казалось, загибались сами на себя. Это было похоже на настоящий лабиринт, если только ты не знал, куда шел.
Раздался скрип, и я остановился, украдкой взглянув на Техаса, который сделал то же самое. Зная, что как только мы завернули бы за следующий угол, нас поджидал один или несколько солдат, я медленно двинулся вперед. Я выглянул из-за угла и мгновенно отдернул голову, когда мимо меня пролетела еще одна пуля. Выстрел в голову причинил бы боль.
Рядом с нами распахнулась дверь, и из комнаты появился ничего не подозревающий солдат, быстро понявший, что вышел совершенно не вовремя. Я подтащил его тело к своему, опустил голову и повел нас за угол.
Прозвучало еще несколько выстрелов, изрешетивших его тело. Я сохранил теперь уже мертвого солдата как свой личный щит. Даже если пули прошли сквозь его тело и попали в мое, все самое важное было завернуто в мой кевлар.
Я отбросил его в сторону, когда наступило затишье в их выстрелах. Я рассчитал время и прицелился точно, уложив двоих из них, пока Техас расправлялся с тремя другими.
— В тебя попали? — обеспокоенно спросил я его.
На верхней части его руки была кровь.
— Нет. Не моя, там я перерезал глотку ублюдку и удерживал его на месте.
Хорошо.
Я зашагал по коридору, по пути натыкаясь на новые двери и комнаты. Я съежился от того, насколько большим стал этот склад теперь, когда вошел внутрь.
Раздался рев, когда солдат набросился из ниоткуда. Казалось, что это был решающий момент в его заурядной жизни. Он врезался прямо в меня, и я упал навзничь на пол, моя спина дернулась. Поднялась боль, которую я проигнорировал, когда он попытался занять позицию надо мной, прижать меня к земле. Мой пистолет с грохотом отлетел в сторону коридора.
Я перевернулся и встал на ноги быстрыми движениями, когда он оказался у меня за спиной. Я вытащил нож, но он ударил меня сбоку по голове. Мудак.
В ушах зазвенело, голова дернулась в сторону, но, черт возьми, теперь он это заслужил. Кто использовал кулаки в бою с оружием? Очевидно, он был безоружен, необучен или просто идиот.
Кряхтя, я обернулся. Он отступил с диким беспомощным видом, заметив злобный блеск в моих глазах. Я раскрыл свой складной нож и двинулся вперед, прижимая его спиной к стене.
Осмотрев местность, я понял, что Техас, должно быть, не было поблизости. Не то чтобы я нуждался в нем ни в малейшей степени, но теперь этот парень был полностью в моем распоряжении, без каких-либо непосредственных угроз.
Он ударил меня кулаком в ребра, а я схватил его за растрепанные волосы. Острое серебряное лезвие поцеловало кожу на его шее, когда он безуспешно пытался высвободиться из моих объятий. Моя хватка была крепкой. Все, что он сделал, это сильнее прижал его к своей плоти, когда заостренный край слегка порезал и на поверхность выступила кровь.
Я убрал нож от его шеи, и он уставился на меня с искренне растерянным выражением лица, как будто думал, что я позволил бы ему уйти, не понеся возмездия.
Как только его лицо расслабилось, я вонзил заостренный конец ему в шею сбоку и рассек плоть, освободив его волосы. Он упал на пол, прикрывая рваную рану руками, отчаянно пытаясь прикрыть отверстие и полоская горло собственной кровью.
Даже так, он все еще мог выжить, и я не хотел рисковать. Я небрежно защелкнул нож и сунул его в карман, отступая назад, все еще не сводя с него глаз, наклонился и крепко зажал пистолет в ладони.
— Спокойной ночи, — подзадоривал я, мои губы растянулись в редкой ухмылке.
Я нажал на спусковой крючок, и он с глухим стуком опрокинулся на спину, пуля попала прямо ему в сердце.
Я услышал подтверждение через наушник, который Крис приказал нам надеть, вместе с соответствующим микрофоном, чтобы мы могли общаться. Поймал ее. Спасибо, черт возьми. Мы использовали связь только в том случае, если нам нужно было охватить большую территорию, но из-за неизвестных факторов и незнания планировки склада мы сделали это в целях безопасности. И найти ее как можно скорее.
Повернувшись спиной к теперь уже мертвому солдату, я побрел дальше по коридору, выйдя на большую площадку, где валялись мертвые тела. К счастью, не наши. Я заметил нескольких собравшихся Сов и подумал, неужели это так скоро закончилось бы.
Справедливости ради, мы превосходили их численностью. У них не было ни единого шанса выжить в этом аду. Как будто у них все равно был выбор. Я снова нашел Техаса, пока мы продолжали, переходя из комнаты в комнату и находя меньше солдат, но больше жертв.
Через несколько минут Майлз предупредил нас, что ему нужна помощь по связи.
— Вперед! Я разберусь с этим, — заявил Техас.
Я маршировал с поднятым пистолетом, высматривая любых неожиданных посетителей, с которыми мне нужно было иметь дело. Его торопливое объяснение приблизительного местонахождения вызвало еще большее напряжение в моем теле. Майлз нашел Миллу. Она была в безопасности, и мы вывели бы ее из здания, как только полностью очистили бы территорию.
Я вошел в комнату, и эмоции захлестнули все мое тело. Шок, ужас, отрицание. Я не знал, с чем разобраться в первую очередь: с тем фактом, что эта комната напоминала домик у бассейна в доме ее родителей, или с тем фактом, что она была прижата к телу Майлза на полу. Он практически обвился вокруг нее, так что она не могла пошевелиться, хотя изо всех сил пыталась оторвать его. Это не сработало. Он был твердым кирпичом.
Она причитала и вопила, слова вырывались бессвязно. Я впал в оцепенение, просто анализируя все это. Все эти фотографии на стене…
— Холлис! — рявкнул Майлз, и я встретил его решительный взгляд. — Мысленно ее здесь нет. Нам нужно вырубить ее, чтобы вытащить отсюда в целости и сохранности. Она дерется как дикий зверь!
Его тело напряглось, удерживая ее, но не причиняя боли, просто удерживая так надежно, как он только умел. Престону, Техасу, и мне нужно было сосредоточиться на всем остальном, независимо от того, как сильно мы
