмотревшись. После чего он согласно кивнул и… просто щёлкнул пальцами. Нас окутал яркий голубой свет, и, когда он исчез, я и Кайл уже были в моей комнате на кровати.
Поцелуи возобновились.
— Демет… — прошептал он, словно молился. — Моя Демет…
Слово «моя» меня слегка удивило, что тут же заметил Кайл. Он прижимал меня к своему телу, смотрел в глаза, но на какое-то время разорвал поцелуй. Кайл молчал, но чувствовалось, словно он что-то хочет просить.
В какой-то момент мужчина опустил руку в карман и достал небольшое обручальное колечко, от которого исходила сильная магическая аура. Кайл молчал, но пристально смотрел мне в глаза. Ждал ответ?
Я так же молчала, но всё же… приподняла правую ладонь, и на безымянный палец Кайл тут же надел обручальное кольцо.
— Моя Демет, — повторил он, прижимая меня к себе ещё крепче. — Моя.
Не зря говорят, что мы начинаем ценить что-то только после того, как потеряли. Именно это произошло со мной.
Когда я неожиданно очнулась в мире, который не понимала, не знала и не помнила, всё казалось чужим и неправильным. Я от всего была готова отказаться, чтобы обрести хоть что-то своё. Но в итоге отказалась и от того, что мне было необходимо.
